Александр Бережной – Джованни Огрызок. Гоблин и русалка, которая не умела плавать (страница 7)

Когда мой орк выскочил к ручью, похитители уже скрылись.

Остались только труп.

Трупова лошадь.

Русалка.

И я в мокрых штанах.

Штаны, вполне возможно, были мокрые не только потому, что я побывал в ручье.

Разрезая путы на русалке, я коротко рассказал орку о том, как проснувшись и почуяв неладное, пошёл разведать обстановку. Обнаружив мерзких похитителей убил одного, вон он в ручье лежит, но пока мы дрались – другие успели сбежали. Я б бросился их преследовать, да побоялся оставлять девушку одну в лесу.

- Я думал Гребёнка пошутила по поводу того, что ты в одиночку Краба завалил. – после некоторой паузы выдал орк.

- Ага… завалил… - выдавил я из себя, стараясь ничего не добавить по поводу этой puta, из-за которой я уже второй раз едва не погиб.

- Похитителей отпускать нельзя.

- Нельзя. – кивнул я.

После моих слов орк аж просиял:

- Вот это дело. Вот это уважаю. Значит, говоришь, чтоб я их догнал. Это верно. Это прям верно. Это нельзя так оставлять. Не по-нашему это получится, если они уйдут.

Орк начал хлопать меня по плечам, так что я от ударов приседать стал.

А потом повернулся в ту сторону, куда люди ускакали и побежал.

Я не сразу и понял, что произошло.

А как понял, так начал ему вслед орать:

- Куда мы ехали? Куда?!

Из темноты донеслось что-то разборчивое.

Я постоял ещё какое-то время.

- Вот и поговорили. – сказал я, ведь особо тут нечего было сказать.

- Господин Ильменсен, вы ехали к Ургу Грязному. – сообщила русалка. – Так сказал господин Створовски-младший.

Это были первые слова, что я от неё услышал.

И они были на столько прекрасны, что я в тот момент даже не задумался о том, кто этот Ург и почему он Грязный, а также о том, что я – никакой не Алая Ильменсен, второй среди Мародёров и первый среди гоблинов, а всего лишь Джованни Огрызок.

По-быстрому вытащил из ручья тело – нечего воду всякой дрянью портить.

Обшарил.

Прибыльное это дело – людей убивать. Раньше я об этом только слышал, а теперь – лично убедился.

Пистоль. К нему пороховница, пули, кремень.

Кошель. Пузатенький такой.

Нож, настоящий, а не моё лезвие (его я вернул в башмак, пригодится).

Плащ… добрый. Рука даже потянулась сперва, да пришлось её одернуть: кто носит чужую смерть, тот скоро встретит свою.

Лошадь опять же. И в седельные сумки явно ж не пустые. Чего там – потом разберусь: сейчас надо к месту стоянки возвращаться.

Поглядел на склон – крутой. Камни эти опять же.

Тяжело будет лошадёнке подниматься. Не усадить на неё девушку.

А хотело бы: и так натерпелась она, и путы на ногах тугие были.

Может чуть пройти вверх по течению? Там вроде не такие крутые склоны были.

- Господин Ильменсен, всё хорошо? Может быть я могу вам как-то помочь?

Голос был на столько прекрасен, что я не сразу и понял, что вопрос был адресован мне.

- Господин Ильменсен?

Точно!

Это ж я.

Так-то по уму надо рассказать, что я это так похитителей пугал.

Но чего-то язык не поворачивается.

Одно дело – если я этот panno grosso, а как такая красавица будет ко мне относится, когда узнает, что я – Огрызок?

Не, не, пусть лучше буду я этим гоблином хитрым. Хоть немного полюбуюсь такой красавицей.

Когда мне ещё такое счастье перепадёт?

Сама тонкая. Волосы длинные. Я никогда таких длинных волос не видел. Почти до земли. И чёрные. Чёрные, хотя ж говорят – у русалок волосы светлые или зелёные. Но то бывает – все ж привирают. Небось никто настоящих русалок-то и не видел.

К нам один сказатель заходил, так тот вообще завирался, что у русалок ног нету, а хвосты рыбьи вместо них. А так ничего интересные сказки рассказывал, только страшноватые. О доме со ста дверьми. О Королях там и зверях разных. Сейчас и не вспомнишь всего: только что интересно было и ещё – немного страшно. Но больше интересно. Страшно лишь иногда.

- Можно просто Алая, не надо господинов.

- А я – Эвриалиция.

Эвриалиция – вот это имя.

Как песня.

Сразу видно – русалка.

Не то что наши Марии-Хуанны или прости Истинный, - Гребёнка.

Ради того, чтобы встретить такую красоту, можно было бы и десять раз вытерпеть то, что со мной приключилось.

Вот ничуточку б не пожалел.

- Эвриалиция, вы сможете на коне удержаться? Нам нужно к месту стоянки вернуться, а потом… потом мы вас домой отправим. Вы ж из грота Верной жены? Да?

- Риция, просто Риция, и, прошу: на «ты» мне так привычнее.

На «ты» с такой красавицей…

Истинный, неужели ты обратил на меня свой взор и решил одарить благодатью за все мои злоключения?

- Риция… - не удержался, попробовал как звучит теперь её имя.

- Да, Алая?

А голос, голос какой…

Мягкий, добрый.

Вот, оказывается, каким голосом с важными гоблинами говорят.