Александр Белов – Поклонение огню (страница 15)

Штернгарт здорово страдал от попадавших в него камней. В такие моменты Саша слышал в наушниках его брань. Самому же Белову мелкие камни вреда не причиняли. В своем КТ-1 из сверхпрочной материи он был неуязвим.

Новая беда подстерегала путников, когда они, наконец, приблизились к стене кратера. Рванул взрыв в самой стенке, и в их сторону полетели обломки пород. Белов успел спрятаться за валун, а Штернгарт попал под выброс камней. Один из них, размером с кулак, угодил Осипу Ильичу в грудь, его опрокинуло на спину и тут же накрыло градом камней.

Белов бросился к ученому на помощь. И как раз вовремя. Стена в том месте, где произошел взрыв, стала рушиться. Штернгарт лежал без движений с неестественно вывернутой рукой. Проверять, жив ли вулканолог или нет, времени не было. Саша схватил ученого за плечи и поволок в сторону. Едва он с большим трудом оттащил тяжеленное те Л о Осипа Ильича на несколько метров, как от стены отделился огромный кусок скалистой породы и рухнул точно на то место, где недавно находились исследователи. Осип Ильич пошевелился и неожиданно открыл глаза. В них читались боль и мука. Жив чертяка! У Белова вырвался вздох облегчения.

— Что случилось? — раздался в наушниках слабый голос ученого.

— Камнем вас срезало, Осип Ильич, — стараясь говорить бодро, произнес Белов. — Но жить будете, я вам ручаюсь.

Белов присел на камень, чтобы отдышаться. В голову лезли мрачные мысли.

«Вулкан проснулся, а происходящие в кратере изменения — это только прелюдия к предстоящему интенсивному извержению, — думал Саша. — Оно может случиться и сию минуту, и через час, и через сутки, и через двое. Интересно, успеют ли пилоты забрать нас до начала извержения?»

Штернгарт был слаб. Он хрипел, дышал с трудом. Дойти самостоятельно до троса он бы не смог. А тащить его туда у Саши просто не было сил.

Белов снял с пояса Штернгарта ракетницу и выстрелил. Красная ракета с длинным хвостом, описав дугу, растаяла в небе. Саша проследил за ней взглядом и не смог удержатся от радостного возгласа. Прямо над ним над обрывом торчала голова Витька. Как Злобин успел оказаться именно в том месте, где он был больше всего сейчас нужен, было загадкой. Саша не стал ломать над ней голову. Он махнул рукой так, как махнул бы крановщик, подавая команду «майна». И тотчас же, будто по мановению волшебной палочки, сверху упал трос. Молодец Витек!

Кратер на время перестало сотрясать, перестали грохотать и взрывы. Наступило затишье. О недавних выбросах напоминала лишь плотная завеса из пара и газа. Нужно было поторапливаться, пока вулкан вновь не дал о себе знать. Витек нетерпеливо задергал тросом. Саша его понял. Он подтащил Штернгарта к стенке кратера! Осип Ильич был в сознании, но все еще чувствовал слабость.

Однако он всеми силами старался помочь Белову, пока тот опутывал его веревками, подготавливая к подъему. Наконец Саша и Витек с помощью специального приспособления стали поднимать Осипа Ильича. С трудом, метр за метром, люлька с вулканологом тащилась вверх по склону, время от времени стукаясь о стенки. Подъем длился долго. Но, в конце концов, Штернгарт оказался наверху. Пришел черед лезть Белову. Взобрался он на вершину кратера без каких-либо происшествий.

— Ты вызвал по рации вертолетчиков? — это был первый вопрос, который задал Саша, когда сорвал с головы шлем;

На Злобине лица не было. Он казался белее мела.

— Вызвал, Саша, вызвал, — проговорил он запинаясь. — Ох, и натерпелся я страху за вас. Думал, все, вам хана. Особенно, когда рвануло у вас под ногами. Я же твой начальник службы безопасности, вот и ругал себя на чем свет стоит за то, что отпустил тебя в это пекло.

— Кто же знал, что так получится? — пробормотал Белов, снимая со Штернгарта дымящиеся ботинки с шипами на подошве.

— И вообще, весь этот тарарам в кратере, — не унимался Витек, стаскивая с ученого второй ботинок, — мне первую Чеченскую напомнил, на площади Минутка сидим мы в танке…

— Ладно тебе, мемуарист, — с досадой оборвал его Белов. — Ты мне скажи лучше, как с этой стороны кратера оказался.

Белов и Злобин принялись разоблачать ученого дальше.

— Дык, Осип Ильич мне махнул рукой, чтоб я в эту сторону шел, вот я снялся с якоря, перенес трос сюда и стал его закреплять, — заявил Злобин. — А в тот момент, когда ты ракету выпустил, у меня уж все готово было. Вот я и сбросил вам конец троса.

— А-а… — с усмешкой протянул Белов, — а я уж думал ты мысли читать научился. Я так струхнул, что выдал такой телепатический сигнал, отсюда до Марса достанет.

Сняв со Штернгарта костюм, Саша и Витек осмотрели ученого. Переломов, к счастью, не оказалось. Вывих и сильный ушиб. На груди у Осипа Ильича был огромный синяк. Кое-где на теле так же виднелись синяки, но поменьше. Они остались от прямых попаданий мелких камней. От болевого шока ученый впал в беспамятство. На всякий случай Осипу Ильичу вкололи обезболивающее, которое отыскали в аптечке.

Только после осмотра и оказания первой медицинской помощи Штернгарту Белов занялся собой. Он с помощью Витька снял и осмотрел свой костюм. КТ-1 с честью выдержал испытания. На нем не было ни пореза, ни пробоины, ни царапины. Он нигде ни оплавился, ни прогорел. Что ж, можно смело подавать заявку на получение патента на изобретение. А изобретателям обязательно надо выдать премию. Но для этого нужно выбраться с Бурного.

Вот уж действительно Бурный. Но что-то он замолчал. И вот, словно подслушав мысли Белова, вулкан недовольно вздохнул, заворочался. В брюхе у него заурчало, заклокотало, потом загудела, задрожала земля…

— Ну, теперь держись, Витек! — крикнул Саша навострившему уши Злобину. — Сейчас начнется!

И в самом деле, вулкан ухнул, и из кратера вырвался столб газов с песком и пеплом.

— Еж твою мать! — вскричал Злобин, невольно пригибаясь. — Опять! И где, черт возьми, этот гребаный вертолет носит?

— Скоро прилетит, — коротко ответил Белов.

Однако он вовсе не был уверен в том, что пилоты рискнут отправиться на вершину действующего вулкана. Но оставалось надеяться на лучшее. А пока нужно хоть как-то себя обезопасить. Саша нагнулся, подхватил Штернгарта под руки.

— Давай, Витек, берись, — распорядился он. — Отойдем подальше от кратера.

До крутого спуска с горы было метров сто пятьдесят. Белов и Злобин перетащили к краю вершины Штернгарта, потом сходили за остальными вещами. На эту работу у них ушло не меньше часа. Все это время в кратере вулкана булькало, будто в огромном котле, грохотало, а время от времени происходил выброс газов. Спасаясь от долетавших сюда иной раз камней и бомб, вулканологи спрятались за большущий камень.

А вертолет все не летел и не летел. И вот, когда исследователи совсем отчаялись когда-либо убраться с Бурного, далеко в небе показалась долгожданная точка. С каждой минутой она увеличивалась и увеличивалась в размерах, приобретая очертания. Белов и Витек были вне себя от радости. Злобин даже подскочил и, сжав руку в кулак, рубанул ею воздух, словно хотел сказать «йес!».

Вертолет приближался. Осталось всего-то с полкилометра, когда раздался взрыв, самый мощный за все то время, что вулканологи находились на Бурном. На добрую сотню метров вверх взмыл огненный столб, посыпался каменный дождь, а вокруг кратера образовалось черное облако, которое стало расползаться по небу. Наверное, подобное случается при атомном подземном взрыве. Из кратера выплеснулась лава и стала стекать по склону.

Но это полбеды, гораздо хуже было то, что вертолет неожиданно развернулся и полетел в сторону. Витек разинул рот. Когда до него дошло, что пилоты не собираются забирать их, он взбесился.

— А-а… Сволочи! Трусы! — заорал он благим матом. — Суки! — бесновался он, грозя вертолету кулаком. — Крохоборы! Только за бабло работать можете! Паскуды! Ну, летите сюда, летите, я вам заплачу!..

Однако напрасно Витек обвинял пилотов в трусости. Вертолет снова появился, но уже с другой стороны. Громадная машина приблизилась и села неподалеку от вулканологов легко и грациозно.

— Что, заждались? — осклабился выглянувший из вертолета Тимофей и спрыгнул на землю. — Давай, загружайся, мужики!

Штернгарт понемногу приходил в себя. Бледность с лица стала сходить, на щеках появился румянец, в глазах — осмысленное выражение. Белов с Витьком и Серегой погрузили в вертолет Осипа Ильича, закинули вещи. Двигатель, пока шла погрузка, на всякий случай сидевший за штурвалом Сергей, второй летчик, не глушил, чтобы в любой момент можно было взлететь. Он приветствовал старых знакомых взмахом руки и потянул на себя ручку управления. МИ-6 поднялся в воздух, резко лег на правый борт и полетел прочь от вулкана. Экипаж и вулканологи облегченно вздохнули.

— Чего это вы вдруг назад отправились, когда вулкан рванул? — испытывая перед Беловым неловкость за то, что напрасно ругал пилотов, подозревая их в трусости, смущенно спросил Витек.

— Так облако ж от вулкана на нас полетело, — добродушно ответил Тимофей. — Не видно вершины было. Вот мы и облетели Бурный, чтобы с наветренной стороны к нему зайти.

— А я уж грешным делом подумал, бросаете нас, — пробурчал Витек.

И Тимофей, и Серега с удивлением посмотрели на Злобина.

— Ты чего, Витек? — с нотками обиды в голосе произнес Сергей. — Мы же русские люди. Сам погибай, а товарища выручай! Помнишь завет Суворова? Мы бы и раньше прилетели, да проблемы с горючим возникли. Думали, вечером, когда за вами полетим, заправимся, а когда срочно лететь потребовалось, заправщика на месте не оказалось. Кто же знал, что Бурному ни с того ни с сего приспичит сходить по большому? Короче, пока заправщика нашли, пока заправились, время прошло, — оправдываясь, закончил пилот.