Александр Башибузук – Дорога за горизонт (страница 53)

Со стороны поселка коротко простучала пулеметная очередь, но её почти сразу заглушил надсадный рык движков. Настолько громкий, словно к нам приближалась целая колонна техники. В условиях тотального дефицита топлива народ извращался как мог с горючкой. И качество продукта явно не способствовало нормальной работе мотора.

Через несколько минут на дороге показался угловатый бронетранспортер, плюющийся сизо-черным дымом, словно внутри у него был не двигатель внутреннего сгорания, а допотопная паровая машина, причем на дровах. В отрытом люке башни красовался какой-то тип в шлемофоне. За ним шел, грохоча на колдобинах всеми своими составными частями, какой-то самодельный «драндулет» с тентованным кузовом.

Я коротко ругнулся, встал на колено, поймал силуэт машины в целик и нажал спусковую клавишу.

Громко ухнуло, несколько мгновений ничего не происходило, а потом БТР по инерции скатившись в кювет, густо задымил из всех щелей. Тип в шлемофоне так и остался торчать в люке, свесившись на бок.

Я бросил пустую трубу, схватил пулемет и высадил полкоробки в самодельную машину.

Собственно, на этом все закончилось. Пару человек успевших выскочить из кузова прикончили экономными одиночными выстрелами дядька Макар и дядька Андрей.

Весело полыхал броневик, «драндулет» застыл, сильно накренившись на правый бок, а возле него валялось несколько трупов.

— Быстро досмотр! — заорал я. — Все тяжелое вооружение и гранаты прибрать, остальное бросить!

Сунулся сам к разбитой колонне, но тут опять ожил чертов Калуга.

— Белый, быстро на точку четыре! — скомандовал он в рацию. — Живо, прорыв по правому флангу.

— Ишак карабахский! — Витек скорчил презрительную рожу. — Ну, не оставляет в покое, лишенец.

— Так там же стволов и патронов пропасть! — растерянно пробормотал дядька Андрей. — Неужто бросать?

— Угу… — подтвердил его сосед.

— Отставить! — мрачно отрезал я. — Назад, уходим!

Меня так и подмывало поживиться трофеями, но упущенное время могло подвести всех. Сам же принял план гребанного полкана.

— Надоть это, срезать по лесу! — предложил Макар. — По дороге-то дольше выйдет.

— Ну показывай.

— Да тут просто-то.

Просто не вышло. Через полторы сотни метров мы почти лоб в лоб столкнулись с небольшой группой противника. На мгновение все застыли, потом загрохотали очереди. Я полоснул из пулемета веером и отпустил спусковой крючок, только когда «печенег» дожевал остаток ленты.

Не веря, что остался живой, бросил на ремне пулемет, перекинул вперед «Зиг». Но убивать уже было некого.

— Бля… — ошарашено выдохнул Витек, ощупывая себя руками. — Опять целый… — а потом показал мне продырявленный корпус мины, висевшей на ремнях у него на груди, и радостно потянул. — Ебать, а ведь могло и пиздануть…

— Бам! — звонко тявкнул пистолет Микки. Следом девочка дострелила второго недобитого, а потом бросилась к дядьке Андрею.

Бородач лежал на спине. Разодранный пулями ватник на груди весь пропитался кровью, а на губах вздувались кровавые пузыри, в такт редкому и хриплому дыханию. Еще жив, но доходит. Неподалеку от него лежал его напарник, но там одного взгляда хватало понять — срубило наповал. Ну да, они первыми шли, вот и приняли на себя все пули…

Микки посмотрела на меня.

Я качнул головой и показал направление.

— Бегом!

Местных было немного жалко, но только немного и глубоко внутри. С таким раскладами все там будем, только чуть позже.

К тому времени, как мы добрались до позиции, я думал, что сердце вылетит через глотку, но все-таки мы успели.

В овраге подле дороги сидела пятерка «ополченцев». Я приметил несколько старых калашей, охотничью «сайгу» и потертый СКС у полного, мордатого паренька. Руководил ими древний дедок, с выцветшей, аскетической физиономией и густой белоснежной бородищей, чем-то смахивающий на святого с иконы. Этот сноровисто держал ухоженную «мосинку» с оптическим прицелом ПУ.

— Архип Никанорович! — он сунул мне сухую ладошку. — Старший сержант запаса. Артиллерист! Поступаем в твое распоряжение, значитца!

Я покосился на пяток бутылок с самодельным «коктейлем Молотова» у ног дедка и невесело вздохнул. Из тяжелого вооружения у нас осталась только «муха» Витька и две противотанковые гранаты из глубокого прошлого. Хотелось сказать людям что-то ободряющее, но ничего на ум не шло.

Над поселком вздымался густой дым, но стрельба не утихала, и в ней четко прослеживались короткие очереди крупняка.

— Идут к вам! — сообщил по рации Калуга. — Впереди БТР-70, тягач тащит на трейлере БМП-3. При них до двух десятков пехоты. Приказ…

— Да пошел ты в жопу… — буркнул я, недослушав полковника, обвел взглядом личный состав и принялся за инструктаж.

А после заметил, как Витек приматывает к своей мине гранату.

На мой взгляд он весело ответил.

— Мне одна бабка нагадала, что меня ни нож, ни пуля не возьмут. Не верил я, а видишь как? Всю жизнь по ниточке ходил и цел-целехонек, как народился только. И сейчас целый. Видать старая права была. Не боись, бугор. Живы будем, не помрем.

Я машинально кивнул, а дальше стало не до разговоров.

Вперед выперся БТР, стал в полусотне метров от нас и принялся палить короткими очередями из пулемета. Чуть поодаль стал трейлер с БМП, его пушка тоже открыла огонь. Пехота рассредоточилась рядом, но уже через пару минут ее погнали вперед. Нас бандиты пока не заметили.

Я кивнул Витьку. Он встал, вскинул на плечо гранатомет и…

Ничего…

Из сопла вместо реактивного выхлопа вырвался только жидкий язык дыма, а сама граната вылетела и упала в десятке метров.

Башня «семидесятки» начала поворачиваться в нашу сторону. Витек бросил пустую пусковую, подхватил мину и, петляя как заяц, побежал к бронетранспортеру.

— Куда!!! — заорал я, воткнул в плечо приклад «Печенега», дал длинную очередь по кабине тягача, а потом перенес огонь на башню БТРа.

Рядом легла череда взрывов, меня оглушило, но я успел заметить, как бандит, подбежал вплотную к бронированной машине и, широко размахнувшись, закинул мину ей на корпус.

А потом…

Потом, сразу грохнул оглушительный взрыв.

Убежать Витька не успел — его тело, как тряпку закинуло в сторону.

На несколько секунд я выпал из действительности, а когда пришел в себя, увидел, что БТР весело полыхает. Над кабиной тягача тоже поднимался дымок — то ли я им чего-то зацепил, то ли от БТР-а прилетело. Пофигу, в общем главное — БМП-шка теперь тоже недвижимое имущество. И даже вроде дымиться, интересно, с чего бы…

— Всем приказываю… — бубнила гарнитура. — Ухо… уходите на позицию восемь. Всем прика… приказываю уходить…

— Очнись, пожалуйста, — Микки быстро дергала меня за рукав. — Пожалуйста…

Я оглянулся и увидел только давешнего пацана, испуганно прижимавшего к груди карабин.

— Где остальные?

— Т-там… — парень ткнул трясущейся рукой в сторону горящей техники. — Они… они… с дедушкой… с дедушкой Архипом…

Я встал сначала на колени, потом вскочил и потащил его за собой.

На полуостров удалось проскочить без потерь.

К этому времени на перешейке полуострова собрались все наши.

Все без исключения, я даже удивился…

Калуга выглядел целым и невредимым, хотя у него сильно дергалась скула с уголком рта. У Бугрова левая рука была примотана к туловищу, Карл и Юлька выглядели так, словно их сначала обожгли в печи, а потом стая бешеных кошек старательно попыталась снять с парочки кожу. Петрович щеголял посеченной физиономией, у «воздухоплавателя» отсутствовало левой ухо вместе с куском скальпа. Бойцы полковника тоже уцелели, хотя все и были перевязанные. Ожидаемо — для них это не первый бой, выживать умеют. В отличие от местных…

Тут же маячили Бубенчиков и Зарипова. Медичка перевязывала раненных местных, а биолух просто торчал со своим пистолетом.

— А эти откуда взялись? — я показал взглядом на ботана и Петровича. — Их же отправили.

— А не похер? — Карл улыбнулся, но сразу болезненно скривился.

— Похер, — охотно согласился я.

— Обор-рона! — неестественно громким голосом прорычал Калуга. — Всем занять оборону.

— Белый, что у тебя с боезапасом? — ко мне подошел Бугров.