Александр Айзенберг – Командир КВ (страница 10)

Дождавшись, пока все немцы вернутся с вылетов, это что бы никого не пропустить, уже около 8 часов вечера я и начал. Сначала по пристрелочному выстрелу сделали по одному миномёту каждого калибра, а затем, получив поправки от корректировщиков, оба дивизиона заработали в полную силу, благо, что мин к миномётам у меня хватало. На пунктах сбора их оказалось очень много, а я вывёз всё, до последнего ящика с минами, мне они нужней, где я их ещё тут во вражеском тылу добуду. Правда для 82 миллиметровых миномётов можно использовать трофейные мины, а вот для 120 миллиметровых пока нет.

Это действительно так, наши миномёты БМ-36, калибра 82 миллиметра могли использовать мины от немецких миномётов калибра 80 миллиметров. Правда точность была похуже, сказывался зазор в 2 миллиметра, а вот немцы использовать наши 82 миллиметровые мины не могли, они не входили в трубу немецких миномётов. А по поводу полковых ПМ-38, то в нашей истории из-за головотяпства некоторых работников, немцы, когда захватили Харьков, получили полную техническую документацию на них и в 1942 году наладили их производство в Брно с небольшим изменением под названием 12-cm Granatwerfer 42.

Аэродром буквально покрылся султанами разрывов. Разумеется сразу взревела сирена, только толку от неё было никакого. Мины рвались везде, и среди строений и на взлётном поле. Вскоре раздался оглушительный взрыв, которым буквально смело несколько зданий. Это тяжёлая, 120 миллиметровая мина попала в склад с бомбами, на этом аэродроме, кроме истребителей базировались и немецкие штурмовики. От этого взрыва загорелся и склад ГСМ, так что вскоре, огненными ракетами в воздух стали взлетать горящие бочки с бензином. Именно тогда, когда немцам уже точно не было никакого дела до наблюдения за лесом, на опушке и появились полтора десятка моих пушечных бронеавтомобилей. Пока продолжался обстрел, они не рисковали приближаться ближе, лишь несколькими точными выстрелами уничтожили две зенитки, которые стояли чуть в стороне и не попадали под миномётный обстрел. Хотя это и были мелкокалиберные пушки, но БА-10 можно было подбить и из крупнокалиберного пулемёта.

В отличие от СССР и союзников немцы использовали крупнокалиберные пулемёты только в авиации, но и зенитного флака вполне хватит чтобы сделать из БА-10 дуршлаг. К примеру наш ДШК на дистанции в 100 метров пробивал 20 миллиметров брони, а на 500 метрах около 15 миллиметров.

Вот и приходилось использовать БА-10 с умом, не подставляя их под огонь тех, кто мог их подбить или сжечь. Обстрел продолжался минут десять, но и этого немцам хватило с головой, учитывая скорострельность миномётов. Как только обстрел прекратился, БА-10 двинулись вперёд, добить немногих выживших и уничтожить чудом уцелевшую технику. Если кто на аэродроме и выжил, то считанные единицы, кто смог сначала уцелеть при обстреле, а затем так заныкатся, что их не нашли при зачистке. Думаю на фронте уже завтра сразу скажется наша работа, всё же на этом аэродроме было под сотню различных самолётов и все они были уничтожены. Самое главное правда было то, что вместе с ними уничтожили и лётчиков с обслуживающим персоналом. Новые самолёты можно построить быстро, а вот пилотов и технику к ним надо готовить минимум пару лет, что бы получились хорошие специалисты. Потерь при этом я не понёс никаких, и при случае хотел повторить, это когда мне снова аэродром немецкий по пути попадётся. Вскоре как раз и попался, правда полевой, но и там почти полсотни бомбардировщиков уничтожили. Охрана его была пожиже, а потому просто подогнал на опушку леса свои БА-10 и те сначала с расстояния вынесли все немецкие зенитки, которые защищали аэродром от налётов, а затем, когда моей броне уже ничего не угрожало, провёл окончательную зачистку. Тут мне достались хорошие трофеи, кроме вкусного продовольствия, запасы топлива, немного транспорта и заодно отправил по воздуху к своим скопившихся у меня к этому времени пернатых. Отправил пять немецких Ю-88 к своим, кстати загрузили их по полной, лётчики просто захотели по дороге занести немцам гостинцы. Как они там у наших садится будут уже их проблемы, но надеюсь сядут.

Глава 5

После того, как я набрал недостающие экипажи для танков и расчёты для миномётов с артиллерией решил провести боевое слаживание. Для этого выбрал идеальное место, мост через довольно широкую реку. Причём цель выбирал не абы какую, пришлось целый день вхолостую простоять, пока не появилась нужная добыча. Не знаю, что именно за часть это была, но впереди двигалось с полсотни танков, а за ними длинная колонна грузовиков, бронетранспортёров, артиллерии. Я заранее заминировал мост, причём сапёры по моему приказу сделали так, что бы после взрыва можно было довольно быстро починить повреждения. Ещё повезло в том, что время подходило к вечеру. Когда все танки переехали мост, он рванул. В воду слетел грузовик, который как раз проезжал по мосту, разумеется, что немцы мгновенно приготовились к бою, но в ответ тишина. Насторожено оглядываясь, к мосту двинулись подъехавшие вскоре сапёры. Настил был уничтожен, но вот сами опоры моста не пострадали, так что его можно было довольно быстро починить. Именно на этом и зиждился мой расчёт. Мне нужно было собрать немцев вокруг моста, как можно больше, что бы потом не гонятся за ними по одному.

Полковой комиссар Куприянов вывел полсотни оставшихся с ним бойцов к мосту и остановился на опушке леса. К мосту через реку как раз подошла большая колонна противника. Понимая, что сейчас им через мост не перейти, Куприянов дал приказ на привал. Его бойцы устало повалились на землю, за день они порядочно устали, тем более, что уже второй день почти ничего не ели. Сам Куприянов в это время в бинокль следил за противником. Первыми разумеется через мост проехали разведчики, шесть мотоциклов с колясками, два полугусеничных бронетранспортёра и лёгкий танк двойка со спаренными малокалиберными автоматическими пушками. Следом за ними, примерно в метрах двухстах, ехали немецкие танки, они тоже спокойно переехали мост, а вот когда на его середину выехал грузовик, раздался взрыв. Грузовик сбросило в реку, а настил моста оказался сильно повреждён, но вот сами опоры не пострадали. Разумеется, что немцы сразу приготовились к бою, но ничего не происходило. Минут через десять к мосту подъехал грузовик и из него выпрыгнули немцы, судя по всему сапёры, так как они принялись внимательно изучать повреждённый мост. Вскоре появилось и начальство, оно подъехало на шикарном кабриолете, из него вышел немецкий офицер. К нему тут же подбежал один из изучавших мост немцев и принялся докладывать. Тем временем к мосту продолжали подъезжать немецкие грузовики и бронетранспортёры. Куприянов с большим интересом за этим наблюдал, с одной стороны для него было лучше, что бы немцы поскорее переправились и освободили мост, а с другой стороны эта задержка играла на руку нашим войскам, и плохо было то, что повреждения мост получил небольшие и максимум к завтрашнему утру мост починят. Видимо командир этой части принял решение, поскольку немцы стали разбивать тут лагерь. Чем на ночь глядя искать объезд, лучше остановится тут и дождаться ремонта, тем более, что он надолго не затянется и к ночи мост починят, а тогда следующим утром они двинутся дальше. Если искать объезд, то можно потерять на этом ещё больше времени и сжечь попусту топливо, а раз мост быстро починят, то тогда тут и заночевать. Вскоре вся немалая часть стала тут лагерем, кстати уже переправившиеся на ту сторону танки тоже остались здесь. Вскоре со стороны немцев потянуло очень аппетитными запахами, что очень раздражало бойцов Куприянова. Немецкие танкисты перебрались по мосту к основному лагерю, для людей перейти по повреждённому мосту было можно, вот они и отправились ужинать и вот тогда всё и началось.

Немцы меня не разочаровали, как я и рассчитывал, осмотрев повреждённый не очень сильным взрывом мост, они поняли, что его можно быстро починить и встали вокруг моста лагерем. Я не просто дождался, пока они все скучкуются вместе, но и когда немецкие танкисты пойдут на ту сторону ужинать. Именно тогда я и отдал приказ открыть огонь, для этого использовал своих связистов, которые протянули полёвку до миномётного и гаубичного дивизионов. Сначала дал пристрелочный выстрел 120 миллиметровый миномёт, его мина рванула как раз посередине немецкого лагеря на противоположном берегу реки. Затем выстрелила гаубица, а я взял с собой все свои М-30, её снаряд рванул чуть в стороне, но следующий уже лёг как надо. А вот затем и миномётчики и артиллеристы развили максимальный темп стрельбы. Мои КВ тем временем заведя свои двигатели, чуть выехали вперёд из леса и сразу остановились, после чего принялись, как в тире расстреливать немецкие танки. Били по ним до тех пор, пока танк или не взрывался или не загорался. Снарядов и мин было достаточно, вывезли их мы много, нам даже было потом всё не увести с собой, когда двинемся к своим, вот и не экономили их сейчас. На том берегу начался настоящий ад. От взрывов снарядов и мин сначала загорелись немецкие грузовики, а затем стали детонировать и боеприпасы, которые немцы везли с собой, а затем огонь добрался до грузовиков с топливом и там стали распускаться огненные грибы. Мы вели огонь минут двадцать, если там кто и выжил, то сущие единицы, а накрыли мы судя по всему немецкий моторизованный полк. Я уже собрался уходить, когда заметил, как с той стороны реки к ней подбежали наши бойцы и стали лихорадочно переправляться на нашу сторону.