Александр Асмолов – Души баллада (страница 8)
Волшебником неведомой страны,
В которой чудеса возможны.
Где все шаманы или колдуны
Перед тобой одним ничтожны.
Под солнцем южным в сказочном дворце
С гаремом из Шахерезады.
Живущем вечно в временно́м кольце,
И каждый год тебе там рады.
Пусть этот год и даже этот день
возможно станет тем последним,
и от меня останется лишь тень
Быть с ней, пусть даже днём осенним.
Сёстры
Любовь и смерть, как сёстры, ходят рядом,
Близки, как две ступени у одной черты.
В порыве, трудно разделить их взглядом,
И обе любят, когда дарят им цветы.
А к разуму сестрички безучастны,
У них отцов характер непременно крут.
С одной мы – счастливы, с другой – несчастны.
Но эти сёстры в жизни рядышком идут.
И обе любят белые одежды,
За ними длинный шлейф молвы несут года.
Одна преподнесёт цветок надежды,
Другая – крест печали ставит навсегда.
В объятия любой попасть опасно,
Любая вечно сердцем завладеть спешит.
Но лишь судьба определит негласно,
Кто под венец пойдёт, а кто на щит.
Да и меж ними не бывает мира,
За душу грешника у них война идёт.
Подружка ревность та ещё задира,
Тихоня зависть выжидает свой черёд.
А жизнь, как мать, заботливой рукою,
Обоим сёстрам торопиться не велит.
Но озорница манит за собою,
Молчунья нанесёт нежданно свой визит.
Судьба
Господь отмерил каждому по доле,
Что б всё успеть, судьбу послал в поводыри.
Так бродят парой грешники по воле,
Маршрутом длинным от зари и до зари.
Кому-то жизнь мерещится подвластной
Любви, амбициям, стремлениям, борьбе.
Бойцы готовы предложить с опаской,
На жизнь свою в орлянку поиграть судьбе.
Убогие и слабые покорно
Клянут свою судьбу, взывая к божествам.
Лгуны и хитрецы хотят проворно
Её надуть, ступая по чужим следам.
И многим не дано узнать до срока,
Что Долей каждому начертано в судьбе.
Казённый дом, иль дальняя дорога…
Цыганка с картами расскажет всё тебе.
Несчастные зазря теряют время,
Блуждают в полумраке, злобу затая.
И лишь влюбленных неземное племя
Хмельны от счастья и не видят воронья.
Безумец ей в лицо бросает вызов
Отвагу, словно шпагу, лихо обнажив.
Любимчику она простит капризы
Превратности свои в сторонку отложив.
Метель лихая
Свеча слезится, молча тает, и огонёк едва дрожит.
Метель снаружи распевает, что все секреты сохранит. 
