Александр Асмолов – Души баллада (страница 10)
Собой всегда гордился свысока.
Всем видом говоря, как он несчастен,
Речушка к иве очень глубока.
Рябина очень просто наряжалась,
Рубины в бусах, только и всего.
Мороз просил её всего лишь малость,
Что б сохранила это волшебство.
Завиток
Изящной ручки завиток
У чашки с ароматным чаем
Напомнил, как я между строк
Писал, что без тебя скучаю.
Что эхо отшумевших гроз
Утихло за июньским садом,
Но все, что маялось всерьёз,
Лишь притаилось где-то рядом.
И снова на столе цветы
Гадают, лепестки теряя,
Как, может быть, сейчас и ты
Одна сидишь за чашкой чая.
В беседке тот же самовар,
Июльским вечером не стынет.
И лишь назойливый комар
Из собеседников поныне.
А, может, заглянул гусар,
Чтоб спеть тебе романс цыганский.
И рядом с чашкой партизан,
А вместо роз табак голландский.
Но нет, с тобою лишь закат,
И тишина вас охраняет.
А августовский звездопад
Тебе на счастье погадает.
Признание
Опавших листьев неразборчивые строки
Неровным почерком октябрь разбросал.
Как будто вспомнив, что уже минули сроки,
Красотке-осени признание писал.
Позвав к себе на помощь ветер-забияку,
И дождь-зануду, что стучит с утра в окно.
Он выгнал с улицы последнюю собаку,
Писал, когда вокруг пустынно и темно.
В обветренных руках перо держал несмело,
В тумане рифму так мучительно искал.
Кляня себя, что взялся за чужое дело,
С мальчишеским упрямством всё-таки писал.
Она влекла его рябины терпким соком,
И ярким убранством опушки у холма,
Загадкою в холодном озере глубоком,
И грустью расставания свела с ума.
Короткий век красотки день за год считает
И молодость уносит стаей журавлей.
Румянец девы с позолотой быстро тает,
Ведь ей отведено не более ста дней.
Озябшие слова ложатся неумело,
И он разбрасывает листья набегу,
Признание пылкое в любви меня задело,
Я записал его, и нынче берегу.
Помани
Помани меня глазами в сочном отблеске зари,
Обмани цветными снами, и за дерзость не кори.
Соблазни полутонами, к тайне доступ отвори,
Наколдуй любовь меж нами, и с собою забери.
Проявись на звездном фоне силуэтом из мечты,
И принцессою на троне небывалой красоты.
Обрати меня к иконе той духовной чистоты, 
