Александр Артемов – Рыцарь Резервации. Том IV (страница 34)
— Их же сейчас… — и кошка задергалась, будто внутри нее кто-то отчаянно боролся.
Метта-714 улыбнулась.
— Так ее! А ну! К стенке предательницу! Революция тогда хоть чего-то стоит, если она умеет защищаться!
Тут же у стены появились трое — смертельно бледная Метта-211, и еще двое Метт, одетые в кожаные куртки. Они держали ее за руки.
— За что⁈
— За дело, — сказала 714-ая поправляя фуражку. На ней появился военный френч.
— Я ничего не делала!
— Значит, за слово. А за словом всегда следует дело, милая моя, — и Метта-714 щелкнула пальцами. — Приговор за контрреволюционную агитацию один — стирание на месте!
Напротив 211-ой появилась расстрельная команда Метт с винтовками. С улицы нарастали крики.
— Я протестую! — закричала 211-ая, вжавшись в стену. — Я член революционной партии еще с позавчера!
Но 714-ая покачала головой.
— Все вы, двурушники, так говорите, — и гаркнула расстрельной команде. — По врагам революции… Готовсь!
И Метты вскинули винтовки. Сжав зубы, 211-ая затряслась. У нее по лицу покатились слезы.
— Цельсь! Ого…
Грохот ружейных выстрелов оборвал ее. Еще залп, и 714-ая пропала, а за ней и расстрельная команда. Шпилька с мявом слетела с мусорного бака, а в их переулок с криками помчались нелюди — целая толпа. На многих была кровь.
Пальба преследовала их по пятам. Они падали один за другим. Следом шагал строй жандармов.
Во время очередного привала я решил серьезно поговорить с Аки. Либо я, либо это сделает Свиридова — она уже грозилась вправить этой идиотке мозги. На этот раз отыскать ее было несложно: Аки ото всех держалась особняком. Сидела под деревом и полировала свой меч.
Только я хотел подойти к ней, как отовсюду вышли Метты.
— Илья, она не сошла с ума, — сказала 526-ая. — Тут дело в другом…
— В чем?
Вперед вышла одна из Метт. Подтолкнув ее ко мне, 526-ая буркнула:
— Говори.
Та замялась.
— Честно… Я не хотела подглядывать, когда вы…
— Говори!
— Илья… Я… Она видела вас.
— Ты о чем? — спросил я.
Вздохнув, сказала 526-ая:
— Аки видела вас в тот момент, когда вы с Софьей целовались. Ее отправились искать вас, и она нашла. Она была…
Я вздохнул.
— В маскировочном костюме. Дурочка.
Хотя этого следовало ожидать. То, что Аки неровно ко мне дышит, ясно и ребенку. А ревность — страшное чувство, способное загнать нас обоих в могилу. Вернее, нет, загнать в могилу вообще всех. С этим надо что-то делать…
— Может, перепрошить ей сознание? — предложила Метта-404. — Я могу. Мой жучок у нее в голове сделает все на раз-два!
— Нет. Я с ней поговорю. Аки, — и подойдя к ее месту под деревом, опустился рядом.
Она не ответила. Натирала и натирала свой меч тряпочкой.
— Аки! Ты слышишь?
Она подняла взгляд.
— Что? — спросила она ледяным голосом. На меня, впрочем, она глядела всего миг. — Вы что-то хотели, Илья Тимофеевич?
Приехали. «Ильей Тимофеевичем» она не называла меня довольно давно…
— Вернее, никогда, — заметила 526-ая. — Был же Марлин-сан, а потом Илья…
Оглянувшись на своих, я проговорил тихим голосом:
— То, как ты сражаешься. Бросаешься в бой быстрее, чем парни успеют открыть огонь.
— А как вы хотите, чтобы я сражалась?
Я закатил глаза. В дурочку играет.
— Ты должна сразаться так, чтобы помогать своим, а на мешать.
— Простите, Илья Тимофеевич, от моего меча умирает каждый третий чуд и каждый пятый юд, я…
— Нет, Аки. Больше так не делай.
— Почему⁈ Хотите, чтобы я пряталась за ВАШЕЙ спиной?
В ответ я поднялся. Больше играть с ней я не намерен. Точно не здесь.
— Акихара Самура, вы кажется, поклялись мне в верности?
Она поджала губы. Сжала кулаки. Выпрямилась.
— Да…
— Вот и выполняйте мои приказы. Больше никакой самодеятельности. Вы разведчик, вот и ведите себя как разведчик, понятно?
Она кивнула. Глаза снова смотрели в землю.
— И зачем это, глупышка? Для чего?
Аки подняла глаза и увидела Метту, сидящую рядом с травинкой во рту.
Илья давно ушел. Вокруг нее никого не было, даже Милы. «Эту безумную японку», как называли ее бойцы, предпочитали обходить десятой дорогой.
Только скалились за спиной, и все. Ей было плевать.
— О чем вы, госпожа Метта? — спросила Аки. — Я убиваю монстров эффективнее всех. Каждый пятый юд и…
— Угу, — и ее невидимая собеседница выплюнула травинку. — И при этом подставляешь команду. Зачем? Хочешь, чтобы Илья волновался, да?
Аки поджала губы.
— Глупо. Сколько там тебе? В твоем возрасте творить всякие глупости дело обычное, но это…
— А вы-то откуда знаете⁈ — и Аки почти с ненавистью поглядела на Метту. — Вы же не…
Она запнулась.
— Не материальная, не живая и не стареющая? А вот тут ты дала маху, — и закрыв глаза, Метта сложила руки за головой. — То что меня могут видеть только те, у кого в голове роятся жучки, ничего не меняет. Я умру так же как и ты, стоит только моему 404-ому жучку погибнуть. А значит, и состариться тоже могу… теоретически.