Александр Артемов – Рыцарь Резервации. Том IV (страница 36)

— Нет…

Грохот внизу нарастал, но некому было вызвать жандармов, да и разве вызовешь их? Они весь день бегали по городу, стреляя в нелюдей. С каждым разом выстрелы слышались все ближе.

Еще один удар, и нечто тяжелое внизу рухнуло. Послышались шаги, дикий свист. А затем голос Льва. Сердце Софьи забилось быстрее, но… голос брата быстро оборвался. В груди все сжалось.

— Они уже внутри, — довольно проговорили у нее над ухом. — Они помогут тебе, Софья, выполнить очередное задание… Только так ты сможешь спасти своего брата.

От этой фразы ее бросило в дрожь. Руки разжались.

— Какое⁈ — и она повернулась.

За ее спиной было пусто. Тень пропала.

— Соня, это был он?.. — и перед ней появилась та самая девушка с белыми волосами. Метта. — Этот…

— Да, он… Из Братства.

Шаги приближались — и вот они у порога. Дверь вынесли с одного удара. Секунду спустя в ее спальню набились пять человек. Все в черном и при оружии.

— Ага… Вот и хозяева! — и на мордах всех пятерых нелюдей зажглись улыбки. — Барышня!

Они сделали шаг, Софья вжалась в подоконник. С улицы кричали.

— Прочь! — и ее глаза вспыхнули. Геометрики в кулоне и серьгах засверкали. — А то я вас…

Но нелюди подняли оружие. Целью была Софья.

— Не советуем. Снимай с себя все, дурочка. Быстро.

Девушка похолодела. Нет, лучше смерть!

— Стоп! — и из-за спин вышла еще одна фигура в черном. — Опустите пушки, ребята, а то эта конфетка тут камня на камне не оставит.

Увидев ее, Софья обомлела.

— Рина!

— Ах, вот так встреча, госпожа, — и ее бывшая горничная поклонилась. — Не хотите ли поехать с нами? Вечер у Ленской в самом разгаре.

Под вечер из-за деревьев показались они — забытые дома Амерзонии. В основном мы натыкались на утопленные в зелени руины и потрескавшиеся остатки дорог, но из леса выползла целая улица с навсегда покинутыми зданиями.

— Это похоже на… — проговорила Мила, оглядываясь вокруг, — строения людей…

Свиридова кивнула.

— Похоже. Нельзя исключать, что до Гигантомахии здесь и в самом деле жили люди.

— А кто еще? Не юды же?

Магичка пожала плечами.

— Гипотез существует масса. Увы, никаких вразумительных свидетельств, чьи именно это постройки, мы не нашли. Внутри все выжжено огнем. И не по одному разу.

Уже темнело, и нам следовало найти место где переночевать. К счастью, темнело тут ненадолго — всего какой-то час — и его мы провели внутри одного из уцелевших каменных домов. Бойцы Скарабея расположились в одной сырой комнате, а мы со Свиридовой в другой. Было тут мрачно и пусто. Все стены заросли мхом, но иного места для ночлега найти было невозможно.

— Спим четыре часа, а затем снова в дорогу, — распорядилась Свиридова, устроившись в углу. — Терять времени нельзя. А то еще Поветрием накроет…

Женя насторожился.

— А если накроет?..

— Лезем в подвал, куда же еще? К счастью, тут он есть.

Стемнело, и вместе с тьмой пришел ветер, а еще звуки. За стенами постоянно что-то скрежетало да ухало. Стоит ли говорить о том, что никто из нас так и не смог сомкнуть глаз?

— Эх… поесть бы… — проговорил Женя со своего лежака. — На ужин в ШИИРе, наверное, запеканку дают…

Шах хохотнул.

— Ты вообще думаешь о чем-то кроме еды?

— Конечно! Я бы сейчас и пива навернул!

Их «занимательный» диалог прервал стон — в своем спальном мешке ворочалась Мила. С каждой минутой она стонала все громче.

— Руки… руки… пустите… Пустите!

— Камилла Петровна, — зашептала ей на ухо Саша, а затем начала легонько расталкивать ее. — Проснитесь! Проснитесь же!

Открыв глаза, Мила вскочила и тут же вцепилась в Сашу. Слезы заблестели на ее глазах. Она была вся в поту.

— Что такое, Мила? Кошмар?..

Та же она затравленно заозиралась, а затем потянулась к стене, облепленной мхом. Не издав ни звука, она начала соскабливать растения со стены.

— Мила, ты что⁈

Мы с Шахом тоже подошли к ней. Она не унималась, и Шаху пришлось оттащить ее от стены.

— Пусти! Где Аки⁈

Лежа в своем мешке, Аки давно смотрела на подругу округлившимися глазами. В них стоял страх и непонимание.

— Я здесь…

Охнув, Мила бросилась к ней. Сжав ее в объятиях, девушка заплакала.

— Мне показалось, что ты… Что ты стала тенью…

— Тенью?

Дальше слова Милы стали совсем не различимы. Повернувшись к стене, я зажег фонарик. Сквозь слой плесени виднелся камень, а на нем…

Вычистив всю стену от пола до потолка, я отошел и направил лучик в пожелтевшую стену. На ней угадывался вытянутый черный силуэт, до дрожи напоминаваший человеческий.

— Зря, — услышал я голос и направил фонарик на Свиридову. Она тоже не спала. — Не хотела я, чтобы вы их видели. Похоже, у Нее другое мнение.

И взяв нож, магичка направилась к другой стене. Расчистив мох, она вернулась к своему мешку.

— Глядите. Они здесь в каждом доме. На каждой стене.

Я огляделся. Остальные молчали. Теней было шесть штук, черных и изломанных, словно они пытались защищаться от чего-то, ползущего из окон. «Ноги» теней начинались на полу.

— Мне приснилось… — сглотнула Мила. — Что из стены тянутся руки… И тащат нас к себе… Прямо в ст…

Вдруг снаружи раздался не то скрип, не то вой, и мы резко обернулись к выходу. Там тлел огонек сигареты — Акула несла свою вахту. Ее глаза слегка поблескивали во мраке.

— Спите спокойно, птенчики. Тени на стенах и мухи не обидят. В отличие от них.

И вслед ее словам снаружи раздался скрежет, звон и грохот. Тоскливый, протяжный звук шел цепью — из одного конца чего-то длинного к другому. Осторожно придвинувшись к окошку, я выглянул, но снаружи виднелись одни огни — цепочка огоньков двигалась через лес. Больше ничего нельзя было различить. Следующие пять минут мы, напрочь забыв про стены, молча слушали, как нечто зловещее двигается мимо нашего убежища.

— Что это?.. — спросил Шах, стоило звуку затихнуть.

Акула улыбнулась.

— Откуда мне знать? Иди сам спроси эту змеюку.

До «утра» мы так и не сомкнули глаз, а вместе с солнцем пришли новые проблемы — пропал один из бойцов. Звали его Чеснок.