Александр Агеев – Оттенки страха (страница 3)
Три фигуры в конце коридора.
Первый: он сам, в рваной куртке, с окровавленными костяшками. «Лидер? – рычит двойник. – Ты даже не смог удержать маму, когда она уходила!» Второй: в короне из шипов, с лицом, искажённым маниакальным смехом. «Король! – визжит он. – Без армии! Без королевства!» Третий: ребёнок, свернувшийся в клубок на полу. «Слишком слаб… Слишком слаб…»
– Это не я… – Кайрон пополз назад, но зеркала сомкнулись в круг.
«Как ты защитишь их? – завыли голоса в унисон. – Ты же боишься их потерять!»
Он вскочил, яростно бьющий по стеклу. Кулак провалился в зеркало, будто в воду. Жидкость обожгла кожу, оставив на руке волдыри.
– А-а-а-а!
Отражения смеялись.
«Попробуй ещё! – дразнил двойник с короной. – Может, на этот раз отец похвалит?»
Кайрон рванулся вперёд, но коридор удлинялся. Каждый шаг рождал новые кошмары. Вот Фиола, с ножом у горла Глёза: «Ты проспал его смерть!» Вот Роза, исчезающая в трещине, а он – цепляется за её руку, чувствуя, как пальцы соскальзывают…
– Хватит! – закричал он, в отчаянии хватая ближайший осколок зеркала.
Кровь закапала на пол, но вместо боли пришло озарение: в осколке он увидел настоящее. Глёз, бьющийся в истерике в своей голубой комнате. Жёнол, рвущий на себе жёлтый свитер. Сит, бьющий кулаком в стену до крови.
«Они страдают из-за тебя, – прошептало стекло. – Ты затащил их сюда».
– Нет… Я хотел… защитить…
«Ложь. Ты хотел доказать, что достоин отцовской любви. Даже ценой их жизней».
Стены дрогнули. Зеркала начали сжиматься, вытесняя воздух. Осколки впивались в плечи, рвали кожу. Кайрон упал, прикрывая голову руками.
– Жёнол… Глёз… Сит… Простите…
Последним, что он увидел, стало гигантское зеркало в конце коридора. В нём – он сам, но идеальный. Без шрамов, без морщин, в доспехах, сияющих как солнце.
«Настоящий лидер, – сказало отражение голосом отца. – Тот, кем ты никогда не станешь».
Кайрон протянул руку, но зеркало рассыпалось. Осколки пронзили ладонь, смешав кровь со слезами.
– Всё… кончено…
Тьма поглотила его.
Она длилась вечность. Кайрон уже не чувствовал тела – только холод, проникающий в кости, и голос, пульсирующий в висках.
«Сдайся. Ты – лишь трещина в стекле, которую я разобью одним движением».
– Иди… к чёрту… – прошипел Кайрон, но даже рот не слушался.
«О, я уже там. И тебя жду».
И тут тьму разорвал фиолетовый взрыв.
– Эй, Король! – голос Фиолы врезался в сознание, как нож в лёд. – Ты тут валяешься, а мы уже ужинать собрались!
Кайрон открыл глаза. Фиола стояла над ним, закусив губу так, будто улыбка причиняла боль. Её нож, треснутый до рукояти, светился лиловым, прорезая зеркальную стену.
– Ты… как… – он попытался встать, но рука провалилась в пустоту. Пол был прозрачным, а под ним – бездна с мерцающими глазами.
– Не думай, просто беги! – Фиола рванула его за воротник, и они покатились в сторону, едва избежав когтей, выросших из зеркала.
Зеркальный лабиринт ожил. Стены изгибались, как змеи, отражая уже не прошлое, а будущее: Кайрон, старый и сгорбленный, сидел в одиночестве на троне из черепов. Фиола, с пустыми глазницами, резала себе вены ножом.
– Не смотри! – Фиола ударила клинком по ближайшему зеркалу, но трещина мгновенно затянулась. – Это его игра. Я думала, что это байки Розы.
– Чья?! – Кайрон вскочил, прижимаясь к её спине. Их окружали двойники – корчившиеся от боли, смеявшиеся, умирающие.
– Нокса. Тень, которая жрёт наши страхи. – Она метнула нож в зеркало с изображением Глёза, тонущего в чёрной жидкости. Стекло разбилось, но из щелей хлынул дым, приняв форму гигантской руки.
– Бежим!
Они рванули по коридору, который теперь сужался, как горло. Зеркала кричали, брызгая осколками:
«Фиола! Ты же знаешь – он тебя предаст!»
«Кайрон! Она тебя ненавидит!»
– Игнорируй! – крикнула Фиола, но её голос дрогнул, когда зеркало показало Розу, падающую в пропасть.
– Куда мы бежим?! – Кайрон едва перепрыгнул трещину, из которой выползали тени с лицами друзей.
– Туда, где свет!
В конце коридора мерцала дверь, обвитая шипами. Но за десять шагов до неё пол обрушился, открыв пропасть. Над бездной висел хрупкий мост из стекла, каждый сегмент которого показывал их страхи.
– Твоя очередь, лидер, – Фиола толкнула его вперёд.
Первый шаг. Стекло под ногой ожило: маленькая Фиола, бьющаяся в истерике в тёмной комнате. «Мама! Я буду хорошей! Не уходи!»
– Не… останавливайся… – прошипела Фиола, вцепившись ему в плечо.
Второй шаг. Кайрон, разбивающий кулаком фото матери. «Ты ушла! Ты сдалась!»
Третий шаг. Глёз, кричащий: «Я ненавижу тебя!»
– Это ложь! – Кайрон зажмурился, но Нокс уже говорил его голосом:
«Правда. Он боится тебя. Все боятся».
Мост затрещал.
– Прыгай! – Фиола толкнула его на последний сегмент, и они рухнули у двери.
За спиной мост рассыпался в бездну. Фиола засмеялась – хрипло, нервно:
– Ну что, Король? Весело?
– Ты… сумасшедшая… – Кайрон поднялся, но дверь перед ними растворилась, открыв тронный зал из чёрного хрусталя.
На троне сидел Он.
Нокс не имел формы – лишь тень с миллионом глаз, мерцающих как звёзды в пустоте. Его голос исходил отовсюду:
«Марионетки. Вы пришли, чтобы я разорвал ваши ниточки?»
– Мы пришли, чтобы выдрать тебе глотку! – Фиола бросила нож, но клинок прошел сквозь тень и вонзился в трон.
«Мило. Ты даже не понимаешь, с кем говоришь».
Нокс поднял руку – вернее, нечто, напоминающее руку. Стены зала превратились в лица: Глёз, Роза, Жёнол – все кричали в немом ужасе.
– Что ты с ними сделал?! – Кайрон шагнул вперёд, но Фиола схватила его за руку.
«Я – страх, который они прячут. Я – конец, который они видят каждую ночь. Я… бессмертен».
– Все умирают, – выдохнул Кайрон. – Даже боги.
«Боги? – Нокс засмеялся, и от смеха треснул пол. – Я старше богов. Я – первый крик младенца. Последний стон старика. Вы носите меня в себе… и кормите каждый день».
Фиола внезапно вскинула руку: