Александр А – Укол страсти в VIP палате 18+ (страница 6)
— И Сафин, — он смотрит мне в глаза. — Она не такая, как ты думаешь. Не надменная. Просто... защищается. Не сломай её.
Наши дни.
Открываю глаза.
Белый потолок. Свет приглушён. В голове — тупая пульсирующая боль.
Десять лет.
Данила Волжанский.
Через неделю после того разговора я пришёл к ним домой на день рождения. Ева смотрела на меня с подозрением — откуда взялся этот друг Данилы, которого она никогда не видела? Но брат старался. Хвалил меня, шутил, подливал ей вино. Делал всё, чтобы сестра расслабилась.
А я смотрел на неё и понимал — нет... не просто трахну.
Дверь открывается. Макс заглядывает в палату.
— Не спишь? Мы с Ломом пожрать принесли.
Сажусь на кровати. Голова кружится, но терпимо.
— Заходите.
Они вваливаются — Макс с пакетами, Лом с бутылкой воды.
— Держи, — Макс вываливает на тумбочку контейнеры. — Курица, рис, овощи. Всё по диете.
— Спасибо.
Открываю контейнер, набрасываюсь на жрачку.
— Ну чё там с врачихой? Другую дали? — Макс плюхается на диван.
— Нет, эту оставил, — отзываюсь невесело.
— Слушай, — он понижает голос, — может, тебе тоже кусок мозга вырежут? И будешь как Лом. Молчаливый, загадочный. Бабам такие нравятся.
Лом поворачивает голову. Смотрит на Макса тяжело.
— У меня была менингиома.
— Да я помню, помню, — Макс машет рукой. — Операция прошла успешно. Ты здоров как бык. Просто говоришь мало.
— Мне не о чем с тобой говорить.
— Вот! — Макс тычет в него пальцем. — Вот это я и имею в виду. Две фразы за раз — и обе обидные.
Лом отворачивается к окну. Очевидно, разговор окончен...
— Так что там с врачихой? — Макс снова переключается на меня. — Я погуглил. Волжанская Ева Сергеевна, тридцать лет, кандидат наук. Реально крутой спец.
Молчу.
Ох, Аватар, вечно ты лезешь туда, куда совсем не надо.
— Волжанская, — повторяет он медленно. — Волжанский... Данька Волжанский из «Волков». Это его сестра, что ли?
Не отвечаю. Макс сканирует меня взглядом, и я своим тупым молчанием палюсь.
— Бля... — Макс откидывается на спинку. — Я помню ту историю. Вы с ним поспорили. На твою тачку и на его сеструху. И ты выиграл. А потом...
Он замолкает. Смотрит на меня выпученными глазами.
— Это она? Та девчонка, которую ты... Но ты же вроде спор аннулировал. Блин, я тогда в Америку свалил, не помню конца истории.
И это хорошо. Лом в то время тоже уехал. Они оба подписали контракты.
— Макс, — голос Лома как гром, — заткнись.
— Да хорош. Мы чё, не друзья, что ли?..
Вполуха слушаю их перебранку, в которой больше вещает Аварский, само собой. Беру телефон с тумбочки. Экран бьёт по глазам — ярко, больно.
— Тебе нельзя, — говорит Лом.
— Знаю. Но мне надо.
Открываю гугл. Набираю: «Данила Волжанский хоккеист».
Первая ссылка — старая статья. «Данила Волжанский завершил карьеру». Семь лет назад. Вторая ссылка...
Моргаю ошарашенно. Читаю ещё раз.
«Бывший хоккеист Данила Волжанский найден мёртвым».
Три года назад.
— Сафин? — голос Макса откуда-то издалека. — Ты чего побелел?
Смотрю на экран. Буквы расплываются.
Данила Волжанский мёртв.
Брат Евы мёртв.
Как так-то, блядь?..
Дорогие читатели, лайк книге очень мотивирует писать больше и чаще)) Если нравится история, пожалуйста влепите мне звёздочку!
Глава 5. Муж
Ева
Мой график — издевательство. Официально — три дня в неделю приём и два дня консультации в стационаре. Неофициально — я здесь живу. Особенно, когда в VIP-палате лежит пациент, от которого зависит контракт клиники с хоккейным клубом.
И особенно, когда этот пациент — Амир Сафин.
На часах уже восемь вечера, а я всё ещё тут. Мне нужно провести осмотр. Но уже целый час я придумываю себе причины, почему пока не могу этого сделать.
Снимки не так разложила — переложила.
Назначения не перепроверила — перепроверила.
Кофе не допила — допила, сварила новый, тоже допила.
Туалет... Ладно, в туалет я ходила три раза.
Хватит.