Алекса Райт – Пути океана: зов глубин. Книга вторая (страница 17)

– Капитан, так как звать-то тебя? – вдруг спросил Леон, и его вопрос привлек внимание всех присутствующих.

– Зови Венсаном, раз под его флагами ходим, – сказал Витал и почувствовал, как имя это обволакивает подобно плащу – новому, ещё непривычному, но уже словно созданному для его плеч. Венсан. Не офицер Гильдии, не капитан первого ранга. Венсан – вольный пират, чье слово – закон для его последователей.

Дочь Да-Гуа

Кроны высоких деревьев качались, пропуская послеобеденное солнце, отчего свет играл на земле причудливыми пятнами и периодически заставлял щуриться Селин и ее спутников.

Лошади не привыкли к сырой влаге лесного ковра. Уставшие от часового галопа после неприметного поворота с дороги, они уже грузно ступали увязшими копытами по мягкой траве и прелым листьям, перешагивая тут и там торчащие массивные корни деревьев.

Душистый воздух полнился пением птиц и шелестом листвы. Казалось, так и слышался аромат первобытной древности этих мест, нетронутых цивилизацией.

Информатор викария Доминго – капризная и непредсказуемая островитянка Фия из числа приближенных самого Верховного Вождя – похоже, сделала все, чтобы в очередной раз набить себе цену.

Уговоры, щедрые дары, гарантии расторопного Доминго всякий раз как будто приближали встречу с Фией, но в самый последний момент стабильно отменялись без объяснения причин. Селин была готова пойти на все, лишь бы на этот раз долгожданные переговоры состоялись. Обрывочные слухи и многочисленные безрезультатные расследования привели только к одному выводу: единственный, кто хоть как-то мог повлиять на несговорчивых аборигенов, был некто Верховный Вождь Эхекатль. Фия же выступала одинокой связующей с ним нитью, которую и поспешила ухватить де Круа.

Ведь от прекращения нападений на порты зависели не просто политика, а фактическое выживание Новой Вердены. Изучив все противоречивые донесения, невнятные нюансы партнерских договоров и многочисленные доверенности, Селин снабдила Антуана четкими инструкциями, приправленными последними запасами привезенного с материка вина, и доверила очередные не слишком важные переговоры с акифскими представителями. Самой же ей за пределами золоченых стен гостиных предстояло распутывать клубок островных взаимоотношений с аборигенами.

Что и радовало, и пугало одновременно…

– Не, ну мы зашли в очевидный тупик… Кто-нибудь уже удосужился свериться с картой? – послышался раздраженный голос Марсия. Далее ожидаемо последовали рассуждения об умственных способностях лавразцев.

Шестеро гвардейцев сопровождения в полном боевом облачении разом остановились по знаку Брута. Командор уткнулся в потрепанную карту.

– Спокойно. Мы на верном пути. Видать, карта неправильная. Готов поклясться, тут была дорога вперед… Но ее… теперь тут нет?..

Застигнутые стеной непроходимых зарослей путники заозирались.

– Тпррру! Стоять! – Марсий, едва не свалившись со скакуна, тяжело спрыгнул на землю. Как бы ни был хорош в море, капитан, застигнутый врасплох в седле подобием морской болезни, внезапно оказался совершенно не приспособлен к верховой езде. То, как он старался скрыть свою неожиданную уязвимость, выглядело весьма презабавно. Селин не удалось сдержать улыбку.

Североморец невозмутимо принялся расхаживать по поляне и деловито осматриваться. Впрочем, познания в навигации вряд ли способствовали ориентации в буйстве непролазной зелени.

В окружении подчиненных Брут тем временем вертел карту и ругался вполголоса. Де Круа спешилась, стряхнула приставшие к подолу листики и парочку ярких жуков с синего бархата своей амазонки. В платье для верховой езды было жарко, но оставалось надеяться, что богатая золотая вышивка сможет донести до коренного населения острова высокий статус переговорщицы и всю серьезность ее намерений.

То и дело увязая полусапожками во влажном мхе, Селин направилась к гвардейцам.

Мозолистый палец Брута упрямо тыкал в наиболее непригодное для ориентации на местности пятно на карте, и единственное, что удавалось понять – путь лежал на восток. Вот только где находился этот самый восток в такой непролазной чаще?

– Затея нехорошая, Птичка. Предлагаю вернуться сюда сразу после того, как мои ребята тут все разведают. Сейчас слишком опасно. Кто их знает, этих дикарей…

Де Круа всплеснула руками:

– Промедление – вот что поистине опасно сейчас, Брут! Я добивалась этой встречи едва ли не с самого нашего прибытия – уже три месяца! Тебе ли не знать, что аборигены продолжают атаковать порт, и на днях они чуть не сожгли один из складов с продовольствием… Что они сделают завтра?! Мы не можем больше ждать!

– Согласен. Это должно закончиться! И как можно скорее, – Марсий заставил гвардейцев расступиться, осмотрел карту и, презрительно поморщившись, надменно щелкнул крышкой компаса. – Нам туда!

Все посмотрели в направлении, что указал механический палец его руки.

Аккурат в зловещую темноту чащи густого леса.

– Да ты шутишь, моряк?! А если это ловушка?! Посмотри, там же верхом не пройти! Мы не можем бросить лошадей!..

– А я не понял, зачем тогда здесь столько твоих бронированных армейцев? Чай, оружие у них не для красоты же… – Марсий взвалил за спину мешок с провиантом и с новыми силами зашагал вперед. Выскочившие из протеза клинки бодро захрустели свисающими на его пути лианами и косматыми ветвями.

На вопросительный взгляд Брута Селин безапелляционно кивнула на морехода и, подобрав юбки, поспешила за ним. Кто бы мог подумать: бунтарство Марсия в кои-то веки оказалось очень кстати. Она обернулась на нестройный лязг брони и мечей за собой и нервно вздохнула. Следующие за ними гвардейцы выглядели предельно неуместно и неуклюже на фоне буйства дикой природы вокруг.

Почти как и ее расшитая золотом амазонка.

Перед ними неохотно расступалась густая чаща.

Словно живая, она хлестала по щекам ветвями, хватала кореньями за голенища сапог, и приходилось то и дело увязать в не в меру пушистом ярко-зеленом мхе.

Над головой щебетали и ухали неизвестные птицы, из-под ног взлетали стайки невиданных насекомых наподобие стрекоз. Пахло прелой листвой и той самой свежестью, что питает тайную жизнь дикой красоты леса.

Когда объятья непролазных джунглей внезапно разомкнулись, у самых ног им открылся скалистый берег бурлящей и оттого пенной горной реки. И перед ними, строением из другого мира и самого времени, поскрипывал канатный мост. Оплетенный лианами и поросший вьющимися ветвями, он выступал продолжением окружающей дикости. Оставалось лишь гадать, сколько ливней и порывов ветра довелось ему выдержать и когда в последний раз по нему кто-либо проходил.

Брут снял шлем и провел рукой по лицу:

– Надо искать другой путь.

– Насколько мы вообще можем доверять информатору? И этому вашему викарию? – Марсий скептически осмотрел скрипучую хлипкую конструкцию и озадаченно потер лоб.

– Достаточно того, что ему доверяю я. Возможно, при назначении места встречи она не учла, что переговорщик явится в сопровождении целой кавалькады закованных в доспехи и вооруженных до зубов солдат, – с легкой укоризной де Круа взглянула на Брута. – Мы слегка перестарались. Наша процессия выглядит враждебно. Или даже не слегка. Напомню, на встречу приглашена я одна…

Брут замотал головой и категорично махнул рукой.

– Даже не думай! Одну я тебя не отпущу! Это ж дикари!..

– Хорошо. Пойдем вместе. Но пусть господа гвардейцы подождут нас здесь, – предложила Селин и вынула из-за пояса сверток, исписанный практически неразборчивыми каракулями. – В послании от Фии сказано, что некоторые тропы на Да-Гуа признают лишь тех, в чьих жилах течет местная кровь? Может речь именно про мост? Я не знаю, почему, но будто чувствую, что нужно идти туда…

– Ерунда какая-то, – фыркнул Брут. – Как мост или дорога может кого-то "признавать"? Даже не спорь. Исключено! Мы найдем другой путь.

Он снова развернул карту. Потянулись утомительные минуты, которые казались вечностью. Судя по ворчанию и спорам, найти обходную дорогу никак не удавалось. Селин посмотрела на мост, решительно надвинула шляпу и, улучив момент, быстро взбежала на доски. Стараясь не смотреть вниз.

– Птичка, стой!

Вот еще. До цели – всего пара десятков шагов. Если уж все эти мужчины настолько нерешительны, то…

– Да чтоб тебя!.. – прохрипел голос сзади.

Резкий порыв ветра швырнул в сторону, и от неожиданности она изо всех сил вцепилась в осклизлый канат-поручень. Ненадежная опора под ногами заскользила и будто ушла из-под ног. Грохочущая горная река с ошеломительными порогами и острыми камнями словно оказалась у самого лица. Голова нещадно кружилась. Но де Круа все ступала по зыбким дощечкам и упрямо перебирала руками канат, приближаясь к спасительному берегу. Сорвавшимся с цепи зверем ветер трепал юбки, поля шляпы и прическу. Ноги и руки дрожали от напряжения. Ужасный мост был явно неисправен и все норовил сильно крениться на один бок.

– Замри! Я сейчас! – перекрикивая шум, закричал позади Брут. – Осторожно… Двигайся назад!

Силы Селин были на исходе.

– Нельзя…

От нового порыва ветра дощечки под ногами жалобно скрипнули, но вдруг крен выровнялся. Красный от натуги Брут обеими руками вцепился в истрепанные поручни, и железный сапог его всем весом вернул баланс.

Конструкция угрожающе затрещала и застонала, будто прогибаясь. Селин было сделала шаг в обратном направлении.