Алекса Арт – Любовь, для которой нет клеток (страница 2)

Алисия была ошеломлена.

– Нет, Логан! Отец никогда не даст согласия на этот брак. Да и я… я ещё не готова выходить замуж. Прости.

Вырвавшись, она, подхватив платье, стремительно бросилась бежать по тропинке к замку, не оглядываясь.

Логан остался стоять, словно вкопанный. Сначала его обуяла жгучая обида. Чем он не достоин? Разве он не сильнее и не умнее тех разряженных фазанов при дворе? Затем обида стала клокотать, перерастая в ярость – уже направленную на саму Алисию. Как она смеет? Как смеет отказывать ему, Логану? Чем дальше он шёл, тем чернее становились его мысли.

Уже на подступах к деревне его отвлекло неладное. В воздухе, обычно наполненном запахами дыма и свежего хлеба, висела едкая гарь. Над крышами хаток поднимался чёрный, удушливый столб дыма. Послышались отдалённые крики, не весёлые, а полные ужаса. Вся его злость мгновенно улетучилась, сменившись леденящим предчувствием беды. Он забыл и о принцессе, и о своём уязвлённом самолюбии. Логан сорвался с места и побежал, подгоняемый одним-единственным вопросом: что творится с его домом?

3 глава.

Логан вбежал в деревню и застыл в ужасе. Вокруг полыхали дома, повсюду валялись тела его соплеменников. Это был налет разбойников. Они хватали женщин, а тех, кто оказывал малейшее сопротивление, безжалостно закалывали. Одной из таких оказалась его мать.

Он увидел, как один из бандитов, высокий детина в кожаном доспехе, со смехом повернулся к хрупкой женщине и проткнул ее мечом насквозь.

– Мама!

Логан подбежал и опустился перед ней на колени. Она была еще жива. Узнав сына, она слабо улыбнулась, провела окровавленной рукой по его щеке и затихла. Ее глаза остекленели.

Ярость, слепая и всепоглощающая, затопила его разум. Схватив с земли увесистый булыжник, Логан с рёвом кинулся на убийцу. Камень со свистом врезался разбойнику в лоб, и тот рухнул замертво.

Эту сцену наблюдал предводитель шайки, могучий всадник в шлеме, стилизованном под голову дракона. Он с нескрываемым интересом проследил за молодым дикарем. Предводитель что-то тихо приказал своему подручному, указав перчаткой на Логана.

Тем временем Логан, обезумев от горя, бился с врагами всем, что попадалось под руку. Он не заметил, как сзади к нему подкрались двое, схватили в железную хватку и принялись избивать. Сильный удар в грудь заставил его взвыть от боли. В глазах потемнело.

Его бросили в пыль у копыт могучего коня. С трудом подняв голову, Логан увидел того самого всадника в драконьем шлеме.

– Кто ты? – прозвучал из-под металла глухой, безразличный голос.

– Я… Логан, – с трудом выдохнул он, сплевывая кровь.

– Ты неплохо дерешься, щенок. Я предлагаю тебе служить мне. Или умереть прямо здесь. Выбирай.

Логан окинул взглядом горящую деревню, тело матери. У него ничего не осталось. Не было ни дома, ни семьи, ни будущего. Но инстинкт заставлял его цепляться за жизнь.

– Я буду служить тебе.

– В таком случае, возьми меч и закончи начатое моими людьми. Сможешь ли ты убивать своих?

Логан не сомневался. Он взял окровавленный клинок и пошел по тому, что осталось от его дома. Он колол и рубил, глядя в глаза соседям, с которыми пировал неделю назад. Забирал в плен девушек, в которых был влюблен в детстве. Его душа умерла в тот день, а тело стало орудием.

Предводитель, наблюдая за этой бойней, с холодным расчетом произнес своему заместителю:

– Воин, который так легко режет своих, может однажды так же легко повернуть оружие против нас. Не спускай с него глаз.

Став разбойником, Логан быстро усвоил простое правило: сила – единственный закон. Его жестокость не знала границ, и вскоре он проложил себе дорогу к положению правой руки предводителя. Тот, стареющий волк, начал даже называть его сыном и наследником.

Шли годы. В одном из набегов старого вожака смертельно ранили. Он скончался по дороге в их логово, укрытое высоко в горах. Так Логан стал предводителем. Никто не осмелился оспорить его право. Все знали – никто из них не сможет справиться с его свирепой силой. Он был беспощаден ко всем: старикам, женщинам, детям. Пленных он не брал, но мужчины сами шли к нему, склоняя головы, чтобы служить под его черным знаменем.

Однажды, разоряя очередную деревню, Логан ворвался в дом и вырезал всю семью. Уже уходя, он заметил шевеление под столом. Откинув скатерть, он увидел маленького

мальчика, лет двух, который смотрел на него огромными, полными слез глазами.

Логан достал меч, но… что-то остановило его. Какой-то древний, забытый инстинкт. Он не мог понять, что именно. С яростью, отшвырнув клинок, он подхватил ребенка и увез в свое логово. Но воспитывать и любить он его не стал. Логан запер мальчика в темнице, приказал кормить, но запретил с ним разговаривать. Он дал ему имя – Ликан.

Он растил его как дикого зверя, истязая и издеваясь, выжигая в нем все человеческое. Ликан рос не по дням, а по часам, становясь огромным и невероятно сильным. Даже сам Логан начал его опасаться и велел посадить на цепь. Ликан не умел говорить, лишь мычал и рычал, помня лишь несколько слов, которым его когда-то тайком научила одна из пленниц, которой стало жаль несчастного ребенка.

Узнав об этом, Логан приказал казнить девушку на глазах у Ликана, а самого его подверг еще более жестоким пыткам. Так он и рос, не зная ни любви, ни ласки. И от этого становился только злее.

Логан нашел ему применение – Ликан стал его палачом. В его клетку бросали тех, кто осмеливался перечить Логану. Никто оттуда не возвращался. На этих несчастных Ликан вымещал всю свою накопленную ярость и боль, превращая камеру в кровавую бойню.

4 глава.

Армия Логана росла, а вместе с ней – и его тщеславие. Ему уже было мало быть предводителем шайки. Он жаждал короны и трона. Однажды Логан собрал своих воинов на торжественный сход.

– Мои верные волки! Нам надоело рыскать по окраинам и грабить нищие деревни. Мы достойны большего! Ковать мечи и чистить доспехи! Через три ночи мы двинемся на замок Анталии. Я предложу руку и сердце принцессе. Если согласится – станет моей королевой. Если откажет,… мы возьмём трон силой! И тогда у вас будет всё: золото, женщины и свой дом! Мы больше не будем прятаться в горах, как затравленные шакалы!

Толпа взревела от восторга. Три дня в горном логове кипели приготовления. По ночам Логан вспоминал Алисию – её улыбку, испуганные глаза у озера. Он представлял, как она идёт с ним к алтарю, а он, победитель, целует её – и всё королевство ложится к его ногам. Особенно он вспоминал её губы.

Как безжалостный тактик, Логан приказал напасть под покровом ночи. Его орда, превосходившая королевскую стражу числом и свирепостью, без труда смяла защиту. К утру замок был захвачен.

В тронном зале, под свисающими с потолка знамёнами Анталии, собрали всех обитателей замка. Король и королева, бледные, но не сломленные, стояли рядом, сжимая друг друга за руки. Их окружали чумазые разбойники, а на троне, откинувшись на бархатную спинку, восседал Логан.

Двери с грохотом распахнулись, и в зал втолкнули Алисию. Логан замер. За эти годы принцесса расцвела, превратившись в женщину неземной красоты. Её длинные волосы струились золотым водопадом ниже тонкой талии, которую, казалось, можно было обхватить двумя ладонями. Логан почувствовал, как кровь ударила в голову, и с трудом сдержал низкий, животный смешок.

Девушка испуганно озиралась. Увидев родителей, она бросилась к ним, но её грубо остановили.

Логан поднялся с трона и неспешной, победной походкой подошёл к королю.

– Ваше Величество, я пришёл просить руки вашей дочери. И для всех будет лучше, если она согласится. Я обещаю осыпать её благами, – он бросил на принцессу взгляд, полный циничного вожделения. – Особенно по ночам.

В зале прокатился громкий хохот.

– Как ты смеешь так говорить о моей дочери, плебей! – король рванулся вперёд, но его удержали железные хватки.

– Плебей? – Логан рассмеялся. – А чем ты лучше меня? Твоя корона слетит с башки так же легко, как и наделась! Теперь я ваш король! А королю, как известно, нужна королева. Я выбираю Алисию.

Он повернулся к принцессе.

– Ты помнишь меня, маленькая принцесса?

Он подошёл вплотную, заглядывая в лицо. Алисия не узнавала его, пока не встретилась с ним взглядом. Эти глаза – безжалостные, надменные – она видела их раньше.

– Логан? Это ты? Что ты творишь? Зачем напал на нас? Я же сказала тогда, что не выйду за тебя!

Логан грубо взял её за подбородок.

– О, дорогая, это было так давно. Я решил попробовать снова.

Принцесса дёрнула головой, освобождаясь от его прикосновения.

– Я не выйду за тебя! И сейчас тем более!

Уговаривать её Логан не стал. Молниеносным движением он выхватил меч и с одного удара отсек голову королю. Тело рухнуло на каменные плиты. Логан спокойно подошёл к откатившейся голове, поднял корону и водрузил её себе на голову.

– Теперь я ваш король, – провозгласил он, обращаясь к залу. Затем взгляд его упал на Алисию. – А ты… ты передумаешь. Ведь твоя мать ещё жива.

Алисия онемела, не в силах оторвать взгляд от обезглавленного тела отца. Её парализовало. По приказу Логана принцессу заперли в её покоях, а королеву бросили в темницу. Всю ночь Алисия проплакала, отчаяние и безысходность сжимали её сердце стальным обручем.

Она просидела в заточении неделю. Ей приносили только хлеб с водой. Горничная приходила утром и вечером, чтобы помочь одеться, но под страхом смерти не смела, вымолвить и слова.