Алекс Войтенко – Возвращение (страница 22)

В-третьих, и это было одной из главных причин, за любые сведения, касающиеся майора, вплоть до указания места захоронения, если он к моменту обнаружения окажется мертв, обещали пятьдесят тысяч долларов, вознаграждения. Причем награда до сих пор была активна, несмотря на то, что с момента его пропажи прошло больше трех лет.

И наконец, четвертым фактором, хотя наверно более важен, был именно третий, уж очень хотелось получить вознаграждение, Джим Салис был когда-то лично знаком с Серхио Антонио Бандерасом. Пусть недолго, можно сказать мимолетно, но тем не менее на всю жизнь запомнил это улыбающееся лицо и слегка насмешливый голос:

— Ты бы не парился, лейтенант, до конца рейса, и скорее всего и дальше, ты здесь стюард и не более того. Так что иди готовь кофе и изучай доступные рецепты приготовления дежурных блюд. Да, и скажи спасибо, что генерал Бергман предпочитает девочек.

Тогда, эти слова заставили лейтенанта, сильно покраснеть, а по прибытию на место, тут же написать рапорт о переводе, несмотря на то что, для получения этого назначения были затрачены огромные средства семьи. Тогда в нем сыграла гордость, он просто не понимал, какое место службы ему досталось. Сейчас можно сказать прозябая на должности, какого-то там по счету секретаря посольства, без какой-либо надежды на карьеру, он прекрасно осознавал упущенные возможности, и надеялся все-таки когда-нибудь, вновь попытаться поймать удачу за хвост. И сейчас, увидев на экране улыбающееся лицо этого человека, тотчас сообразил, что судьба дарует ему такой шанс. Пусть даже он не сможет вырваться из тисков нынешней должности, но хотя бы сделает такую попытку. Ну или в качестве утешительного приза, получит предлагающееся вознаграждение.

Доклад представленный им его непосредственному начальнику, не произвел у того, сколь-нибудь большого впечатления. Впрочем, докладывая о звонке из полицейского департамента, Джим, намеренно опустил некоторые детали, связанные с вознаграждением и за сведения, касающиеся этого человека, но зато упомянул о его наградах. Все-таки «Крест ВВС США» которая считается высшей наградой ВВС и второй по старшинству в общей системе военных наград страны, стоит пролитой за нее крови.

Может быть именно поэтому, или же из-за упоминания о том, что когда-то он Джим Салис, лично знал этого человека, и послужило толчком к тому, что именно его и командировали, для проверки поступивших сведений, и сопровождения этого дела в дальнейшем. И Джим, оформив командировочное удостоверение, и прихватив все нужные документы, для того, чтобы провести опознание, уже на следующий день вылетел из порта Сиднея в Перт, где нужно было пересесть на чартерный рейс направляющийся на остров Рождества.

Глава 11

11

Уже к полудню следующего дня, все завертелось, юлой. Прибывший, смутно знакомый представитель посольства, с первого взгляда на меня, воскликнул.

— Да, это именно мистер Бандерас!

Долго тряс мою руку, поздравляя с успешным возвращением на родину. Я же несколько удивленно вглядывался в его физиономию, не понимая, где же я мог его видеть, и откуда он меня знает. Впрочем, следующие его слова несколько всколыхнули мою память, и я наконец вспомнил. Точнее говоря, вспомнил, что тот случай, с приданным мне молодым лейтенантом ВВС, действительно имел место, хотя сам парень, совершенно не отразился в моей памяти, да и видел я его тогда, мельком. Хотя если посудить, сейчас важнее скорее то, что именно он знает меня, а не наоборот.

Тем не менее, прибывший мужчина, в присутствии местного офицера полиции провел все необходимые процедуры опознания, включая и сравнение отпечатков пальцев. Причем не старинными методами, с помощью пачкания пальцев чернилами, и оставлением следов на бумаге, а самым что ни на есть современным методом. Я просто приложил свою ладонь к сканирующему устройству, внутри которого что-то зашелестело, по ладони прокатился световой луч, и на мониторе компьютера, тут же высветился результат, показывающий, взятые у меня отпечатки пальцев, на сто процентов, совпадают с более ранними результатами сканирования.

Одним словом, меня признали, Серхио Антонио Бандерасом, со всеми вытекающими обстоятельствами. То есть с личностью, здесь определились, и даже через какое-то время, выдали временное удостоверение, с моей фотографией, именем и всеми необходимыми отметками. Это хоть и дало мне временный документ, но вовсе не значило, что на этом все и завершилось. Прибывший на остров офицер, связался с посольством в Сиднее, долго разговаривал по телефону, получая какие-то инструкции, еще дольше, распечатывал какие-то бумаги, присланные ему телефаксом, после чего, мне было объявлено, что завтра с утра, мы должны отправиться в Перт, а после и в США, с промежуточной посадкой в Гонолулу.

— Извините мистер Бандерас, но прямого рейса отсюда нет. — Произнес он несколько смущенно.

— Ничего страшного парень. Главное слделано и я никуда не тороплюсь. Спасибо тебе за помощь.

— Это мой долг, сэр.

Иных вопросов я не задавал, итак было понятно, что вслед за восстановлением личности, последуют многочисленные проверки, не хуже тех, что проводились в СССР, когда из меня пытались сделать советского разведчика, не выполнившего задание партии и правительства.

Всю дорогу попутчик, жаловался мне на то, как в нем взыграла глупая гордость, и он отказался от должности второго пилота, того самолета, которым командовал я, обслуживая потребности генерала Бергмана. И то, что с ним произошло потом. Честно говоря, я почти не вслушивался в его болтовню, хотя и поддакивал в нужных местах. Мои мысли сейчас были заняты несколько иным. Скорее тем, что ждет меня впереди. О том, что местные мозгокруты вывернут меня наизнанку не было никаких сомнений. Сейчас, наверное будут искать во мне шпиона, засланного советской стороной, с каким-то секретным заданием. Как там в советском мультике про шпионов, когда хотели зубоврачебное кресло украсть из техникума. И единственное, чего я опасался, так это того что местные специалисты докопаются до моего истинного происхождения, то есть до городка Явиса, в глухом уголке Панамы, неподалеку от Дарьенской дыры, и до моего старого имени Уго Веласкес. Что произойдет в этом случае, я даже не представлял. Уж очень не хотелось вспоминать старое, и искать оправдания за неумышленное убийство одного из Альварес.

Советские специалисты, в свое время, сочли это наведенной памятью, как это будут интерпретировать местные следователи, было пока непонятно. На всякий случай решил упирать на некие опыты, проводимые над моей тушкой в исследовательских лабораториях КГБ, что в общем-то не далеко отличалось от истины, и потерю памяти в результате крушения монгольфьера. Что было достаточно легко проверить. Место куда упал тогда воздушный шар я помнил достаточно хорошо, и учитывая, что все это произошло в соседней Мексике, проверить мои слова будет довольно просто. Наверняка найдется и тот бизнесмен, который купил у меня останки этого воздушного шара, да и у нотариуса должны были сохраниться все документы, касающиеся этого дела.

За сутки, практически без перерыва мы оставили позади больше двенадцати тысяч миль, пересаживаясь с одного самолета на другой, буквально на ходу. И в итоге оказались в столице США — Вашингтоне. Боюсь самое жестокое разочарование постигло именно моего сопровождающего. Стоило нам сойти с самолета, подойти к встречающим нас людям, как один из них, затребовал у моего попутчика документы, сделал кое-какие записи в них, заверив извлеченной из собственного кейса печатью и подписью, и вручил их ошеломленному Джиму Салису, пожелав тому доброго пути в скорейшем возвращении в Австралию, на предыдущее место службы. Именно в этот момент, увидев ошеломленное и слегка покрасневшее лицо Джима, я и вспомнил, того молодого пилота, который не желал исполнять обязанности «стюардессы» на моем самолете. Было очень похоже на то, что парень искренне рассчитывал на хоть какую-то благодарность, со стороны встречающих, и совсем не на ту реакцию, что в итоге произошла.

Несколько позже я узнал о том, что за любые сведения, касающиеся моего местонахождения, полагалась довольно высокая премия, в размере пятидесяти тысяч долларов. Похоже парень, очень рассчитывал именно на нее, забыв самое главное правило прописанное во всех подобных документах, и гласящее, что «те лица, которые находят искомое в силу своих должностных обязанностей, не имеют права на получение объявленного вознаграждения». То есть, будь он частным лицом, встретившим и узнавшим меня где-то на прогулке, тогда мог бы на что-то претендовать. А так он просто исполнил свои непосредственные обязанности, за которые и так получает денежное содержание. Соответственно ни о какой премии, не может идти и речи. Да и слова благодарности, как-то тоже не приняты, за исполнение своих непосредственных обязанностей.

Меня усдили на легковой автомобиль и вежливо препроводили в небольшой, но вполне приличный отель расположенный за высокой оградой, на берегу Патомака. Который, как я понял принадлежал Управлению, и предназначался для временного пребывания в нем должностных лиц, прибывших в Центр, по каким-то вопросам. Мне выделили приличный номер с видом на реку, предложили отдохнуть и привести себя в порядок. Сказав, что мое пребывание здесь полностью оплачено. Я могу совершенно свободно передвигаться в пределах территории отеля, посетить ресторан, магазин, находящийся здесь же, в общем чувствовать себя как дома. А завтра утром меня пригласят для собеседования. С этими словами со мною попрощались, и я остался обживать полученный номер.