Алекс Войтенко – И пришел Солнцеликий (страница 3)

Глава 2

С билетами никаких проблем не имелось, и потому уже через полчаса Рамазон залег на верхнюю полку плацкартного вагона, готовясь к недолгому путешествию. До Андижана поезд шел около суток, поэтому хватало времени только на то, чтобы выспаться с некоторым запасом.

Как оказалось, от вокзала города Андижан, до Ханабада курсирует местный автобус, поэтому недолго думая, наш герой прикупил пяток пирожков самсы, бутылочку минералки и оплатив водителю за проезд устроился в самом конце довольно свежего «ЛАЗа», правда вскоре уже пожалел о своей опрометчивости. «ЛАЗ» вообще хороший автобус, мягкий, просторный, вот только двигатель, расположенный как раз под сиденьями заднего ряда, нагревал их настолько, что уже через полчаса сидеть на них было, сродни пытки. А самыми паршивым оказалось то, что и встать тоже не было никакой возможности, потому что салон автобуса оказался забит до предела. Спасала только форточка, возле которой он сидел. Правда дующий из нее воздух тоже был достаточно горячим, но он хотя бы был. Пирожки были съедены на ура, все же в республике с этим делом все обстоит просто прекрасно. Правда вода в бутылке нагрелась до такой степени, что казалось можно было заваривать чай, но тем не менее, в какой-то степени все же спасала. Через полтора часа неспешной езды, автобус наконец оказался в Ханабаде, и остановился как подсказали нашему герою неподалеку от кабельного завода, куда ему нужно было вначале зайти, чтобы отметиться и завизировать ордер.

Главный механик, к которому его направили из отдела кадров, встретил Рамазона с распростертыми объятиями. Тут же провел по цехам, показал новенький бульдозер ДТ-75, и стал уговаривать выйти на работу уже завтра. Рамазон еле отбрехался, сказав, что он еще даже не заселился в общежитие, и не знает где проведет ночь. В общем сошлись на том, что пара дней у него есть на то, чтобы адаптироваться в городе. И Рамазон пошел в общежитие, благо, что последняя находилась возле завода.

И там его ждал облом.

— Мест нет! — безапелляционно ответила комендантша общежития, едва Рамазон переступил его порог. Причём места не появились даже после того, как он предъявил ордер на заселение, подписанный не только директором детского дома, но и местной администрацией завода. А попытавшись разобраться с таким беспределом, услышал в ответ, что если тотчас не уберется отсюда, будет иметь дело с милицией.

Решив разобраться с этим вопросом законными методами Рамазон, отправился опять на завод, где уже заканчивался рабочий день, но тем не менее выловив у проходной отъезжающего руководителя, он просто перегородил автомашине дорогу, и заставил последнего разобраться с данным вопросом.

Все оказалось довольно прозаично. Комната, на которую Рамазону был выписан ордер, действительно имелась в наличии. Но кабельному заводу, из-за частых командировок снабженцев и руководителей в головное предприятие, расположенное в Ташкенте, требовалось место, где можно было остановиться, не заморачиваясь с гостиницами. К тому же время от времени требовалось помещение, куда можно было сложить кое-какие вещи, не боясь их лишиться. Вот и был совершен своего рода обмен, организованный одним ушлым снабженцем, в результате которого завод получил в свое распоряжение однокомнатную квартиру в Ташкенте, а директор детского дома ордер на комнату в семейном общежитии.

И все было бы прекрасно, если бы не одно, но. Буквально за пару дней до приезда Рамазона, эта комната была отдана молодому инженеру, приехавшему на завод со своей женой по распределению из института. Естественно, что ни о каком выселении, не шло и речи. А директор, который подписывал ордер, об этом просто не знал, потому что тоже только сегодня вернулся с какого-то совещания, и был только в курсе обмена, останавливаясь как раз в той самой квартире, а о заселении в единственную свободную комнату просто не знал. Все получилось, как всегда. Вроде и есть ордер, а нету жилья. Правда Рамазона в три горла, к разборкам подключился начальник отдела кадров, стали тут же уговаривать, временно, буквально на год-полтора, занять койко-место в другом общежитии, мотивируя это тем, что Рамазон не женат, и ему, по большому счету не нужна отдельная жилплощадь в ближайшее время. А здесь хоть комната и на шесть человек, зато не нужно заботиться не об уборке, ни о смене постельного белья, в общем живи и радуйся. Да и что нужно то? Место, где переночевать после работы и все! Зато скоро, буквально через год, или чуть позже будет сдаваться дом под заселение.

— Вон посмотри за окном, уже и котлован под него готов. И первая же квартира в нем твоя!

Рамазон, даже не стал слушать эти бредни. Даже если дом и построят, то никак не раньше пятилетки. Котлован, на который указывали ему, представлял собой огромную осыпающуюся яму, наполовину засыпанную какими-то отходами, и было прекрасно видно, что это такой долгострой, о котором даже говорить стыдно. Поэтому просто предложил директору написать бумагу о том, что обещанной ему комнаты не оказалось в наличии. И он поедет разбираться, куда именно ушла предназначенная ему квартира. Конечно, никакой бумаги, ему никто не дал. Директор дал распоряжение начальнику отдела кадров написать о том, что Рамазон отказался заселяться в общежитие, а ввиду того, что он холост, никакого права на комнату в семейном общежитии не имеет.

— А не нравится иди куда хочешь. Все равно приползешь ко мне на коленях, потому что ничего другого здесь ты не найдешь! И тогда разговор будет совершенно другой.

Делать было нечего. Или соглашаться на место в общественном гадюшнике, на шестерых алкоголиков, или возвращаться обратно в Ташкент и пытаться искать правды там. Рамазон выбрал второе. Едва вышел из общаги, увидел приближающийся рейсовый автобус. Взмах руки, и он уже в салоне автобуса, направляющегося в Андижан. Хоть в этом повезло. Правда в Андижане было чуть хуже, пришлось ночевать на вокзале, потому как поезд на Ташкент отходил только утром, но это было меньшее из зол.

Ташкент встретил его нестерпимой жарой, и отсутствием на месте директора детского дома. Заведующая учебной частью, которая исполняла на данный момент его обязанности в связи с отпуском и отдыхом на море, оказалась не в курсе событий, что и следовало ожидать. Поэтому скандала Рамазон устраивать не стал, решив дождаться директора, на время его отсутствия, поселившись в квартире друга. В этот раз отбрыкивался от этого уже Рамазон, но Зульфия — жена друга, взяла дело в свои руки и просто объявила о том, что если он откажется, то пусть навсегда забудет сюда дорогу. Рамазон, конечно, поупирался, но больше для вида, и все же согласился немного пожить у них.

Уже к концу недели, стало понятно, что директора он не дождется. После очередного посещения детского дома, оказалось, что директор уехал по путевке, которая должна занять три недели, а затем возможно ляжет в больницу. Другими словами, ему ясно дали понять, что ждать бесполезно и директор будет находить каждый раз новые причины, только чтобы не встречаться с Рамазоном. Домашний же адрес, никто ему естественно не сообщал. И в тоже время в отделе народного образования, куда он обратился по своему вопросу, очень удивились, и предъявили бумагу с его подписью, где он соглашался с предоставленным ему жильем в Ханабаде. В общем здесь был все тот же заколдованный круг, из которого не находилось выхода. Конечно, можно было попытаться что-то решить силовыми методами, но это только усугубило бы его положение. Поэтому было решено искать место работы, где ему бы могли предоставить жилье. Сейчас уже особенно выбирать не приходилось, и Рамазон готов был согласиться на любое место, лишь бы обрести крышу над головой. Разумеется, его не гнали из квартиры друга, но он сам прекрасно понимал, что лишний в той двенадцатиметровой комнатке, где толком нельзя развернуться.

Объявление о приеме на работу, с предоставлением комнаты в общежитии нашла Зульфия — жена друга. Правда опять же предлагалось сменить место жительства, правда на этот раз выехав в город Волжский, Волгоградской области. Требовались люди двенадцати различных профессий, в которых оказалась и вакансия тракториста-экскаваторщика. Сразу предоставлялось жилье, прописка и предлагалась неплохая зарплата, правда указывалось, что работа сезонная и в летний период работа будет проходить в полевых лагерях. Впрочем, название организации: «Геологоразведка» говорила сама за себя. Тут же был указан номер телефона. Решив, что проще позвонить и выяснить все в разговоре, Рамазон на следующий же день связался с организацией и постарался выяснить все, что его интересовало, благо, что деньги пока на телефонный разговор имелись.

Итог разговора его прямо сказать, порадовал. Даже если делить надвое сказанное, получалось, что жильем там обеспечивают сразу, правда отдельной квартиры не обещают, но десятиметровую комнату, в блоке на двоих, без проблем и сразу. Причем неважно женат ты, или намерен всю жизнь прожить холостяком. На вопрос, что такое блок, получалось, что это две отдельных комнаты с общей прихожей и санитарным отсеком. То есть ванная с туалетом будут общими, как и прихожая, а комнаты у каждого своя. Единственное неудобство, так это то, что кухня одна на всех, и не слишком просторная. Но, с другой стороны, при общежитии, на первом этаже работают буфет и столовая, причем буфет до двадцати одного часа и ежедневно, да и никто не станет возражать, если появится желание что-то приготовить в собственной комнате. Да, это не слишком удобно, но тем не менее, вполне допустимо. Работа? Зимой — борьба со снегом, расчистка улиц, перевозка необходимых грузов, в общем все как обычно трактор ЮМЗ. Летом полевые работы, изыскательская партия, чаще работа в качестве экскаваторщика, по рытью шурфов, ну и так куда пошлют. Межсезонье зарплата восемьдесят рублей, в сезон до трехсот рублей плюс премия. Рамазон, на всякий случай уточнил на счет комнаты, а то приедет за тридевять земель, а окажется зря столько времени и денег потратил. Но его успокоили, тем, что записали имя, фамилию и номер паспорта, и сказали, что ждут не дождутся, когда же он появится, но все же ограничили срок прибытия неделей. Все же работа стоит и затягивать с приездом не стоит. И хотя Рамазон все же немного сомневался, но с другой стороны особого выбора не было, потому как здесь предлагали условия много хуже. Общагу, вдобавок не комнату, а всего лишь койку, давали только на тяжелых работах, куда никто не хотел идти, и вдобавок без перспектив. То есть пока работаешь, койка твоя. Ни о каком улучшении жилья даже не заикайся. Очередь, разумеется, существовала, но двигалась настолько медленно, что на получение квартиры ушло бы лет десять если не больше. Директор детского дома, тоже старался не попадаться на глаза, а сидеть на шее друзей, Рамазон счел неуместным. И потому подумав, посоветовавшись с друзьями, решил все же рискнуть. А если все сложится благополучно, то может и выйдет друзей перетянуть к себе. Потому что у тех хоть и была квартирка, но вкладывать в нее, чтобы она окончательно стала похожа на жилье, еще нужно было очень долго. Да и тесновата она на четверых, как ни крути.