Алекс Рудин – Аристократ на отдыхе. Том 4 (страница 18)

— Ну-ну, — хмыкнул я. — Так что с Антоном?

— Он может приехать завтра. Посмотрит, в каком состоянии твое имение. Может, подскажет что-то полезное. А хочешь — съезди сам к нам. На месте посмотришь, что и как он устроил.

— Да, так будет лучше, — согласился я.

— Тогда я скажу, чтобы он отправил за тобой машину.

— Не надо, Гриша. У тебя есть фотография поместья? Пришли ее мне.

— Да что ты хочешь на ней разглядеть? — удивился Барятинский.

— Неважно, — усмехнулся я. — Просто отправь фотографию и предупреди управляющего, чтобы ждал меня завтра утром.

— Опять твои магические фокусы? — заинтересовался Гриша.

— Ага.

— Ладно, Никита, мне пора! Наскоро позавтракаю, а потом надо ехать на прием к Оболенским. Вечером ужин в «Петрополисе» и преферанс в одном модном салоне.

— Какая у тебя насыщенная жизнь, — посочувствовал я.

— И не говори! — вздохнул Гриша и дал отбой.

А я включил фонарик и осмотрел картину разрушений. Лестница рухнула полностью. Н полу лежала груда трухлявых обломков, непригодных для ремонта. Люк захлопнулся плотно — сквозняк поработал, что ли?

Ну, и демоны с ним! Выберусь через Тени, никаких проблем.

Я улыбнулся. Если бы тогда, в детстве, я владел магией Теней — нам с Сережкой не пришлось бы сидеть в подвале. Да и варенье можно было бы таскать незаметно.

Хотя, это не так интересно.

Я посветил фонариком по сторонам. На полках вдоль стен тускло блестели покрытые пылью стеклянные банки.

Это варенье, что ли? Ничего себе! Сколько же лет оно здесь простояло? Пожалуй, пробовать его я не рискну — тут никакая магия не поможет.

— Никита! — взволнованно позвал меня незнакомый голос. Он шепелявил и заикался.

Один из демонов, разумеется.

— Кто это? — переспросил я.

— Это Ботаник.

— А, демон Природы! Что случилось?

— Здесь какие-то люди. Подъехали на машине и идут к дому.

— Сколько их? — нахмурился я.

— Трое, — успел ответить Ботаник.

А дальше события развивались стремительно и одновременно.

— Эй, барон! — услышал я грубый голос. — Ты дома?

— Здесь медведь! — в панике заорал второй.

Выстрел, за ним — второй! Громкий хлопок — это ударило магическое заклинание, рычание Потапа, и мучительный человеческий крик, который оборвался почти сразу.

Я рванул в Тень, одновременно усиливая тело заклинанием Земли, чтобы не нарваться на пулю. Провалился в зеленоватую глубину и выскочил во двор.

Но все уже было кончено.

Двое нападавших лежали на земле. Один корчился и стонал, держась за лодыжку — он был жив. Второй неподвижно скрючился. Его голова была обуглена, от нее шел вонючий дымок. Рядом валялся выпавший из руки пистолет.

Третий бессильно обвис на подогнувшихся ногах. Упасть ему не давал крепкий яблоневый сук, который воткнулся в спину, пробил человека насквозь и вышел из-под ребер.

Мертв — сук прошел точно сквозь сердце.

Вот тебе и миролюбивые демоны Природы!

Возле ворот стоял большой белый пикап с распахнутыми дверцами. Машина была пуста. Я быстро огляделся — кто-то из нападавших мог остаться в живых. Проверил магический фон — все было в норме, за исключением излучения от машины. Это фонили магические элементали в ее двигателе.

Похоже, гостей и в самом деле было трое

Медвежонка нигде не было, и у меня похолодело сердце.

— Потап! — крикнул я.

Слава Ордену!

Потап немедленно выскочил из Тени и подбежал ко мне.

— Ты цел? — спросил я, осматривая медвежонка.

Ни ран, ни крови не было.

— Все в порядке, Ник! — ответил вместо Потапа Киловольт. — Стрелок промахнулся.

— А вы — нет, — с облегчением сказал я, кивком указывая на обугленную голову стрелка.

— Да, — удовлетворенно прогрохотал Киловольт. — Потап отлично целится. И молнию создает быстро.

В доказательство этих слов медвежонок поднял левую лапу, и по его когтям пробежала синяя искра.

— Нет, Потап! — крикнул я, сообразив, что собирается сделать медвежонок.

Он целился в того из нападавших, который еще был жив.

Я подошел к стонущему человеку. Он скорчился на земле, лицом вниз. Обе ладони обхватывали лодыжку — как будто человек зажимал рану. Но крови я не увидел.

Присев, я перевернул его и увидел белки закатившихся глаз и пену на губах. Человек был без сознания.

— Что с ним? — спросил я сразу всех демонов.

— Он бросил окурок в кусты, — заикаясь, отозвался Ботаник.

— И? — не понял я.

— А я его укусил.

Вот ядовитые демоны!

— Но ты же гадюка, а не кобра! Почему он так быстро умер?

Человек, и в самом деле, перестал стонать. Его лицо посинело, нижняя челюсть отвалилась, а глаза остекленели.

— Я усилил свой яд, — виновато сказал Ботаник. — Не надо было, да? Но у него могло быть оружие, и у третьего тоже.

— Да нет, вы все правильно сделали, — кивнул я.

И ободряюще потрепал за ухом подбежавшего Потапа.

— Вот только как теперь узнать, кто это такие, и что им было нужно?

— Ник, я могу воплотиться в кого-нибудь из них, — предложил демон Смерти. — Хуже им от этого не станет.

— Да, ты говорил, — вспомнил я. — Только какой от этого толк? Ни соображать, ни говорить мертвец не сможет. Допрашивать его — все равно, что обсуждать фехтование с кухонным столом.