Алекс Нагорный – Грегорианец. Четвёртый (страница 58)

– И вы передали ответ постояльцу?

– Мы воздержались от этого. Ведь тогда он догадался бы, каким образом мы выполнили его поручение.

– Так, значит, он всё еще ждет этих денег?

– Вот в том-то и дело, что ждет!

– Так вы говорите, что прокурорша стара и некрасива?

– По меньшей мере пятьдесят лет, и совсем не хороша собой.

– В таком случае, будьте покойны, в конце концов она смягчится. К тому же Басс не мог задолжать вам так уж много.

– Как это не мог? Сотых двадцать, не считая лекаря. Он ни в чем себе не отказывает, сразу видно, что привык широко жить.

– Ну, если его покинет любовница, у него найдутся друзья, могу в этом поручиться. Так что, любезный не тревожьтесь и продолжайте относиться к нему с тем вниманием, какого требует его положение.

– Сударь, вы обещали не упоминать о прокурорше и ни слова не говорить о ране.

– Можете не напоминать мне об этом, я дал слово.

– Ведь он убьет меня, если узнает!

– Не бойтесь, он не так страшен на деле, как кажется.

С этими словами Дартин стал подниматься по лестнице, оставив хозяина несколько успокоенным относительно двух вещей, которыми он, видимо, очень дорожил, кошелька и жизни. Наверху, на двери, наиболее заметной, была выведена черным гигантская цифра «1». Дартин постучался и на предложение идти своей дорогой, последовавшее изнутри, вошёл.

Басс лежала в постели и играла в кости с Робертом, чтобы набить руку, между тем как вертел с нанизанной на него дичью кружился над самобытным очагом, а в обоих углах большого камина кипели на двух жаровнях кастрюли, откуда доносился смешанный запах фрикасе из кроликов и рыбы под соусом, приятно ласкавший обоняние. Вся комната и вся мраморная доска комода были заставлены пустыми бутылками.

Увидев друга, Басс вскрикнула от радости, а Роберт, почтительно встав, уступил место Дартину и пошёл взглянуть на кастрюли, которые, видимо, находились под его наблюдением.

– Торпеду в сопло, это ты! – приветствовала Басс Дартина. – Добро пожаловать! Прошу прощения за то, что я не встаю… Кстати, – добавила она, глядя на него с легким беспокойством, – тебе известно, что со мной случилось?

– Нет.

– Хозяин ничего не говорил?

– Я спросил у него, где ты, и сейчас же прошёл наверх.

Басс вздохнула свободнее.

– А что же это с вами случилось, любезная? – аккуратно осведомился парень.

– Да то, что, нападая на противника, которого я уже успела угостить тремя ударами шпагой, и собираясь покончить с ним четвертым, я споткнулся и вывихнула себе колено.

– Да?

– Клянусь честью! И к счастью для этого бездельника, не то я прикончила бы его на месте, ручаюсь за это!

– А куда он девался?

– Не знаю. Он получил хорошую порцию и уехал, не прося сдачи… Ну а вы, милый Дартин, что же с вами?

– Так, значит, этот вывих, – продолжал Дартин, – удерживает вас в постели?

– Представьте себе, такая безделица! Впрочем, через несколько дней я буду уже на ногах.

– Но почему же вы не велели перевезти себя в Гранж? Ведь вам здесь наверняка скучно?

– Именно это я и собиралась сделать, но я должна кое в чем вам признаться.

– В чем же?

– А вот в чем. Так как я действительно отчаянно скучала, как вы сказали сами, и так как у меня были в кармане полученные от вас семьдесят пять сотых кредита, я, чтобы развлечься, попросила подняться ко мне одного дворянина, остановившегося здесь проездом, и предложила ему партию в кости. Он согласился, и вот мои семьдесят пять сотых перешли из моего кармана в его карман, не говоря о флайте, которую он увел в придачу… Ну а как вы, любезный Дартин?

– Что делать, нельзя во всем иметь удачу, – сказал Дартин. – Знаете пословицу? «Кому не везет в игре, тому везет в любви». Тебе слишком везет в любви, чтобы игра не мстила вам за это. Но что вам до превратностей судьбы! Разве у вас нет вашей герцогини, которая, конечно, не замедлит прийти на помощь?

– Вот именно потому, что я такая неудачливая, – ответила Басс с самым непринужденным видом, – я и составила ей послание, чтобы она прислала мне кредитов пятьдесят, которые совершенно необходимы в моем теперешнем положении.

– И?

– Должно быть, она находится в одном из своих поместий. Я не получила ответа.

– Да что вы?

– Да, ответа нет. И вчера я отправила ей второе послание, еще убедительнее первого… Но ведь здесь вы, милейший друг, поговорим же о вас. Признаюсь, я начал было немного беспокоиться за вашу судьбу.

– Однако, судя по всему, хозяин неплохо обходится с вами, любезная Басс, – сказал Дартин, показывая больной на полные кастрюли и пустые бутылки.

– Что ты! – ответила та. – Три или четыре дня назад этот наглец принес мне счёт, и я выставила его за дверь. Так что теперь я сижу здесь как победительница, как своего рода завоевательница, а потому, опасаясь нападения, вооружена до зубов.

– Однако, иногда делаете вылазки, – со смехом возразил Дартин. И он показал пальцем на бутылки и кастрюли.

– К несчастью, не я! – ответила Басс. – Проклятый вывих держит меня в постели. Это Роберт осматривает местность и добывает съестные припасы… Роберт, друг мой, – продолжала она, – как видите, к нам подошло подкрепление, и нам придется пополнить запас продовольствия.

– Роберт, – остановил биотехноса Дартин, – вы должны оказать мне услугу.

– Какую? – среагировал тот.

– Научить вашему способу Праща. Может случиться, что я тоже попаду в осадное положение, и мне бы отнюдь не помешает, если бы он смог доставлять мне такие же удобства, какие вы преподносите своей госпоже.

– О, – скромно потупился биотехнос, – да нет ничего легче! Нужно быть ловким, вот и всё.

– Ну а вино? – спросил Дартин. – Кто поставляет вам его? Хозяин?

– Как вам сказать… И да и нет.

– Как это, «и да и нет»?

– Он, правда, поставляет нам его, но не знает, что имеет эту честь.

– Объяснитесь яснее, беседа с вами весьма поучительна.

– Извольте. Случайно во время своих путешествий я встретился с одним человеком, который повидал много стран.

– Какое отношение имеет это к бутылкам, которые стоят на этой конторке и на этом комоде?

– Терпение, – всему свое время.

– Верно, полагаюсь на вас и слушаю.

– У него был слуга, который сопровождал его во время путешествия. Оба мы больше всего на свете любили охоту, и он рассказывал мне, как туземцы охотятся с помощью обыкновенной затяжной петли, которую они накидывают на шею животным. Сначала я не хотел верить, что можно дойти до такой степени ловкости, чтобы бросить веревку за несколько шагов и попасть куда хочешь, но вскоре мне пришлось признать, что это правда. Мой приятель ставил в тридцати шагах бутылку и каждый раз захватывал горлышко затяжной петлей. Я начал усиленно упражняться и добился успехов не прибегая к дорогостоящим обучающим программам и базам. Ну вот, понимаете? У нашего хозяина богатый винный погреб, но с ключом-картой он никогда не расстается. В подвале есть отдушина. Вот через эту-то отдушину я и бросаю лассо.

– Благодарю, друг мой, благодарю, к сожалению, я только что позавтракал. – Парень отказался отведать блюда.

– Что ж, Роберт, – проговорила Басс, – накрой на стол, и, пока мы с тобой будем завтракать, Дартин расскажет нам, что было с ним за те дни, во время которых мы не видались.

– Охотно, – ответил парень.

Пока друзья завтракали с аппетитом выздоравливающих и с братской сердечностью, сближающей людей в несчастии, Дартин рассказал им, как, будучи ранена, Росс осталась, как Шосс остался в Айоне, отбиваясь от людей, обвинивших его в сбыте фальшивых денег, и как он, Дартин, вынужден был распороть живот графу Ле Гору.

Однако на этом и оборвалась откровенность Дартина. Он рассказал только, что привёз четыре великолепных лайтфлая, для себя, и для товарищей, и, сообщил Басс, что предназначенный для неё флайт уже стоит у гостиницы.

В эту минуту вошел Пращ и объявил, что всё готово для продолжения пути. Так как Дартин теперь почти не волновался за Басс и ему не терпелось поскорее узнать, что сталось с двумя остальными товарищами, он пожал больной руку и сказал, что едет продолжать поиски. Он собирался вернуться той же дорогой и через недельку думал захватить её с собой, если бы оказалось, что к тому времени Клерик ещё не покинул гостиницу.

Девушка ответила, что, по всей вероятности, вывих не позволит ей уехать раньше. К тому же ей надо быть в Тильи, чтобы дождаться здесь ответа от герцогини.

Дартин пожелал скорого и благоприятного ответа, а затем, еще раз поручив Роберту заботиться о Басс и расплатившись с хозяином, отправился в путь вместе с Пращем, который уже избавился от одного из флайтов.