Алекс Морган – Волшебный артефакт бога Лира 2 (страница 25)

– Сэм, ты зафиксируешь мою ногу. Так крепко, как сможешь, – уверенно заявила, уставившись в ошарашенное лицо рыжего корсара.

– Несси, ты уверена?

– Как никогда.

– Тогда не будем медлить. Алекс, командуй! – рыжий выпрямился во весь рост, ожидая указаний лекаря.

– Что же, тогда приступим. Сэм, принеси ром, а ты, Несси, ложись лучше на стол – там точно будет удобно. Уверена в своей просьбе?

– Алекс, если ты ещё раз спросишь – я попрошу отрубить мне ногу. Чтобы не мучилась!

Я поднялась и доковыляла до стола. Расположилась на нём и кивнула вернувшемуся Сэму:

– Держи меня крепко и не думай о моих чувствах. Даже если я буду выть от боли, – и с последними словами я зажала палочку между зубов.

К боли, конечно, приготовилась, но к тому, что будет настолько больно – я готова не была. Алкоголь, пролитый Алексом на рану, превратил мир в раскалённый шар боли. Зубы впились в палочку – бесполезно. Крик боли вырвался наружу, разрывая горло. Страх прикосновений? Да этот страх ничто в сравнении с этим! Как мужчины это переносят. Как? Как можно вынести это ощущение, будто кожу сдирают заживо? Будто внутри разгорался пожар, пожирающий каждую клеточку. И это было только начало.

Я больше не слышала ни приказы Терреса, ни пушечные выстрелы, доносящиеся снаружи. Игла входила в плоть, как лезвие, как зубы хищника, как приговор. Только это сейчас занимало мой разум. Я заживо горела, вцепившись одеревеневшими пальцами в края стола, будто он мог спасти меня, но он был твёрдым, холодным и равнодушным. Молилась – не словами, а всем своим существом – чтобы это закончилось. Сейчас. Немедленно.

И внезапно почувствовала, как Сэм отпустил меня, а следом услышала голос Алекса:

– Я закончил. Ты молодец, Несси. Не каждый мужчина остался бы в сознании, но ты выдержала.

С трудом оторвала пальцы от стола, вытащила изо рта палочку и судорожно вздохнула. Лицо было мокрым от слёз, а челюсти ныли от напряжения.

– Несси, ты как? – тихий голос Сэма заставил посмотреть на него.

– Помоги слезть отсюда, – хрипло пробормотала, протягивая ему руку и присаживаясь.

– Подожди, наложу повязку. Не надо торопиться, – мягко произнёс Алекс. И в тот же миг к ране прикоснулась прохладная мазь – словно глоток свежего воздуха в раскалённом мире. Я невольно прикрыла глаза, ощущая, как боль отступает, уступая место блаженной прохладе.

Когда с моей многострадальной раной было покончено, Сэм помог мне перебраться на скамейку у окна, и в тот же миг воздух разорвал зычный крик капитана:

– Приготовиться!

Рыжий корсар со скоростью пушечного выстрела вылетел из трапезной, а за ним последовал и Алекс. Да, раненых будет много.

Бой? Какой бой, когда каждое движение отзывается болью? С такой раной я надолго выведена из строя. Лишь зритель, а не боец. Мне остаётся только наблюдать и молиться. Кайюрс*, будь с нами сегодня!

Мы всё-таки настигли их – вопреки моим ожиданиям. Я была уверена: они ускользнут. Их судно легче, манёвреннее – это должно было стать решающим преимуществом. Но Террес не дал им шанса. Он не позволил себя переиграть.

Прижалась лбом к холодному стеклу, едва осознавая, как дрожат пальцы, вцепившиеся в резную раму. Ещё мгновение, и за окном развернётся кошмар, расцвеченный огнём и окутанный клубами дыма от пушечных выстрелов. До сближения с чужим кораблём оставалось всего ничего.

Корабль с грохотом врезался в борт вражеского судна – деревянный треск пронзил воздух, словно крик раненого зверя. Я не только услышала, но и почувствовала это. Корабль на миг задрожал, а доски вокруг жалобно скрипнули.

– На абордаж! – скомандовал Джонатан.

Дым, окутывавший палубу, всё смешал, и я с трудом различала, что происходит. Пираты перепрыгивали через борт, сверкали клинки, раздавались выстрелы и яростные выкрики. Это был бой не за сокровище. За жизни, на которые покусился брат Леандро.

Сперва я различала лишь хаос – вихрь движений, вспышки стали, размытые силуэты. Но постепенно взгляд выхватывал детали, от которых сердце сжималось в ледяной кулак. Вот проворный Ли Пэн, размахивая абордажной саблей, отбросил двоих противников. Его лицо – маска ярости, волосы развеваются на ветру, как знамя. Там, у грот-мачты, четверо головорезов окружили кого-то из моих бравых братьев, но я не видела кого – слишком темно. Клинки звенели, будто колокольчики. Я была далеко и за закрытыми дверьми, чтобы услышать это, но, кажется, всё, что происходило снаружи, доносилось до меня в мельчайших деталях. На вражеской палубе кто-то взлетел на поручни, раскинув руки, словно птица, и рухнул вниз, в пенные волны. Беглец с поля боя, не иначе.

Затаив дыхание слушала то, что происходило там, где я не могла участвовать. И каждый звук заставлял замирать сердце: лязг металла о металл, хриплые крики – то ли боевого азарта, то ли боли, треск горящих обломков (на вражеском судне вспыхнул огонь, и теперь языки пламени лизали канаты, поднимаясь к реям), глухой удар – ещё одно тело упало на доски. Грозный крик Рэйвена доносился, похоже, с вражеского корабля. Он бился на чужой территории. Как истинный корсар. Птица, которая стала неотъемлемой частью команды.

Пыталась отыскать среди этой бури родные лица, но они сливались в одно сплошное пятно ярости и страха. Только движения – резкие, как удары сердца, – выделялись на фоне тёмного неба и бушующей воды.

Вдруг взгляд зацепился за фигуру: Вэлианс отбивался сразу от троих. Его клинок мелькал, как молния, но силы были неравны. Со спины к нему мчался враг, подняв над головой саблю. Враг, которого лысый великан не видел. Но вот, бесшумно проскользнув по палубе между сражающимися, к нему метнулась тень. Удар – и враг повалился, а спаситель, не оглядываясь, ринулся дальше, в гущу боя. Это был малыш Бимс! Мальчишка, который всегда рвался в бой наравне со всеми. И он хорошо показал себя. Пусть удача не покинет его!

Я наблюдала со стороны, но душа рвалась туда, в самую гущу схватки. Казалось, я даже ощущаю металлический привкус крови в воздухе. Вспышки выстрелов и отсвет разгоравшегося на вражеском корабле пламени разрывали полумрак, высвечивая жуткие детали: кровь на досках, перекошенные от ярости или боли лица, тела, сцепившиеся в смертельной схватке. Каждый миг – как удар сердца. Каждый образ – как клеймо в памяти.

Взгляд выхватил фигуру капитана – он стоял в кольце врагов, словно остров в бушующем океане. Он двигался с грацией хищника: отражал удары, ускользал от атак, плёл паутину обманных манёвров. Я знала его тактику боя и сейчас наблюдала за ним с детским азартом, пытаясь угадать его следующий шаг. Звуки выстрелов смолкли – видимо, это адское оружие исчерпало свой гнев с обеих сторон. Шаг в сторону, разворот – и двое противников Джонатана падают навзничь, заливая палубу алой кровью.

Вот Сэм бьётся с врагом, уверенно балансируя на поручнях, словно проворная обезьяна, а затем он исчез – растворился на чужой палубе. С этой стороны звуки борьбы постепенно стихали, словно кто-то приглушал их. А на корабле врага, кажется, бой был в самом разгаре. Наша палуба была завалена телами раненых и погибших, и я надеялась, что среди них нет никого из членов нашей команды.

Но вот взгляд выхватил тёмную фигуру, зависшую на такелаже вражеского корабля. Этот кто-то неспешно передвигался, и, кажется, его никто не видел. Не замечал, словно он призрак. Прыжок – и вот он завис над нашей палубой. Даже в полумраке я узнала его. Брат Леандро. Стервятник, который преследовал меня. Шакал, из-за которого я могла потерять Рэйвена. Трус, который пытался сбежать, сделав меня живым щитом.

Рука пирата скользнула за пояс, и он медленно вытащил мушкет. Его взгляд застыл на спине Терреса. Никто не видит этого дьявола! Никто не знает, что он собирается сделать!

У меня были считанные мгновения, чтобы что-то предпринять, и я боялась только одного. Не успеть.

Вскочила со скамьи и бросилась к дверям. Почувствовала, как повязка становится влажной, как боль вспыхивает заново – яркая, резкая, будто нож. Но сейчас это не имело значения. Если я споткнусь об эту боль – он убьёт его. И эта мысль била сильнее любой раны.

Сжимая в руке кинжал, я распахнула дверь и с криком:

– Джонатан, на такелаже! – мой голос разрезал шум битвы.

Стремительный взмах руки, и оружие, острое, как вспышка молнии, понеслось сквозь воздух к намеченной цели.

Взгляд Терреса метнулся к капитану вражеского судна, а в следующий миг прогремел выстрел.

------------------------------------------

* Кайюрс – бог удачи, покровитель воинов

Глава 12

Последнее, что запечатлелось в памяти: Джонатан одним сокрушительным ударом лишил жизни врагов, а тело Леандро безвольным мешком падает на палубу. Террес рванулся ко мне – но едва успел сделать пару шагов, побледнел и схватился за грудь.

Меня же утянуло в темноту одним стремительным рывком. Боль словно накрыла меня удушающей волной. Всё слилось в одно мгновение, казавшееся теперь смазанным расплывчатым пятном. Это действительно всё произошло или мне приснилось?

Очнулась в капитанской каюте. Одна. Рана на ноге почти не тревожила, но в груди пылало так, будто ктото прижал раскалённую кочергу.

– Кар-р-р! – громогласно возвестил Рэйвен и с видом несказанной важности приземлился прямиком на кровать, будто это был его личный пьедестал.