Aleks Kraas – Эльфийская рукопись «Зов крови и стали» (страница 5)

Линдир колебался. Потом кивнул.

— Через два часа, когда сменятся караулы. Я проведу тебя.

— Отлично. — Максим впервые за этот долгий день позволил себе настоящую, предвкушающую улыбку. — А теперь расскажи мне о «призраках» Аэлара. Всё, что знаешь. Их оружие, тактику, слабые места. Всё.

Линдир вздохнул, присел на край стола, и начал рассказывать.

Ночь обещала быть долгой.

Глава 4. Плац

Ночь в Валиноре была наполнена тихой, звенящей музыкой.

Максим слышал её, когда Линдир вёл его пустыми переходами спящего города-древа. Звук рождался отовсюду и ниоткуда одновременно — тонкое пение кристаллов, остывающих после дневного света; шелест листьев-ставень, закрывающих окна-дупла; далёкая, едва слышная мелодия флейты откуда-то с верхних ярусов. Эльфы не спали в человеческом понимании — они погружались в «грёзы», состояние полудрёмы-полубодрствования, в котором отдыхало тело, но разум продолжал парить в потоках магии.

— Сюда, — прошептал Линдир, сворачивая в узкий проход, сплетённый из ветвей.

Они миновали пост стражи — двух эльфов в лёгких доспехах, замерших у светящегося кристалла. Линдир что-то сказал им на певучем языке, и стражники расступились без лишних вопросов. Всё же статус сына Владыки имел свои преимущества.

Учебный плац располагался на нижнем ярусе, у самого подножия центрального древа. Это была огромная, идеально круглая арена, выложенная серебристым мхом, который, как успел узнать Максим, обладал свойством мгновенно впитывать кровь. Практично. Вокруг арены поднимались ярусы — нечто вроде трибун, но сплетённых из живых ветвей. А за ними темнел лес — тот самый Зелёный океан, из которого Максима вытащили пять дней назад.

Два солнца давно зашли. В небе сияла россыпь незнакомых звёзд и один крупный, зеленоватый спутник, напоминавший луну, но раза в три больше.

Максим медленно обошёл арену по периметру. Осмотрел точки входа и выхода. Отметил неровности рельефа. Потрогал мох — тот был пружинистым, давал хорошее сцепление, но мог скрадывать мелкие неровности. Запомнил направление ветра — лёгкий, юго-западный, несущий запах леса.

— Что ты ищешь? — не выдержал Линдир.

— Преимущество, — коротко ответил Максим, приседая на корточки у края арены. — Расскажи мне о «призраках». Подробно.

Линдир вздохнул, прислонившись спиной к стволу.

— Их пятеро. Лучшие воины Аэлара. Каждый — мастер в своей области. Таллар — фехтовальщик, его клинок поёт, и этот звук завораживает, лишает воли. Ирэль — лучница, говорят, птица в полёте не успевает сложить крылья, как её уже настигает стрела. Кэлтор — маг-тактик, управляет потоками воздуха, может ослепить или сбить с ног. Нарвен и Нарвин — братья-близнецы, работают в паре, чувствуют друг друга без слов. Все они служат Аэлару с детства. Все ненавидят людей.

— Почему?

— Потому что люди когда-то давно, ещё до Войны Сумерек, предали эльфов. Это старая история.

— Я не из этого мира, — заметил Максим. — Но, полагаю, им всё равно.

— Им — да.

Максим кивнул, продолжая осматривать арену. Фехтовальщик с гипнотическим клинком. Лучница-снайпер. Маг воздуха. Парные бойцы. Пять против одного, раненого, без доспехов и оружия... если не считать гранаты, спрятанной под туникой.

— Как проходит учебный бой? — спросил он. — Правила?

— Правил нет, — голос Линдира прозвучал мрачно. — Точнее, есть одно: бой идёт до первой крови или до сигнала Владыки. Но Аэлар наверняка выставит условие «до потери сознания». Или наймёт судью, который «не заметит» смертельный удар.

— Ясно. Значит, нужно сделать так, чтобы они не успели нанести этот удар.

— Максим... — Линдир замялся. — У меня есть для тебя кое-что.

Принц сунул руку в складки плаща и извлёк предмет, завёрнутый в тёмную ткань. Когда ткань упала, в свете луны блеснул металл. Это был нож. Не эльфийский — грубый, простой, с тёмной рукоятью и следом заводского клейма. Максим узнал его мгновенно: «Смерш-5», российский боевой нож. Его нож, который был в разгрузке в момент взрыва.

— Откуда? — он впился взглядом в Линдира.

— Я сохранил, — признался эльф. — Когда тебя нашли, всё твоё снаряжение хотели уничтожить — амулеты чужака, возможная угроза. Я забрал это. Подумал, что тебе может пригодиться.

Максим взял нож. Взвесил в ладони. Родная, привычная до последней царапины сталь. Он проверил лезвие — всё ещё острое, способное побриться. Хорошо.

— Спасибо, Линдир. — Он впервые назвал эльфа по имени, без формальностей. — Я этого не забуду.

— Сочтёмся позже, — усмехнулся принц. — Если выживешь.

Максим сунул нож за пазуху, рядом с гранатой. Теперь у него было два аргумента. Один — для ближнего боя, второй — для дальнего устрашения.

— Расскажи мне ещё о магах, — попросил он. — Как работает их магия? Нужны ли им слова, жесты, артефакты? Сколько времени требуется на заклинание?

Линдир, удивлённый таким прикладным интересом, начал объяснять. Максим слушал внимательно, задавал уточняющие вопросы, и к моменту, когда над лесом забрезжил первый серебряный рассвет, у него в голове уже формировался план.

Утро началось с тяжёлого, влажного тумана. Он наползал с леса, окутывая Валинор белёсой дымкой, и в этом тумане звуки становились глуше, движения — замедленнее. Максим стоял у входа на арену и размеренно дышал, прогоняя последние остатки усталости. За ночь он не сомкнул глаз — но бывало и хуже. Во время операции «Буря в пустыне» он не спал четверо суток подряд, и ничего, работал.

Он был облачён в ту же простую тунику и штаны, что и вчера. Эльфийские целители сняли повязки ещё ночью, заявив, что раны затянулись достаточно. Максим чувствовал лёгкое головокружение и слабость, но знал: на адреналине организм вытянет. Главное — продержаться первые минуты.

К плацу начали стекаться зрители. Сначала — военные, в парадных доспехах, с гербами Домов на плащах. Потом — маги в мантиях, расшитых звёздами и рунами. Потом — придворные, вельможи, просто любопытные. Эльфийская элита занимала ярусы, и в воздухе повис гул десятков голосов — сдержанных, мелодичных, но явно возбуждённых. Такого представления Валинор не видел давно: человек против «призраков». Смертный против бессмертных воинов.

Линдир стоял у входа на арену, прямой и бледный. Рядом с ним — леди Ариэль, всё в том же платье цвета индиго, с бесстрастным лицом и цепким взглядом.

— Ты готов? — спросила она без предисловий.

— Всегда готов, — ответил Максим пионерским девизом, который здесь никто не понял.

— Брат не шутил, — продолжала Ариэль, понижая голос. — Его воины получили разрешение на «полный контакт». Если ты проиграешь, ты умрёшь. Если ты выиграешь... — она сделала паузу, — брат будет в ярости. Он не простит тебе унижения перед всем Валинором.

— То есть, что так, что так я в минусе?

— Да, — просто ответила она. — Поэтому я советую тебе не просто выиграть. А выиграть так, чтобы никто не посмел оспорить твою победу.

Максим внимательно посмотрел на неё. Начальник разведки, сестра командующего, но советует против брата. Интересно, что ей нужно?

— Зачем ты мне это говоришь?

— Потому что я, в отличие от Аэлара, смотрю дальше своего меча, — Ариэль чуть склонила голову. — Если ты действительно можешь изменить ход войны, я хочу это увидеть.

С этими словами она отошла, оставив Максима наедине с Линдиром.

— Будь осторожен, — тихо произнёс принц. — Я буду на трибуне рядом с отцом. Если что-то пойдёт не так... я попытаюсь вмешаться.

— Не вмешивайся. — Максим положил руку на плечо эльфа. — Чтобы меня уважали, я должен справиться сам. Таковы правила.

Линдир кивнул и, бросив последний тревожный взгляд, поднялся на трибуну.

Максим остался один.

Он вышел на середину арены. Туман начинал рассеиваться, открывая заполненные ярусы. Сотни глаз смотрели на него — любопытных, враждебных, оценивающих. На центральной трибуне, прямо напротив, сидел Владыка Элладан. Рядом — Линдир, Ариэль, старик-советник и лорд Аэлар. Командующий эльфийской армией выглядел так, словно проглотил ядовитую змею: его лицо было бледным, а пальцы нервно постукивали по подлокотнику живого кресла.

Максим не спеша оглядел арену. Запомнил каждую неровность, которую нашёл ночью. Запомнил направление ветра. Запомнил, где располагаются трибуны, а где — открытое пространство.

Ждать пришлось недолго.

С противоположной стороны арены вышли пятеро. «Призраки» Аэлара двигались слаженно, как единый организм — двое мечников впереди, маг в центре, лучница слева, парные бойцы справа. Все в лёгких, но явно усиленных магией доспехах. У всех — холодные, сосредоточенные лица. Ни тени сомнения. Ни капли страха.

Таллар, фехтовальщик, вышел вперёд. Его клинок — длинный, чуть изогнутый, с голубоватым свечением — он держал опущенным, но Максим знал, что тот может взлететь в атаку за долю секунды.

— Чужак, — произнёс Таллар на общем наречии. — Ты можешь сдаться до начала боя. Сохранишь жизнь. Покинешь Валинор. Это милосердное предложение лорда Аэлара.

— Передай лорду Аэлару, что я ценю его заботу, — усмехнулся Максим. — Но предпочитаю остаться.

Таллар склонил голову, принимая ответ. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение — или на предвкушение.

И тут прозвучал сигнал. Кристалл в руке распорядителя вспыхнул алым светом.

Бой начался.

Первая атака была молниеносной.

Кэлтор, маг, вскинул руки, и вокруг Максима взревел ветер. Воздушный кулак ударил в грудь, сбивая дыхание, сбивая с ног. Максим покатился по мху, ожидая этого — Линдир предупреждал, что маг почти всегда начинает первым. Кэлтор создавал давление, чтобы лишить противника подвижности и передать его мечникам.