Aleks Kraas – Эльфийская рукопись «Зов крови и стали» (страница 6)

Но Максим уже был не там, где его ждали. Он не пытался встать на ноги — вместо этого перекатился дальше, к краю арены, и рывком ушёл в сторону от второго воздушного удара. Мох смягчил падение, но рёбра всё равно отозвались тупой болью.

Братья Нарвен и Нарвин уже неслись к нему, работая идеальной парой — один заходил слева, второй заходил справа, отрезая пути отхода. Их клинки — короткие, парные — мерцали зелёным, явно отравленным огнём. Максим понял это сразу: Линдир говорил, что яд парализует, а не убивает. Но в бою паралич равен смерти.

Он не стал встречать их в лоб. Вместо этого рванулся прямо на Таллара — на самого сильного фехтовальщика. Это было настолько неожиданно, что Таллар на мгновение замешкался. Максим использовал это мгновение, чтобы сократить дистанцию, нырнуть под свистящий клинок и...

...и пролететь мимо, проскочив у Таллара под рукой.

Это был ложный замах. Финт.

Таллар развернулся, готовый отразить атаку сзади, но Максим уже бежал дальше — к магу.

Кэлтор, ожидавший, что человек будет раздавлен в первые секунды, не успел подготовить новое заклинание. Он увидел летящего на него чужака, увидел дикие, совершенно безумные глаза — и на долю секунды растерялся. Маги не привыкли к тому, что на них нападают напрямую, в ближнем бою. Их всегда прикрывали мечники.

Но мечники были позади.

Максим врезался в Кэлтора плечом, как учили в рукопашном бою — жёстко, снося дыхание, сбивая с ног. Маг взмахнул руками, пытаясь выкрикнуть заклинание, но Максим перехватил его запястье, вывернул и коротко, без замаха, ударил локтем в висок. Кэлтор обмяк.

Один готов.

— Лучница! — выкрикнул Таллар.

Ирэль уже натягивала тетиву. Её лук — без тетивы, с кристаллом в центре — загудел, и с него сорвалась стрела из чистого света. Не простая — Максим видел, как она летит, быстрее, чем любая земная стрела. Призрачное лезвие, нацеленное точно в грудь.

Он ушёл перекатом, чувствуя, как стрела рассекает воздух в сантиметре от плеча. Вторая — сразу за первой — ударилась в мох, и тот зашипел, оплавляясь магическим жаром.

Максим не давал им перестроиться. Он двигался постоянно, хаотично, как учили в контртеррористических операциях — непредсказуемо, ломая ритм, не позволяя себя прицелить. Братья Нарвен и Нарвин пытались взять его в клещи, но каждый раз он ускользал в последний момент.

Однако долго так продолжаться не могло. Он был один. Ранен. И уставал с каждой секундой.

Пора было доставать козырь.

Максим остановился — резко, на самой границе арены, где мох переходил в корни деревьев. «Призраки» мгновенно перестроились: Таллар в центре, братья по бокам, Ирэль на фланге с натянутой тетивой. Кэлтор лежал без сознания у дальнего края, и его уже уносили помощники.

— Ты хорошо двигаешься, человек, — признал Таллар, тяжело дыша. — Но это всё, что ты можешь. Сдавайся. Или умри.

— Есть третий вариант, — ответил Максим.

Он сунул руку за пазуху и извлёк гранату Ф-1.

По рядам эльфов прошёл ропот. Они не знали, что это такое, но чувствовали: предмет опасен. От него веяло чуждой, неживой угрозой.

— Это называется граната, — громко, чтобы слышали все, включая трибуны, произнёс Максим. — Взрывное устройство моего мира. Если я выдерну кольцо, через четыре секунды всё в радиусе пятидесяти метров превратится в фарш. Включая меня, вас и первые ряды зрителей.

Он не врал. Ф-1 в замкнутом пространстве — смерть для всех. Но он не планировал её взрывать. По крайней мере, пока.

— Блеф, — холодно произнесла Ирэль, но её лук дрогнул.

— Проверь, — Максим смотрел прямо на неё. — Вы все бессмертные. Вам есть что терять. А я — смертный, я уже умирал, и мне нечего бояться. Ты готова рискнуть жизнью своих товарищей? Жизнью зрителей? Ради того, чтобы убить меня?

Повисла тишина. Даже ветер стих.

Лорд Аэлар на трибуне вскочил с места, но Владыка Элладан поднял руку, приказывая ему молчать. Лицо Владыки оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнула искра интереса. Линдир побледнел как полотно.

— Что ты хочешь? — спросил Таллар сквозь зубы.

— Продолжить бой, — ответил Максим. — Без магии. Без луков. Только клинки. Ты и я — один на один.

Это был расчёт. Таллар — лучший фехтовальщик, но он завязан на свой гипнотический клинок, на его песню. Если лишить его магии, он останется просто очень хорошим мечником. А с очень хорошим мечником Максим справиться мог. Наверное.

— А если я откажусь? — прищурился Таллар.

— Тогда я выдерну кольцо. И мы все узнаем, существует ли у эльфов загробная жизнь.

Таллар переглянулся с Ирэль, с братьями. В их глазах читался страх — не за себя, нет. Они боялись за Владыку, за зрителей, за честь Дома. Эльфы не привыкли к такому: угроза массового поражения от одного-единственного смертного. Это было за гранью их понимания.

— Согласен, — выдохнул Таллар, и его клинок перестал светиться. — Убери...

— Нет, — перебил Максим. — Кольцо я не вставлю обратно. Но я положу гранату на землю. Если кто-то приблизится к ней — она взорвётся. Все видели, что я не шутил.

Он осторожно, не сводя глаз с противников, положил «эфку» на плоский корень у края арены. Граната легла устойчиво. Никто не посмеет её тронуть.

— Теперь честный бой, — сказал Максим, доставая из-за пазухи нож «Смерш-5». — Твой клинок против моего ножа.

Таллар смотрел на него с выражением, которое Максим не мог понять — то ли ярость, то ли уважение, то ли смесь того и другого.

— Ты сумасшедший, — произнёс эльф.

— Есть немного. Но это не мешает мне побеждать.

И они сошлись.

Клинок Таллара запел.

Даже без магии, он двигался с нечеловеческой скоростью и точностью. Каждый выпад был выверен до миллиметра, каждый замах нёс смерть. Эльф танцевал вокруг Максима, и его клинок рисовал в воздухе серебряные узоры.

Но Максим был не просто солдатом. Он был спецназовцем. А спецназ учили не фехтованию — спецназ учили убивать.

Он не пытался парировать выпады Таллара — с его ножом против длинного меча это было самоубийством. Вместо этого он снова и снова сокращал дистанцию, заходя в клинч, где меч эльфа становился бесполезным. Удар локтем — Таллар отшатнулся. Подсечка — эльф споткнулся, но устоял. Ещё один заход — и Максим полоснул ножом по предплечью противника, рассекая сухожилие.

Таллар вскрикнул, меч выпал из онемевших пальцев. Но эльф не сдался — он перехватил нож левой рукой и попытался ударить Максима в шею. Не вышло. Максим был быстрее: он ушёл с линии атаки, перехватил запястье Таллара, вывернул, и эльф рухнул на колени.

Нож «Смерш-5» упёрся в горло лучшего фехтовальщика Валинора.

— Бой окончен, — произнёс Максим.

Тишина, повисшая над плацем, была абсолютной. Даже листья перестали шелестеть.

Владыка Элладан медленно поднялся с трона. Его лицо по-прежнему оставалось бесстрастным, но в глазах читалось что-то новое. Что-то похожее на надежду.

— Бой окончен, — повторил он, и его голос прозвучал над всей ареной. — Победитель — майор Волков.

Максим отпустил Таллара и шагнул назад. Нож он убрал в ножны, которые смастерил из обрывка ткани.

— Ты мог убить меня, — прошептал Таллар, держась за раненую руку.

— Я мог, — согласился Максим. — Но я не убиваю ради развлечения. Только ради цели.

Он повернулся к трибунам. Сотни глаз смотрели на него — кто с ужасом, кто с ненавистью, кто с искренним восхищением. Лорд Аэлар застыл на своём месте, белый от гнева. Ариэль едва заметно улыбалась. Линдир сиял.

— Лорд Аэлар, — громко произнёс Максим, глядя прямо на командующего. — Вы выставили против меня лучших. Они проиграли. Теперь вы готовы выслушать мои предложения?

Слова упали в тишину, как камни в воду. Аэлар не ответил. Он резко развернулся и покинул трибуну, не спросив разрешения Владыки.

Элладан проводил его взглядом и чуть заметно покачал головой.

— Идём со мной, майор Волков, — произнёс он. — Нам есть о чём поговорить.

Они сидели в малом кабинете Владыки — небольшой круглой комнате внутри ствола центрального древа. Стены светились мягким зелёным светом, в воздухе пахло хвоей и старыми книгами. Кроме Максима и Элладана, здесь были только Линдир и леди Ариэль.

— Твой трюк с гранатой, — начал Владыка без предисловий. — Ты действительно был готов взорвать её?

— Нет, — честно ответил Максим. — Но они не знали этого. А я умею убеждать.

— Ты рисковал. Очень сильно рисковал.

— Война — это вообще риск. Чем дольше вы воюете, тем лучше должны это понимать.

Элладан долго смотрел на него, потом медленно кивнул.