Алекс Коваль – Счастье с доставкой на дом (страница 65)

– Скажи мне, что не только у меня сводит зубы от обилия игрушек в этом “Детском мире”, Синичкина! – просит мужчина, обреченным взглядом рассматривая бесчисленные полки с цветными коробками.

– Поверь, не только, – обхватываю пальчиками его ладошку, осматриваясь. – Самое жуткое, что, если запустить сюда Левушку с Марусей, они тебе поименно назовут каждую из кукол и роботов, но если спросить их, кто какого цвета вчера надевал рейтузы в садик…

– Увы, с нами нет синичек.

– Но здесь есть волшебные девушки-консультанты, которые точно в теме.

– Надеюсь. Иначе мы смело можем отменять поездку. Пока в этом изобилии выбора самостоятельно найдешь что-то стоящее, новогодние каникулы закончатся. Девушка, можно вас?

– Да, конечно. Доброе утро, чем я могу вам помочь?

Наш день начался с забега по магазинам.

Я бы, конечно, предпочла другое времяпрепровождение, но планы есть планы.

Я вообще, все утро, верная себе – замкнутому интроверту – старалась не думать, что скоро мне предстоит знакомство с близкими для Ромы людьми. Главное, он, кажется, был счастлив, ну, а я держала нос по ветру.

Наши городок особо разнообразием ТРЦ не отличался, но с горем пополам за час нам удалось выбрать подарки для всех, кроме Ники. Или, как Рома называет крестницу, чертенка.

Кстати, почему “чертенок”, Рома так и не сказал. Только загадочно улыбнувшись, заявил: сама поймешь, когда познакомитесь.

Так вот, выбрать подарок ребенку, у которого, казалось, есть все – задачей было не из легких. И в детском отделе нам пришлось убить еще час, перебирая вариант за вариантом, что нам предлагали девушки-консультанты, и в итоге выбрали мы совершенно другое. Основываясь на чисто моей «мамской» логике, исходя из того, чему были бы рады мои пятилетки.

Потом быстренько умяв по кусочку пиццы и уничтожив по чашечке кофе, мы выдвинулись в сторону дома родителей, где Лев с Машей уже извелись, то и дело набирая с телефона бабушки и дедушки, интересуясь:

– А вы скор-р-ро, мам?

– А вы где, мама?

– А дядя Р-р-рома с тобой, мам?

– А мы уже на пороге, мам…

Не удивлюсь, что, если мы задержимся еще хотя бы на пару минут, они позвонят и скажут:

– Мы уже у подъезда, мам.

В общем, дети предстоящей поездке были рады явно больше, чем я. Хотя я и не скажу, что меня она огорчала или расстраивала. Скорее, пугала, волновала и заставляла нервно заламывать пальчики.

– Порядок? – неожиданно спрашивает Рома.

Мы идем по заснеженной парковке в сторону машины. Я, чуть замешкавшись, отстала и не заметила, когда он успел притормозить и оглянуться.

– Угу. А что?

– На тебе лица нет, Лада.

– Волнуюсь просто немного.

– Иди сюда, – сгребает в объятия и целует.

Сладко-сладко с привкусом кофе…

– Я рядом. Дети рядом. Не дрейфь, Синичкина. Прорвемся.

Ну, раз прорвемся, то прорвемся. Улыбаюсь, мандраж чуть отпускает.

У Ромы звонит телефон, и он, одной рукой перехватывая пакеты, передает мне ключи от машины, отвечая на звонок.

Я иду, стараясь особо не прислушиваться, но когда проскальзывает знакомая фамилия – Ростовцев – ушки сами собой выползают на макушку и слух обостряется.

– Да. Запустите аналитиков, хочу, чтобы они проверили и перетрясли все его дела за последние полгода.

Пауза.

Сердце екает.

– Точно?

Тихий рык мужчины сквозь зубы.

– Ты уверен?

Видать, да, собеседник уверен, потому что Рома начинает закипать. Спиной чувствую, настроение меняется. Но молчу. По его указке открываю машину и забираюсь в салон. Этакая послушная девочка, не сующая свой нос в чужие дела…

Ага-ага.

Ерзаю на сиденье, стягивая шапку. Наблюдаю за Ромой, который, нервно прохаживаясь перед капотом машины, о чем-то на повышенных тонах разговаривает по телефону. Голос его приглушен, но отдельные слова до меня все же долетают. Да такие, что мои уши в трубочку сворачиваются! И это мужчина, который мне ночью нежности шептал? Он и вот так умеет?

Ух!

В итоге Рома, ероша волосы пятерней, открывает дверь и забирается в салон. Последнее, что бросает в трубку:

– Понял тебя, продолжайте копать. Сдается мне, это только верхушка айсберга, – сбрасывает вызов, откладывая мобильный. Взгляд прямо в лобовое, челюсти сжаты.

Я молчу. Как воды в рот набрала. Силюсь слиться с обстановкой и дать ему в тишине переварить услышанное. Только сижу и наблюдаю за его немного дерганными движениями рук, когда заводит машину и обхватывает руль. В остальном же, если не знать Рому, тяжело понять, что он злится. Потрясающий самоконтроль. Фантастическое умение держать лицо.

– Это не умение держать лицо, – качает головой водитель. – Это скудный эмоциональный диапазон.

Видать, я опять сболтнула мысли вслух!

– Неправда!

Рома улыбается.

– Так что там? – не выдерживаю. – Все плохо?

Машина срывается с места, и мы выезжаем с парковки.

Рома оглядывается.

– Пристегнись, Лада.

Я натягиваю ремень безопасности, и только после этого Бурменцев говорит:

– Скажем… все не хорошо. Вовремя запустили проверку, часть важных бумаг Ростовцев уже умудрился умыкнуть, электронные версии снести, сейчас моя команда работает над их восстановлением.

– Чем это грозит?

– Снова переговоры. Снова пересмотр старых договоренностей с акционерами и партнерами. Подписание. А впереди сезон отпусков и большинство из них будут за границей. В общем, головная боль и бумажная волокита. Месяц, два, три лишней работы, которой кому-то придется заниматься. С большей вероятностью – мне. Да ладно бы только это, но еще и это гребаное приложение… – стукнул Рома по рулю раздраженно. – Как чувствовал, что не нужно в это лезть.

Узнала? Ну, и чего молчишь, Синичкина?

А молчу, потому что не знаю, что сказать. Чем помочь и как поддержать. Понимаю, что масштаб возможных проблем колоссальный, но я просто мелкая букашка, совершенно далекая от бизнеса. Сидела, чувствуя свою необъятную беспомощность, и смотрела на хмурого, смурного Бурменцева. Аж сердце закололо. Еще пять минут назад он буквально сиял. А теперь…

Заметив мой вздох, Рома оглянулся. Перехватил руль левой рукой, а правой схватил мою ладонь. Сжал, переплетая пальцы и поцеловал. Не знаю, кого больше успокаивая: себя или меня.

– Приложение? – зацепилась за единственное “отчасти близкое” мне. – Ты сказал, приложение… что с ним?

– Фирма наша в начале зимы начала разрабатывать приложение для телефонов, с удобным интерфейсом для вкладчиков, инвесторов и потенциальных партнеров. Я тот еще консерватор и предпочитаю все на очной ставке решать, но Ростовцев меня убедил, что необходимо в ногу со временем шагать. Я сдался.

– И? С ним что-то случилось?

– Перед Новым годом заканчивал его разработку, – ухмылка, – Красильников.

Я зашипела сквозь стиснутые зубы. Машинально. Не сдержалась. Рома улыбнулся, правда, только губами. Взгляд остался серьезным и сосредоточенным.

– Он что-то с ним сделал, да?!