Алекс Коваль – Счастье с доставкой на дом (страница 10)

– Угу. Сижу вот, кукую у двери.

– Оставь “кукования” Кукушкиным, Синичкина, – вздохнул я. – Сам подъехать не смогу, не вырваться с работы. Но сейчас отправлю свои ключи с водителем. Жди и никуда не уходи. Поняла?

Дождавшись утвердительного ответа, сбрасываю вызов. Оборачиваюсь, дернувшись в сторону приемной, и напарываюсь на удивленный, если не сказать шокированный, взгляд друга:

– Это ты с кем так ворковал, Бурменцев? И какие ключи? От твоей квартиры, что ли?

– Не бери в голову, Степыч.

– То есть как это “не бери в голову”? Ты себя со стороны просто не видел. Весь разомлел и растаял. Мне же любопытно, кто это тебя так крепко прихватил, – хохотнул Ростовцев, по плечу хлопая. По-дружески. Вот только ни грамма участия в этом жесте я не разглядел. Отчего-то.

Я сегодня вообще на работе был одно сплошное раздражение.

– По-моему, у тебя много работы. Нет?

– Понял, – поднял руки друг, – не дурак. Ухожу, – но вот от того, чтобы напоследок подмигнуть, все равно не удержался. Еще и реплику кинул вдогонку:

– А голос у девушки приятный, Бурменцев.

Я проводил друга из кабинета молча, взглядом, покачав головой, унимая скребущее на душе недовольство от того, что Ростовцев услышал и узнал про моих “гостей”. А потом, вспомнив, куда все-таки собирался, выскочил в приемную в поисках своего секретаря.

Лада

Десять.

Столько моих шагов надо, чтобы пересечь коридор поперек.

И с добрую сотню, чтобы пройтись по светлому модному, стильному подъезду вдоль!

Да и вообще, язык не поворачивается называть “это” подъездом. Подъезды, они серые, темные, обшарпанные и грязные. А тут как в коридоре самого дорогого пятизвездочного отеля. Вон даже картины на стенах висят. В этом крыле их пять, а в другом? Пойду посчитаю…

Как только я себя не развлекала, считая секунды до приезда водителя Романа. Попутно стараясь отогнать неуместные мысли и стыд. Да, мне все еще было ужасно неловко, а когда брала у Нины номер, чтобы набрать хозяину квартиры, думала, и подавно в обморок от страха свалюсь, прежде чем решусь нажать на “вызов”.

Но все прошло хорошо. Если не сказать, прекрасно. Мужчина вновь удивил своей выдержкой и уравновешенностью. Мне кажется, наоборот, Роман даже в какой-то момент разозлился, когда понял, что я слезы тут распустила до нижней губы из-за каких-то ключей. Так до сих пор в ушах и стоит его:

– Это всего лишь ключи, Лада! Они точно слез не стоят…

Ух… до мурашек!

Повезет же какой-то женщине такой редкий экземпляр отхватить. Я хоть и знакома с Романом Викторовичем меньше суток, но, как по мне, уже было много показательных моментов, которые не дали усомниться в том, что этот мужчина – точно мужчина! А не как вон… Эдик.

Кстати, об Эдиках, чего это он молчит? Я думала еще утром, на радостях объявится ключи свои забрать. Самой набрать? Нам с детьми чужого не надо, пусть заберет и подавится.

Обходя дозором пространство около квартиры, я услышала за спиной звук открывания дверей лифта. Обернулась. Из кабины показался высокий, крупный, седовласый мужчина в черном пальто. Солидный такой, представительный. Я бы даже подумала, что это один из жильцов комплекса, если бы лицо его не озарила добродушная улыбка, и мужчина не спросил:

– Услада?

– Да, – кивнула я. – А вы от Романа Викторовича?

– Совершенно верно. Его личный водитель, Петр, – протянул мужчина руку, которую я тут же пожала. Подавив в себе желание присесть в реверансе, как благородная барышня.

– Приятно познакомиться, Петр.

– Взаимно, Услада.

– Можно просто Лада.

– Имя у вас красивое. Необычное.

Я зарделась, чувствуя, как щеки начинают краснеть. Комплименты в адрес своего имени я слышала частенько, оно многих удивляло, но не объяснять же всем, что мама у меня женщина с фантазией и сильной любовью к славянским именам. Я и сама, честно говоря, учась еще в школе, не понимала, за что мне такая “сладость” досталась. Однако сейчас же безумно маме за Ладу благодарна.

– Спасибо большое, – улыбнулась я.

– Ах, да, – опомнился мужчина, – Роман Викторович передал ключи. Вот, держите, Лада. И еще попросил убедиться, что вы успокоились и не рыдаете, – мужчина задумчиво меня оглядел с ног до головы и улыбнулся. – С этим вижу, вы и без меня справились.

– Да, неловко получилось. Не люблю доставлять проблемы другим, вот и расстроилась. Да и вообще никогда в жизни не теряла ключи! А тут на тебе…

– Ерунда, у меня дети до сих пор их теряют время от времени. Про внуков вообще молчу! – хохотнул мужчина. – Это видать, с генами передалось. Поэтому у нас с женой дома сразу несколько запасных комплектов всегда лежит.

Приятный он все-таки и на вид, и по голосу, и вообще. Характер такой, располагающий.

– У вас есть дети, Петр?

– Есть, четверо. Взрослые уже, правда. Старшему сыну в этом году двадцать семь исполнилось.

– О-о-оу! И у меня есть, только пока двое, пятилетки, и мне их хватает за глаза.

– Правда? Вы такая молоденькая, по вам и не скажешь, в хорошем смысле! – поднял руки, засмеявшись, мужчина.

– Ну, вот так, – пожала я плечами. – Синички мои, Лев и Мария, – кивнула я, – слушайте, может, я могу вас отблагодарить за ключи, – взмахнула я связкой, – давайте, я напою вас чаем? Я тут вон кексы вкусные купила, детки мои их просто обожают! Можно?

Петр посмотрел на наручные часы и улыбнулся, сказав:

– Почему бы и нет. От чая не откажусь.

А когда я кинулась поднимать с пола пакеты, водитель Романа меня опередил. Подхватил их, тяжеленные, сам, как истинный джентльмен, не позволяя девушке тащить тяжести и скомандовал:

– Открывайте, я помогу.

Глава 6

Лада

– Мамуль, а Лев сегодня плохо себя вел, – заложила брата Маруся, – и дрался! – сообщила доверительным шепотом, натягивая на уши шапку с помпоном. Крутя-вертя ту на макушке, злясь, что она никак не желала удобно надеваться.

Пришлось помочь, пока моя принцесса не психанула.

– А Маруся забрала у Сони ее игр-рушку и не хотела отдавать! – не остался в долгу сынок, ногой топнув, как настоящий мужчина. – Соня плакала! А Машка смеялась!

– Она первая начала!

– А вот и нет!

– А вот и да!

Дочурка насупилась и показала брату язык.

Я подхватила детские рюкзачки и строго сказала:

– Драться плохо, Левушка.

– Вот так-то, – хмыкнула дочурка.

– И игрушки чужие брать плохо, Маруся.

– Получила?! – поддразнил сестру сынок.

Я вздохнула, улыбнулась и бодро скомандовала:

– Бегом, на выход. А то опоздаем на автобус.

Дважды повторять своей банде не пришлось. Дети сорвались с места и, все еще продолжая переругиваться, потопали из группы.

Я попрощалась с провожающей нас Степанидой Васильевной, пообещав, что завтра точно будем минута в минуту! И пошла догонять своих шумных двойняшек.

Шла по коридором садика за детьми следом, умиляясь. Хоть они у меня и любили друг с другом поспорить, но даже сейчас идут вместе, шелестя пуховичками, бубня что-то себе под нос, крепко взявшись за руки. Попробуй к этим двоим только подойти: побьют, покусают и вообще горой друг за дружку стоять будут до последнего.

Я вот, когда была мелкая, всегда мечтала, чтобы у меня был большой и взрослый старший брат. А лучше два! Чтобы было кому меня защищать, с уроками помогать и кому жаловаться на дергающего меня за косички Федьку.