Алекс Ключевской – Опасный путь (страница 15)

— Нет, мы не зарегистрированы, — ответил я ей, раздумывая, как много можно ей сказать. — Более того, Пастели, если можно так сказать, усыновили наших предков.

— И к какому же вы Роду принадлежите? — ещё тише спросила Леонтьева.

— Мы члены Семьи, — вместо меня ответил Эдуард. — И вы понимаете, Тамара Дмитриевна, что насчёт этого не стоит распространяться.

— Да, я понимаю, — ответила она и задумалась, а потом быстро что-то написала в моём деле. — Я отметила в вашем деле, что в вашем Роду присутствует доказанная Тёмная ветвь, и на вас распространяются те же правила, что и на полноценных Тёмных, даже при отсутствии у вас тёмного дара, — она закрыла папку и подняла на меня взгляд. — Вы меня не больно убьёте?

— За что? — недоумённо посмотрев на неё, я потёр лоб.

— За то, что я знаю вашу тайну, — она отвечала очень решительно.

— Почему все вокруг меня так стремятся умереть и обязательно в моём присутствии? — на меня накатывало раздражение, которое я даже не пытался сдерживать. — Не отвечайте, это был риторический вопрос. Лучше ответьте, это что получается, Демидовым необязательно посещать школу и носить блокирующий браслет?

— Нет, не обязательно, — Тамара немного расслабилась и пожала плечами. — Что касается браслета, подозреваю, что он не действует на них в полную силу, зато их дар может полностью заблокироваться артефактом, предназначенным для блокировки Тёмного дара.

— Если кто-то скажет об этом Демидовым, то точно умрёт мучительной смертью, — быстро проговорил Эд. — Я сейчас про школу говорю. Похоже, они не знают про этот подпункт, и пускай так и остаётся.

— Роман Георгиевич, вы юридически относитесь к Роду Пастелей. Вы тоже Тёмный? — немного торжественно спросила Тамара.

— Упаси боги, — криво усмехнулся Ромка. — Конечно, нет.

— В таком случае, где ваш диплом? — Тамара в упор посмотрела на моего зама.

— Он… вот чёрт, — Ромка потёр переносицу. — Я приказал начальнику отдела кадров Гильдии подготовить все документы и отослать их вам. В тот день Гильдия сгорела.

— Боюсь, вы должны будете предоставить мне документ, — жёстко сказала Леонтьева. — Вы и так являетесь просто чудовищным провокационным фактором для проверяющих. А если они ещё и несоответствие в документах увидят, то нам всем станет весело. То же самое касается и вас двоих, — и она повернулась к молчавшей Ванде и Егору.

— И что будем делать? — спросила Ванда, глядя при этом на Гаранина.

— Дима, звони Троицкому, — ответил за всех Егор. — Договорённость между школой и СБ была, я точно это знаю, иначе у нас бы Ахметова индивидуальный курс не вела. А у Романа диплом был, ему нужно только дубликат выписать.

Я встал из-за стола и подошёл к окну. Как-то резво эти твари зашевелились. Мне никогда не простят ни Ваню с его ребятами, ни Ромку. Сейчас они пытаются действовать более-менее в рамках закона, но это вряд ли долго продлится. На Ваню у нашего правительства ничего нет. С ним они утрутся, но вот лишить меня Ромки и Ванды с Егором попытаются. И Тамара права, нельзя давать им повода. Вытащив телефон, я набрал номер крёстного, наблюдая, как в знакомый до последнего камня тупик заезжает мусоровоз.

— Дима, что-то случилось? — голос Славы звучал раздражённо.

— Нам нужны дипломы, — сразу же выпалил я, даже не поздоровавшись.

Воцарилось молчание. Фоном раздались глухие шаги, видимо, крёстный куда-то пошёл. Я терпеливо ждал, когда он возобновит разговор. Раздался какой-то щелчок, странный гул, и Слава наконец-то ответил:

— Нет, не получится.

— Ты даже не знаешь, кому они нужны, — я нахмурился, продолжая смотреть на мусоровоз.

— Знаю, — Слава замолчал, выдержал короткую паузу и продолжил: — Ты меня не посвящаешь в свои дела, и я не в курсе того, что вы натворили, но со стороны напоминает муравейник, в который ты с ходу воткнул палку. У меня сейчас специальная комиссия школу вверх ногами ставит. Я распустил все младшие курсы по домам, отменив для них экзамены и освободив от практики. Остались только выпускники, которым предстоит сдавать выпускные экзамены.

— Почему ты не можешь выписать Роме дубликат, а Ванде с Егором выдать дипломы? — с нажимом в голосе спросил я.

— Дима, я пытаюсь тебе объяснить…

— Подожди, я ставлю громкую связь, чтобы все могли твои объяснения услышать, — и я оторвался от унылого зрелища за окном, и сел на своё место, положив телефон на стол. — Можешь начинать.

— Гаранину я не могу выписать дубликат. Он давался ему на специальных условиях, и информация об этом сгорела вместе с частью архива. Сейчас же мне не удастся предоставить этим чёртовым проверяющим ничего, что подтвердило бы обоснованность этой выдачи. Роман не является главой Рода, он входит в Род Пастелей, и выпускные экзамены никогда не сдавал. Вы улавливаете мою мысль? — раздражение в голосе Троицкого усилилось.

— А Вишневецкая и Дубов? — спросил я.

— Они тоже не сдавали выпускные экзамены, и мне тут совсем недавно намекнули, что школа никак не связана со Службой Безопасности, и все договорённости между нами расторгнуты Министерством образования в одностороннем порядке, — Слава вздохнул. — Кстати, тебе я диплом как раз выписал. Ты официально проходил обучение в школе, когда умер твой регент и ты вынужден был принять на себя Род.

— А вот это очень хорошо, — быстро проговорила Тамара, вырвав лист со своими заметками, убирая любое упоминание о том, что я имею какое-то отношение к Тёмным. — Когда диплом Дмитрия Александровича доставят? — деловито уточнила она.

— Я его уже отправил с курьером, — ответил Троицкий.

— Что ты можешь предложить насчёт остальных? — я потёр лоб и закрыл глаза.

Если проверяющие докопаются до этой мелочи, то против нас могут начать информационную войну. Против Оракула они не попрут, кишка тонка, но представить нас сборищем неадекватных убийц — вполне. И любое наше дальнейшее действие может после этого столкнуться с сильным негативом. При хорошем умении подогреть подобный негатив — раз плюнуть, и вперёд на баррикады. При падении Империи именно здание СБ взяли первым в чудовищной гражданской войне. Даже императорский дворец стоял вторым в этой очереди.

— Пускай едут сюда, — после продолжительной паузы заявил Троицкий. — Повторюсь теперь уже для всех, младшие курсы я распустил по домам. А выпускникам не до вашей компании, у них экзамены. Получат допуски, сдадут единый экзамен и вперёд на свободу с дипломами в руках.

— Что⁈ — Ромка вскочил со своего места. — Какие экзамены, вы в своём уме? Я же ни черта, кроме этой трижды проклятой ботаники не помню из школьной программы. Просто выпишите мне этот диплом. Кто когда узнает, сдавал я что-то или нет?

— Роман, сядь, если ты сейчас метаться начал, — голос Троицкого стал настолько мягким и приторным, что Ромка сел на своё место и сложил руки на колени. — Я сейчас делаю скидку на то, что ты всё-таки Гаранин, а в вашем семействе всегда было туговато с пониманием основ. Специально для тебя повторяю, сейчас по моей школе бродит десяток проверяющих. Как ты думаешь, сколько времени им понадобиться, чтобы вычислить этот подлог⁈

— Я не буду сдавать экзамены, — упрямо проговорил Рома.

— Это единый экзамен, ничего страшного в нём нет. Мы разработали и в качестве эксперимента попытаемся внедрить в этом году этакую полосу препятствий. Всё очень просто: экзаменуемый спускается туда с преподавателем, проходит её, решая чаще всего практические задачи, включённые в школьный курс. Специальные чары фиксируют, что студент спустился на экзаменационную полосу и вышел оттуда. Преподаватель передаёт ведомость с замечаниями, если они возникнут, и на её основании комиссия выставляет итоговую оценку, — Троицкий замолчал, а потом добавил. — Или так, или, Дима, тебе придётся всех уволить и нанять в качестве внештатных специалистов, а это, как ты сам понимаешь, влечёт за собой потерю многих полномочий.

— Егор и Роман офицеры, — я открыл глаза и посмотрел на телефон.

— Правительству на это по большему счёту плевать, — серьёзно ответил Слава. — Они бы и за Ваню взялись, но тут без вариантов. И, Дима, это не значит, что они не рискнут, так что не расслабляйтесь. Я жду всех троих завтра.

Он отключился, а я долго смотрел на погасший телефон. Воцарившуюся тишину прервал голос поднявшейся из-за стола Тамары:

— Дмитрий Александрович, оформить учебные командировки?

— Да, оформляй, — ответил я направившейся к двери Литвиновой.

Когда дверь за ней закрылась, Ромка снова вскочил из-за стола и действительно начал метаться по кабинету. Всё-таки крёстный в своё время очень хорошо изучил его.

— А давайте я просто убью Кирьянова, — внезапно предложил он, остановившись возле меня. — Дима, всё будет выглядеть, как несчастный случай. Даже наша Ксюша не распознает, что эта тварь косточкой подавилась не сама, а ей помогли. А пока все будут скорбеть, всё-таки ни абы кто тапки отбросил, а целый секретарь президента, и комиссии уберутся на похороны, Троицкий нам быстро эти чёртовы дипломы нарисует?

— Тебе что сложно через какую-то полосу препятствий пройти? — спросил его Егор. — Ну потеряем пару дней своей жизни, зато отдохнём как следует.

— Мне не сложно пройти полосу! — рявкнул Ромка. — Ты что не слышал? Мы сначала должны допуски у преподавателей получить! А что если кто-то из них не захочет нам эти допуски просто так поставить? Если та же Бурмистрова заставит меня что-нибудь ей рассказать или продемонстрировать? Мне двадцать один год, Дима, какая к чертям собачьим школа?