Алекс Ключевской – Опасный путь (страница 11)

— Он до сих пор в коме, — отстраненно ответил я, ещё более насупившемуся Ожогину. Я и сам не знал, как и Ахметова, что именно творится с Лисом, и почему он продолжает находиться в коматозном состоянии. И это мне не нравилось.

Я задумался, бросив взгляд на напрягшегося и нахмурившегося Эда. Ну, у него что-то спрашивать по Гильдиям бесполезно, он сразу же предложит сжечь их к чёртовой матери и даже вызовется побыть исполнителем. Но делать что-то действительно было нужно. Вытащив телефон, я набрал номер Довлатова.

— Слушаю вас, Дмитрий Александрович, — спокойный голос главы следственного отдела действовал на меня успокаивающе. Даже интересно стало, как он будет допрос вести.

— Денис Николаевич, вызывайте на допрос главу четвёртой Гильдии, нужно прояснить несколько моментов, о которых мы с вами говорили, — отдал я распоряжение под внимательным взглядом Ожогина. Выслушав меня, Женя кивнул и вышел из приёмной, я же повернулся к Хрущёвой. — Ну что, Маргарита Владимировна…

Дверь снова распахнулась, и в приёмную вошёл Белевский.

— О, Дмитрий Александрович, — он расплылся в улыбке. — На входе мне выдали вот эту штуку, её обязательно нужно цеплять на костюм? — и он показал мне значок гостя, допущенного в общие отделы Службы Безопасности.

— Да, обязательно, — я внимательно проследил, чтобы Белевский надел значок, который сразу же засиял тусклым зеленоватым светом.

— Какой неприятный цвет, — заметил Белевский, разглядывая значок несколько секунд, затем посмотрел на меня, делая шаг вперёд. — Вы меня пригласили, чтобы сообщить о своём решении? Надеюсь, оно положительное?

— Если бы моё решение принять вашу спонсорскую помощь для обеспечения нужд моего научного отдела было отрицательным, я бы вам об этом по телефону сообщил, — холодно ответил я. Меня страшно бесил тот факт, что я пускаю чужие финансы в святая святых, но не могу сделать это сам, потому что являюсь заинтересованным лицом. Совершенно отвратительное чувство на самом деле.

— И не факт, что сами, — задумчиво добавил Белевский и решил уточнить. — Когда мы будем заключать договор со Службой Безопасности?

— Как только я получу вменяемый образец, — он посмотрел на меня непонимающе. — Антон Романович, судя по вашему проекту договора, вы очень слабо представляете себе нужды научного отдела СБ. Я вас пригласил сюда, чтобы вы познакомились с научным отделом, в частности с Ланой Медведевой, которую я не так давно назначил начальником этого очень непростого ведомства. А когда вы вместе с Ланой Андреевной составите жизнеспособный экземпляр, то только тогда мы с вами его подпишем. Естественно, после того, как с ним ознакомятся ваши и наши юристы.

— То есть, я сейчас могу идти в научный отдел? — Белевский недоверчиво посмотрел на меня.

— Да, вы можете идти к Медведевой. А этот значок проследит за тем, чтобы вы случайно не завернули в места, считающиеся секретными, — я ласково улыбнулся. — На первый раз он издаст предупредительный сигнал, означающий, что не стоит идти вот в это место. Если вы его проигнорируете, то последствия могут оказаться не слишком приятными.

— Но я же могу его снять? — вернул мне улыбку Белевский.

— Нет, Антон Романович, не можете. После активации его сможет убрать только дежурный охранник, уполномоченный это сделать, — доверительным тоном сообщил я ему.

— Ох, — Белевский слегка побледнел и в который уже раз покосился на мерцающий зеленоватым мертвенным светом значок. — Пойду, пожалуй, в научный отдел к Лане Андреевне.

— Жду вариант договора, — сообщил я спине Белевского. Было не совсем понятно, услышал он меня или нет, но мне было уже всё равно. Повернувшись к Эду, я покачал головой: — Здесь у тебя всегда так людно?

— Поверь, до тебя могут пробиться очень немногие, — Эдуард усмехнулся.

— Верю, — я посмотрел на Хрущёву. — Маргарита Владимировна, что вы хотели мне сообщить?

— Наш птенчик наконец-то вылетел из гнезда, — быстро ответила вампирша, пока нас снова никто не перебил. — Уж не знаю, что произошло, но он отправился по адресу: переулок Тихий, дом три, и засел теперь уже там.

— Вспомнил, что квартира больше ему не принадлежит, и к нему в любой момент могут нагрянуть бывшая жёнушка со своим любовником? — предположил Эдуард, проведя пальцем по губам.

— Не принципиально, — ответил я и задумчиво пробормотал: — Какой знакомый адрес, — после чего, встрепенувшись, снова сфокусировался на Хрущёвой. — Что-то ещё?

— Да, — она утвердительно кивнула. — Тот звонок десять дней назад, сделанный с его телефона. Мы наконец-то сумели всё настроить и выяснили, что звонил он во Фландрию. К сожалению, личность абонента не удалось выяснить. А также, я с помощью этого милого мальчика — Тима, отследила движение средств по счетам Леуцкого. Не то чтобы там было что отслеживать… Даже странно, что наёмник его уровня такой, хм, нищий.

— Он практически все свои средства перевёл в наличность, да квартиру купил. Недвижимость в Москве, даже такая, — это очень дорого, на самом деле, — пояснил я, не сводя пристального взгляда с этой пятисотлетней девушки. — Так получилось, что он потерял и квартиру, и деньги. Так что со счетами?

— Ему перевёл значительную сумму Гаранин Георгий Ярославович, — ответила Маргарита. — Меня заинтересовал этот момент, и я проследила предыдущие транзакции. Почти все входящие переводы на счёт Леуцкого были осуществлены со счетов Гаранина.

— Да что ты говоришь, — я так сжал зубы, что почувствовал привкус мела во рту. — Похоже, Гоша слегка заскучал, и его нужно срочно чем-то занять.

Я стремительно развернулся в сторону своего кабинета, на ходу вытаскивая телефон. Как только дверь у меня за спиной закрылась, нажал на вызов и подошёл к окну, приложив трубку к уху.

— Дмитрий Александрович, я вас слушаю, — голос Гомельского раздался после первых же гудков.

— Артур Гаврилович, я просил Прохорова выяснить, чем таким безусловно важным занят Георгий Гаранин, — ответил я ему вместо приветствия.

— Максим Николаевич обращался ко мне, и я предоставил ему финансовую справку для общего отчёта, — осторожно произнёс Гомельский. — Что-то случилось?

— Так получилось, что я случайно узнал о противоправной деятельности, которую ведёт Гаранин-старший на территории Российской республики, — протянул я, глядя на площадь Правосудия. Людей здесь было традиционно мало, никто не хотел приближаться по своей воле к зданию СБ. — В частности, он предоставил убежище одному разыскиваемому наёмнику, а также оплачивает его весьма сомнительные услуги. Я сейчас говорю о Леуцком, — добавил, немного поколебавшись.

— Вот как, — голос Гомельского слегка зазвенел. Никто ему никогда не говорил об этом ублюдке, но мой поверенный откуда-то знал, что Владик как-то причастен к взрыву. — Вы уверены насчёт Гаранина?

— Доказательств, что Гоша финансировал взрыв, у меня нет. К тому же я не хочу гоняться за Леуцким, разыскивая его по всей Москве. Сейчас его местоположение известно, он находится под пристальным контролем, и меня такое положение дел вполне устраивает. Но вот Гаранину, похоже, заняться нечем, и он заскучал. Это у них, похоже, семейное, — я жёстко усмехнулся. — Роману тоже нельзя давать скучать, чтобы в его голову странные идеи не лезли.

— Что вы хотите, чтобы я сделал? — после довольно продолжительной паузы спросил Гомельский.

— Вы можете слегка развеселить Гаранина и всю его шайку? — спросил, отмечая, как через площадь проехал мусоровоз и свернул в знакомый тупик. Посмотрев на часы, я отметил, что мусор вывозят всё-таки как придётся, а не по определённому расписанию. Не знаю, может быть, это и правильно.

— Хм, — Гомельский задумался. — Насколько сильно развеселить? Чтобы просто весело и задорно, или чтобы смех сквозь слёзы?

— Весело и задорно, — подумав, ответил я. — Как уже было сказано, не хочу, чтобы он потерял свои дома. Леуцкому где-то жить надо, как и младшему сыну Гоши, кстати. Я же не зверь, чтобы мальчишку на улицу выбрасывать. И это же касается его окружения. Свяжитесь с Прохоровым, пускай передаст вам список лиц, с которыми Гаранин тесно общается и напрягите Моро. Он мне должен, пускай отрабатывает.

— Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы упомянутым господам было не до нашей несчастной республики, — заверил меня Артур Гаврилович и отключился.

Сунув телефон в карман, я некоторое время бездумно смотрел на площадь. Надо бы уже мешки разобрать, которые мне удалось из Фландрии в своё поместье перебросить. Или же попросить кого-нибудь? Точно, попрошу Николая. Он умеет работать с артефактами, не подвергая себя опасности. Чтобы не передумать, снова вытащил телефон и набрал номер.

— Дмитрий Александрович, у нас всё хорошо, — сразу же зачастил мой дворецкий.

— Николай, разбери мешки, лежащие в гостиной, — попросил я его. — Просто рассортируй на столах. Документы, драгоценности, деньги, артефакты — всё по разным столам. Да, проследи, чтобы каждый артефакт находился в своём защитном футляре.

— Слушаюсь, Дмитрий Александрович, — ответил Николай, и я нажал на отбой.

Посмотрев на стол, где было на редкость мало бумаг, я решительно направился к выходу из кабинета. Скоро должен прийти Борода, и я хочу поприсутствовать при допросе. А пока нужно у Эда уточнить, как продвигается наложение защиты на здание.