Алекс Ключевской – Извилистый путь (страница 16)

— Даже так? — я открыл папку. — Меня это не слишком интересует в контексте наших возможных договорённостей. Мы рано или поздно всё равно выйдем на похитителей. С вашей помощью или без неё. Видите ли, госпожа Вишневецкая не является ценным сотрудником и проработала слишком мало, чтобы владеть какой-то секретной информацией. Поэтому её поиск не является приоритетным в работе Службы Безопасности.

Его зрачки на секунду расширились. Понятно, он явно хотел надавить на мои личные связи и эмоции, чтобы начать мною манипулировать.

— Дмитрий Александрович…

— Какие у вас имеются доказательства причастности упомянутых вами лиц? — перебил я его, захлопнув папку.

— Записи телефонных разговоров, копии переписок, свидетельства моего секретаря. Он не причастен ко всему этому, был только посредником, и только я смогу его убедить дать необходимые показания, — начал торопливо перечислять Юдин, постукивая ногой по полу. Похоже, я иду верным путем, и нервишки у бывшего министра финансов начали пошаливать.

— И чего вы хотите взамен? — как можно более непринужденно спросил я.

— Иммунитет.

— От ветрянки? — я позволил себе усмехнуться.

— Сделку, или как это у вас называется, — не выдержал Юдин, хлопнув ладонью по столу. — Я хочу сделку. Вся информация по детскому дому, компромат, не относящийся к вашему делу, на остальных членов правительства, схемы махинаций, связь с преступниками, похитившими вашу подругу, в обмен на пожизненное заключение.

— Которое при смене правительства может стать не таким уж и пожизненным, — выдохнул я, задумавшись. — Вы спонсировали наёмников, которые чуть не убили сотни детей. О чём вообще может идти речь?

— О безопасности нашей страны. Это же является приоритетом вашей работы, не так ли? — улыбнулся Юдин, хотя слегка подрагивающие пальцы рук выдавали волнение. У меня пиликнул телефон, и я, достав его из кармана, посмотрел на экран, где высветилось сообщение от Громова. «Иди на сделку. Документы сейчас подготовим».

— Ну, допустим, — пробормотал я, кладя телефон рядом с собой. — Звоните, — я, немного подумав, достал из кармана в папке телефон Юдина и бросил его на стол перед ним.

— Кому? — нахмурился он, не прикоснувшись к телефону.

— Тем, кто похитил Вишневецкую. Это будет первым доказательством того факта, что вы действительно имеете необходимую для сделки информацию. И учтите, Антон Фёдорович, попытаетесь меня обмануть, на центральную площадь поедете сразу же из этой допросной, до оглашения приговора суда. Уж с главным судьей и своей совестью я смогу договориться, — холодно проговорил я, не глядя в сторону большого зеркала, висевшего в допросной, за которым находилась комната наблюдения.

— То есть, сделка будет? — расслабленно откинулся на спинку стула Юдин, сцепив ладони в замок.

— С одним условием, — теперь уже я наклонился к нему, призывая дар. Немного, но этого хватило, чтобы расслабленность и явное облегчение на лице бывшего министра финансов сменилось паникой и лёгким ужасом. — Никакого права на досрочное освобождение. Пусть хоть метеорит на землю упадёт или начнётся вторжение единорогов, несущих свет, всепрощение и справедливость.

— Меня это устраивает, — тут же закивал Юдин и схватил телефон.

— Кто они? — я поднял руку, отвлекая его от звонка. Сперва необходимо было получить нужную информацию. Ну, и думаю, Громов уже отдал распоряжение, чтобы подготовились отследить звонок. А для этого нужно немного времени.

— Я знаю только главного этой тупой операции — это Марк Левин, — скривился Юдин, кладя телефон на стол.

— Глава незаконной ячейки наёмников из Будапешта? — в голове сразу всплыла информация о разыскиваемом наёмнике на территории больше чем десяти стран. — И он сейчас находится в Российской республике?

— Да, он самый. Он был главным в той операции, спланированной… В общем, спланированной, — прервался он, не выдавая ни грамма лишней информации. Интересно, кто его научил такому самоконтролю, и, главное, откуда у него такой мощный блок на разуме? — Когда акция, продуманная до самых мелких деталей и с результатом в девяносто восемь процентов, начала идти не по плану, он и его ближайшие приспешники смогли вырваться из окружения, когда началась неразбериха после прорыва в дом полиции и этого отморозка — главы второй Гильдии.

— И что Левин до сих пор делает в нашей стране? — спросил я, вспоминая, что этот преступник никогда не задерживался на одном месте больше чем на несколько недель.

— Он залёг на дно вместе со своими людьми, когда все возможности покинуть страну были исчерпаны. Никто раньше даже не догадывался о том, что ресурсов СБ хватит, чтобы перекрыть воздушные и транспортные границы практически по всей территории. И тогда он связался со мной, прося о помощи, которую я, как вы понимаете, оказать ему не смог. Но был в курсе его дел, — Юдин пожал плечами.

Да, точно, мы же с Эдом настояли на укреплении границ и внедрение на все пропускные пункты, включая междугородние, идентификаторы. Воспоминания о перелёте во Фландрию в самолете с курицами было ещё свежо в памяти, особенно в памяти моего брата. Именно поэтому укрепление границ стало первым направлением, куда начал выплескивать свою нерастраченную энергию Эдуард после того как бассейн в доме был построен. И мне, как Наумову, было всё равно, что там считало правительство. А после того, что случилось в детском доме, моё требование стало категоричным, и чинуши не посмели отказать. Гомельский бывает иногда чертовски убедителен, тем более, что от дыр на границе страдал бизнес, а это было для него куда серьёзней, чем какая-то там безопасность страны.

— Эти меры испортили жизнь многим людям из самых верхов. Даже не знаю, как пропустили этот законопроект, — поморщился Юдин.

— Причём здесь Ванда? — я не обратил внимания на его замечание, тем более, что мне обо всех вариациях этого нытья было хорошо известно.

— Вишневецкая не была первоначальной целью. Я лично был против подобного, хочу сразу это отметить, — встрепенулся Юдин. Не удивлюсь, если узнаю в дальнейшем, что всё это было спланировано им лично. — Я на месте Левина не стал бы лишний раз переходить дорогу Гаранину, но с Егором Дубовым по какой-то причине не получилось провернуть задуманное. Оставалась только Вишневецкая. К сожалению, с госпожой Рубел вы к тому времени уже расстались, а ваш таинственный брат… Скажем так, с ним Марк хотел связываться ещё меньше, чем с Гараниным. Ни о каких других рычагах воздействия на вас никому не известно. Если только попытаться вашу псину выкрасть, но это вообще за гранью фантастики.

— На меня? Зачем похищать близких мне людей? — я несколько раз моргнул, стараясь переварить услышанное.

— Чтобы вы помогли им вылететь из страны. Только у вас есть возможность провести ваш самолёт через границу без идентификации лиц на борту и тщательного обыска, — улыбнулся Юдин.

— Со мной никто не связывался, — как можно спокойнее ответил я.

— Когда они изменили объект похищения, я перестал, хм, владеть актуальной информацией. Сами понимаете, с главой второй Гильдии у нас напряжённые отношения, и ходят слухи, что они с Вишневецкой близки, — Юдин расслабился, а мне хотелось ему врезать, чтобы смыть ухмылку с его лица. — Поэтому я не имею ни малейшего понятия, где они и почему до сих пор не вышли с вами на связь.

— Звоните, — кивнул я на телефон, а в комнате заметно похолодало. Да, лёгкая едва заметная сила смерти быстро стёрла улыбку с лица этого урода.

— Да, разумеется, — отрешенно ответил он, набрав номер и положив телефон на стол, включая громкую связь.

Секунд тридцать нам никто не отвечал. Я уже потянул руку к телефону, демонстративно покачав головой, как на том конце раздался какой-то шорох и раздражённый мужской голос.

— Чего тебе? — голос мне был незнаком.

— Ты всё ещё в России? — голос Юдина моментально изменился. Исчезли даже намёки на вкрадчивые нотки. Он стал холодным и жёстким. Именно так следует разговаривать с преступниками, и такому крупному игроку это было прекрасно известно.

— Вышли небольшие накладки, — спустя несколько секунд ответил, как я понял, Левин.

— Ты чем думал, когда решил схватить эту девку? — недовольно проговорил Юдин, глядя на меня. — Я слышал, её любовничек смог на вас выйти.

— Всегда поражался твоей осведомленности, — в голосе похитителя прозвучала усмешка. — Не беспокойся, всё идёт по плану.

— Почему вы медлите? Меркулов говорит, что чем дольше вы тянете, тем меньше шансов на успех. Ты нужен здесь, у меня есть работа для тебя и твоих людей, — раздражённо повёл плечами бывший министр финансов.

— Потому что, пока вокруг Наумова крутятся «Волки» Рокотова, мне и без Меркулова понятно, что всё обречено на провал, — резко ответил Левин. — Как только он отзовет этих псов, тогда мы и выйдем на связь. Что-то ещё?

— Пускай со мной свяжется Родиков. И не тяните, мне это начинает надоедать, — Юдин сбросил вызов и на некоторое время прикрыл глаза. После чего выпрямился и вновь посмотрел мне в глаза. — Я доказал вам, что владею необходимой информацией.

— Вполне, — я забрал телефон, вкладывая его в дело, и поднялся на ноги, оборачиваясь к двери, в этот момент открывшейся. В допросную вошёл Громов в сопровождении Ефимова и Марченко, двух офицеров.