Алекс Ключевской – Частный детектив второго ранга. Книга 2 (страница 32)

— Я думал, что вы поедете позже. Ты же говорил что-то об этом, — сказал граф, и практически сразу добавил: — Неважно на самом деле. Я хочу тебя кое о чём попросить, Паша.

— И о чём же? — Павел налил себе чай и откинулся на спинку кресла. Они с братом всегда были очень близки, и он мог позволить себе отбросить с Олегом всякие условности.

— Костя не оставил безумную идею заняться частным сыском, — Олег покачал головой. — Он начал говорить об этом два года назад, пока ещё учился в Московской Магической Академии. Я думал, что эта блажь пройдёт, когда он закончит и вернётся домой, но нет, Паша, мой сын хочет подавать документы на получение лицензии.

— Очень странный выбор, на самом деле, — Павел отставил чашку. — Ты не говорил, что у Кости произошло такое вот помутнение в мозгах.

— Я не думал, что дело может зайти так далеко! — Олег ударил по дивану, на котором сидел. — Он мог пойти служить куда угодно. Костя — очень способный мальчик и прекрасно закончил Академию…

— Я это знаю, неужели ты думаешь, что я забыл, как мы с тобой отмечали здесь прекрасное окончание учёбы моего племянника, — перебил брата Павел.

— Костя мог остаться в Москве, если бы его привлекла там какая-то служба. Да я отреагировал бы более спокойно, если бы он решил просто провести пару лет в столице, ведя жизнь богатого бездельника и повесы… Но Костя решил свести меня в могилу раньше времени своими странными желаниями, — Олег схватил чашку с уже остывшим чаем и сделал глоток. Отставив чашку, он посмотрел на брата. — Собственно, за этим я приехал.

— Олег, я не совсем понимаю, — Павел внимательно смотрел на брата. — Ты хочешь, чтобы я сделал что? Поговорил с Костей и попросил его оставить эту затею? Ты думаешь, он меня послушает?

— Нет, он никого не слушает. Вбил себе в голову эти бредни и даже заявил, что будет стараться зарабатывать себе на жизнь и смирится с тем, что я его выгоню из дома. Это, видите ли, мечта детства и почему он должен от неё отказываться? — Олег снова глотнул чай, подумал и допил всё, что было в чашке.

— Так что ты хочешь, чтобы я сделал? — нетерпеливо спросил Павел.

— Ольга прислала Вале вестника, сказала, что хочет пригласить на бал этого Громова, — Олег отвечал медленно, взвешивая каждое слово. — И я подумал, если Костя сначала посмотрит, что это за профессия — частный детектив, то, возможно, в итоге передумает даже начинать. Попроси за меня Громова принять Костю, ну не знаю, учеником, что ли. Пускай погоняет его как следует, всю неприглядную суть этого нелёгкого дела покажет…

— Я? — Павел моргнул. Он мог себе представить, как они пригласят Громова на бал, в конце концов, Блуждающий замок почти по соседству располагался, хоть и прямых границ земли Беркутовых с землями Громова не имели. Это была элементарная вежливость. Но просить заодно о племяннике? Похоже, Олег слишком сильно перенервничал.

— Ты его дядя и имеешь право, — граф Беркутов протёр вспотевший лоб платком. — Паша, хотя бы прощупай почву, а на балу я уже обговорю с ним детали.

— Что думает Валентина по этому поводу? — хмуро спросил Павел.

— Говорит, что понятия не имела о таком пагубном влиянии, какое оказали на нашего сына невинные с виду книги о сыщиках, которыми Костя зачитывался в детстве, — Олег вздохнул. — Ты поговоришь с Громовым?

— Если представится такая возможность, — неохотно пообещал Павел. — Я не поеду к нему с подобными вопросами специально.

— Да, хорошо, это будет нормально, — Олег выдохнул. — Да, Паша, бабушка Ксения сказала, что хочет посетить бал.

— Что?! — Павел уставился на брата. — Зачем?

— Говорит, что хочет посмотреть на молодёжь и на Громова, — Олег закатил глаза. — Ты же её знаешь, если она что-то вбила себе в голову, то это уже ничем не изменишь.

— Мне что, нужно будет сбегать из собственного дома? Олег, почему ты её не отговорил? Почему не сказал, что в её возрасте думать о балах очень вредно для здоровья? — Павел закрыл глаза рукой.

— Ты воспринимаешь эту новость слишком близко к сердцу, — граф немного успокоился, и теперь не мог не поддеть младшего брата. — Твои отношения с вдовствующей графиней с самого детства отличались, хм, напряжённостью.

— Олег, мы друг друга терпеть не можем. И бабушка ненавидит Ольгу и Наталью. Анастасия — единственная, кого эта старая грымза терпит. Бабуля никогда не посещала наш бал. Почему именно сейчас, когда будет объявлена помолвка Насти с Геной Макеевым? — Павел выдохнул, и практически сразу продолжил: — Она же и графа Макеева ненавидит, и не преминет его оскорбить. Да она всех нас с навозом смешает!

— Думаю, именно поэтому бабушка и собирается приехать, — вздохнул Олег. — На этом балу мы с бароном Князевым объявим о помолвке Кости с Ириной. Думаю, Ксения не собирается упустить такой шанс унизить всех собравшихся. И ты ошибаешься, она не ненавидит тебя и твоё семейство, во всяком случае, не больше, чем весь остальной род человеческий. Я слышал от её дворецкого, что бабуля решила прогуляться как-то в полнолуние по лесу. Уж не знаю, зачем, видимо, чтобы нечисти жизнь мёдом не казалась. По слухам, три оборотня от неё сбежали, им повезло, они быстро бегали. Две мавки развоплотились, а озёрная дева утопилась.

— Слухи врут, — мрачно заявил Павел, — и в этом случае сильно преуменьшают размер трагедии. Это будет волшебный бал. Похоже, я его никогда в жизни не забуду. Извини, но мне нужно собираться. Займи себя чем-нибудь сам, — и Павел вышел из гостиной, оставив брата одного.

***

Вчера дождь так и не прекратился ни на минуту. Он ещё и почти на всю ночь зарядил, и мне ничего не оставалось, как сидеть в своей комнате и рассматривать снимки поляны, перечитывая записи. Проблема заключалась в том, что я никогда не распутывал дела, в которых замешана магия в различных её проявлениях. Может быть, если бы я сам владел даром, то было бы проще, а так я просто не понимал некоторые аспекты.

Надя снова провела ночь у Бергера. Я только хмыкнул, когда услышал, как скрипнула дверь в его комнату, и только спустя несколько минут до меня дошла одна весьма неприятная мысль: Бергер, мать его, оборотень! Что бы он ни говорил, как бы он ни дистанцировался от зверя, живущего внутри, волк есть, и от него никуда не деться. А это значит, что, если мы наткнёмся на ведьму, он может колебаться, не ударить сразу и оставить меня с этой дрянью один на один.

Я не зря читал хроники и просматривал дела по оборотням. Уж этих тварей я изучил, как родных. Недаром нападение на Ирину Князеву мне сразу показалось странным. Зверь крайне редко нападает на самку одного с ним вида. А человеческие женщины всё-таки оборотням очень близки. Тут надо, чтобы звёзды совсем уж не сошлись: заказ, когда оборотень часами себя настраивает именно на эту добычу; ярость, да такая, что аж кушать не может; и тому подобное. У них на подкорке записано защищать самок и, по возможности, волчат.

Во всех делах, которые были описаны в хрониках, жертв-женщин было настолько мало, что они даже в два процента общих случаев нападений не уложились. Так что Бергер умом будет понимать, что это ведьма и её надо мочить, пока она нас не раскатала по той же злополучной полянке, но всё равно в первые мгновения начнёт колебаться. И это надо помнить и учитывать.

Это тебе в этом плане хорошо, Андрюша. Ты продвинутый мужик, привыкший к равноправию женщин, которое ты двумя руками поддерживаешь. Это равноправие включает в себя и равные права на ответку. В том плане, что если ты, дорогая, ведьма и пожертвовала очень многим ради того, чтобы колдовать, да ещё и на меня руку подняла с чётким намерением отправить на тот свет, — не удивляйся, если получишь пулю между глаз.

Всю ночь мне снились ведьмы. Какая-то нелёгкая занесла меня на Ковен, и толпа прекрасных женщин решала, что со мной делать: убить сразу или сначала использовать по назначению? То есть развлечься, как и положено прекрасным женщинам с довольно симпатичным, если сильно не приглядываться, мужчиной.

Проснулся я в поту и со странной реакцией, то ли возбуждения, то ли животного ужаса перед жертвоприношением, где главная жертва — я!

— Так, похоже, влияние замка ослабевает, — проговорил я, вытирая с лица холодный пот. — Паульс меня предупреждал, так что готовься, Андрюша, к худшему. Подружку найти, что ли. Конфетно-романтический период, все дела. А как влияние полностью спадёт, то и к более решительным действиям перейти? Надо этот вопрос очень тщательно и со всех сторон обдумать, чтобы глупостей не наделать.

— Андрей, — дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Бергер. — Сын твоей престарелой подружки пришёл. Лесник, если ты не в курсе. Так что хватит спать, вставай.

— Я уже встал, — ответил я, падая обратно на подушку. — Почти. Займи его чем-нибудь, я пока себя в порядок приведу.

— Что это с тобой? — Сергей оглядел меня с ног до головы. — Выглядишь не очень.

— Не выспался, — я снова сел и интенсивно протёр лицо. — Всю ночь от ведьм отбивался.

— Да? — Бергер ухмыльнулся. — И как удалось отбиться?

— Иди уже, я вставать буду, — буркнул я, поднимаясь с кровати.

Снова была пробежка до улицы через кухню под пристальным взглядом посетителя. Но на этот раз смущения было уже гораздо меньше: то ли потому, что за мной пристально наблюдал высокий, крепкий мужчина далеко за сорок, то ли потому, что я начал привыкать. Когда я вернулся, Надя уже накрывала на стол. Нет, это несправедливо. Она полночи не спала, вскочила, когда ещё темно было, умудряется выглядеть свежо, красиво, да ещё и улыбается. Я же мельком посмотрел в зеркало над умывальником и поморщился. Такое ощущение, что из недельного запоя с трудом выполз.