Алекс Ключевской – Частный детектив второго ранга. Книга 2 (страница 34)

— Так все почти, — что-то прикинув, ответил лесник. — Там на севере восемнадцатый массив граничит с массивом, принадлежащим Блуждающему замку. Но это далеко, почти триста километров отсюда по прямой.

— И ты их все обходил? — Бергер присвистнул.

— Объезжал, — поправил его Николай. — Столько ходить, никаких ног не хватит. Но ровно до границы. Что там в лесах Блуждающего замка творится, понятия не имею. С виду на первый взгляд так ничем от наших не отличается. Так, если нам к развалинам, то вот по этой тропинке, — и он указал на тропинку, довольно далеко от той, которая вела к проклятой берлоге.

— Веди, — я сделал шаг в сторону, уступая ему дорогу.

Шли мы минут двадцать, после чего лес словно начал меняться. Деревья становились выше, начали преобладать хвойные. Через их кроны солнечные лучи проникали с трудом, да ещё и под ногами начал пружинить мох. Кожа на ботинках всё-таки не выдержала и начала пропускать воду. Очень скоро носки стали мокрыми, и я почувствовал, что вернусь домой с отличными мозолями.

— Твою мать, — прошипел я, останавливаясь. — Далеко ещё?

— Нет, почти пришли, — отозвался лесник, и в его голосе явственно послышалась неуверенность. — А нам точно нужно туда идти?

— Да, а в чём проблема? — я хмуро посмотрел на него, поджимая пальцы ног в ботинке, чтобы хоть немного снизить дискомфорт.

— Я не хочу туда идти, — Николай остановился и обернулся ко мне. Его лицо было бледным, а на лбу появилась испарина. — Говорю же, ноги не идут. Словно кто-то меня держит.

— Бергер, ты что-нибудь такое чувствуешь? — негромко спросил я у оборотня. Сам я ощущал небольшое беспокойство, примерно как возле капища. Такого откровенного ужаса мы с Бергером точно не испытывали.

— Я чувствую запах, — Сергей закрыл глаза и принюхался. — Кто из девушек пользовался духами? — он резко развернулся и посмотрел на лесника.

— Дуняшка, — Николай вытер лоб и сделал шаг назад. — Ей отец флакончик привёз из Дубровска. Она всегда ими мазалась, даже когда в лес ходила.

— Духи так долго могут пахнуть? — я недоверчиво посмотрел на Бергера. — Они разве не выветриваются?

— Если насквозь пропитали одежду, то нет, — Сергей снова принюхался. — Для человека этот запах может оказаться слишком тонким, неразличимым, но не для меня.

— А простите, вы кто? Разве не человек? — Николай сделал ещё один шаг назад.

— Я оборотень, — и Бергер закатал рукав, показывая метку блокиратора. — Запах идёт вон оттуда, — и он указал рукой вперёд и в сторону. — Что там находится?

— Развалины, если пройти пару метров, то их будет видно из-за деревьев, а перед ними метрах в двухстах — старая сторожка, — ответил Николай.

— Почему сторожку поставили в таком странном и опасном месте? — спросил я, быстро пройдя вперёд.

Как лесник и обещал, как только я обогнул огромную сосну, то сразу же увидел практически полностью разрушенное строение, от которого осталась лишь небольшая часть первого этажа. Сторожка же стояла чуть в стороне и ближе к нам, чем сами развалины.

— Сюда практически никогда не забредает нечисть, — Николай не двигался с места, а его взгляд метался со сторожки на развалины, периодически останавливаясь на мне. — Здесь было неопасно, если близко туда не подходить. Что бы там ни водилось, пределы развалин оно не покидает. Но нечисть боится, и в сторожке можно было спокойно переночевать. Но три месяца назад всё изменилось.

— Странный срок — три месяца. — Если это что-то и значило, то я не мог сказать, что именно. Моих весьма поверхностных знаний просто не хватало, чтобы понять, что же в этой истории не так. — Ну что же, посмотрим, что же именно изменилось?

— Нет! — лесник развернулся и быстро пошёл прочь. Отойдя метров на двести, он остановился и посмотрел на меня. — Что хотите делайте, но я туда не пойду! Здесь вас подожду.

Я только покачал головой и первым шагнул к сторожке. Снова, как и в случае с берлогой, стоило мне переступить невидимую черту, и я сразу же увидел то, что не было прикрыто мороком, или что там использовала ведьма, чтобы не подпустить никого постороннего к охраняемому объекту. Вопрос, почему эта защита не действовала на нас с Бергером в полной мере, оставался пока открытым, но вот прямо сейчас ответа не требовал.

Сторожка была очерчена двойным кругом с заключёнными между кругами символами. Никакой жути я пока не наблюдал. Никаких намёков на алтарь или чего-то в этом роде здесь тоже не было. Всё-таки ведьма в качестве капища использовала берлогу, а здесь было… Да чёрт её знает, временное убежище, дом, тюрьма, где она держала пленниц, можно было гадать до бесконечности.

Я опустился на корточки и принялся внимательно рассматривать символы: нет, ни один из них не был мне знаком. Как же всё-таки плохо иметь весьма смутные представления о подобных вещах и не иметь доступа к библиотеке.

— Никогда не встречал ничего подобного, — голос Бергера, раздавшийся за спиной, заставил вздрогнуть и резко развернуться. — Собственно, я и с ведьмами-то ни разу не встречался. Что это?

— Вот кто бы знал, — пробормотал я, доставая камеру и делая пару снимков. — И я, кажется, ошибся. Ведьма молодая. То есть, не выглядит молодой, а реально молодая. — Я поднялся на ноги, немного отошёл, чтобы сделать снимок всей сторожки вместе с кругами.

— Почему ты так думаешь? — Бергер покосился на камеру. Я её взял с собой на всякий случай, как знал, что может пригодиться.

— Потому что действия очень сильно разнятся. Вот это делала не ведьма, слишком эти символы… — я щёлкнул пальцами, пытаясь найти определение, — мощные. Здесь, похоже, поработал сам хозяин. Странно только, что защита в основном на местных рассчитана. Неужели была баранья уверенность, что со стороны никто не приедет? Хотя это могло случиться как раз потому, что ведьма ещё неопытная. Да и показуха с дымом и варварски выпотрошенными тушками — это как раз она. Слишком демонстративно. Словно подросток, выражающий протест.

— Против чего протест? — Бергер передёрнул плечами и обернулся.

— Понятия не имею, — я развёл руками. — Против того, что на завтрак опять каша, а хочется лобстеров. Я уже не помню, против чего хотел протестовать, когда был подростком.

— А это обязательное условие? — Бергер, прищурившись, посмотрел на сторожку. — Протесты, и всё такое.

— Конечно, — я проследил за его взглядом. — Это естественный процесс взросления. И хорошо, если понимание того, что мир не крутится вокруг тебя, приходит достаточно безболезненно, а не мордой об землю. Я, кстати, похоже, понял, почему здесь нет алтаря.

— И почему же? — Бергер спрашивал автоматически. Всё его внимание было приковано к сторожке.

— То, что обитает там, — я указал на развалины, — не позволит каким-то ведьмам здесь веселиться. Насколько я понял, хозяин развалин гораздо более древнее и могущественное существо, чем тот, кто нашёл дуру, решившую продаться ему за непонятные перспективы. Но это не значит, что благодаря этой дуре он не станет мощнее. И тогда драки не избежать. А это плохо для всех, хотя и предсказуемо. Что ты там обнаружил?

— Здесь какая-то… — Бергер сделал ещё один шаг, и земля словно взорвалась под нашими ногами.

Нас с Сергеем разбросало в разные стороны. Я приземлился спиной прямо на символы, начавшие светиться мертвенным зеленоватым светом. Этот свет мне ни черта не понравился, и я перекатился в более безопасное место. Первая мысль была: «Хорошо, что камера компактная и защищена от ударов». После этого пришло понимание: мы сейчас так нашумели, что не только ведьму уведомили о своём присутствии, но и вообще всю нечисть, какая только есть в округе.

— Ловушка, Серёжа, ты на ловушку наткнулся, — простонал я, поднимаясь на ноги. — Чем это пахнет?

Помотав головой, я сфокусировал зрение и увидел, что сторожка начинает с одной стороны тлеть, а потом до меня донёсся визг и чьё-то надсадное кашлянье.

— Девушки, они там! — Бергера приложило гораздо сильнее, чем меня, ну это и понятно, он же фактически собой активировал ловушку. Вот только встать он пока не мог, стоял на четырёх костях и тряс головой.

Ругнувшись, я поплёлся к сторожке. В глазах немного двоилось, всё-таки приложило меня серьёзно. Но огонь распространялся слишком быстро. Я просто не успевал!

— А-а-а! — вопль лося во время гона раздался у меня за спиной, и мимо меня к дому пробежал, выпучив глаза, Николай.

Лесник, отличавшийся весьма впечатляющими габаритами, на полном ходу плечом выбил дверь и ворвался внутрь. Женские крики стали слышны гораздо отчётливее, к ним начала присоединяться отборнейшая мужская ругань. Бергер наконец-то поднялся и побежал к сторожке. Я же остановился, схватившись за голову, а потом опустился на одно колено, чтобы сохранить равновесие и не свалиться обратно на землю.

Практически сразу из сторожки выскочила первая девушка. Ею оказалась Оксана — дочь целительницы. Она, похоже, ничего вокруг не видела, потому что с размаху налетела на меня, и мы вместе упали. При этом я смягчил её падение, просто завалившись на спину, а девушка приземлилась сверху. Наши взгляды встретились. В её карих глазах плескался ужас, но потом она разглядела, что лежит на незнакомом мужике и вместо того, чтобы соскочить, заревела, уткнувшись куда-то мне в шею.

Я мог только гладить её по голове и похлопывать по вздрагивающей спине, пытаясь не слишком агрессивно оторвать от себя, чтобы подняться. Из такого положения ничего не было видно, и я не мог наблюдать, как идёт спасение девчонок.