Алекс Кама – Миры и истории. Книга третья. Академия. Магия воздуха. (страница 9)

– После свинов в космолётах и собачьей межпланетной армии? Ничего меня уже не пугает. Просто раньше я не видел таких, как Вы, – я решил не пытаться говорить вежливее, чем думаю, всё равно ничего скрыть не удаётся. – Но если людей здесь не было, откуда взялись маги, к которым меня водил Лигант? Они – люди.

– Нет, – мягко возразил Тоут. – Они совсем не люди. Но в тот момент приняли знакомый тебе образ. Чтобы не пугать и не отвлекать тебя от того, что действительно важно. Вы, люди, очень много думаете о том, как что или кто выглядит, и часто упускаете главное. Когда ты изменишься, если сможешь, и перестанешь совершать эту ошибку, никто и никогда не будет рядом с тобой изображать кого-то, кем не является на самом деле.

Всё-таки он душнила!

Я не успел остановить эту мысль, и реакция последовала немедленно:

– Хорошо, я душнила. Как бы ты то же самое сказал?

– Простите меня, я не хотел…

– Как бы ты это сказал? – его голос прозвучал настойчиво и немного нетерпеливо. – Ну, или как бы люди это сказали?

– Нефиг отвлекаться на внешнюю фигню, тогда не профукаешь главное.

– Фигня, нефиг, профукаешь… Блестяще! – Тоут усмехнулся.

– А мы… Мы уже занимаемся? Или ещё нет?

– Мы знакомимся.

– А где мы будем заниматься?

– Нефиг отвлекаться на внешнюю фигню! – сказав это, он снова усмехнулся. – Если серьёзно, учиться ты сможешь прямо у себя в сознании. Добро пожаловать в ментальный мир! Ты ещё удивишься, насколько он бесконечный.

– Угу… Да я уже сомневаюсь, что всё это в реальности, что я в здравом уме, а не в бесконечности…

– Ты мне нравишься. Ирония – хорошее качество, не теряй его, – Тоут присел на край стола. – Но сам подумай, что такое в здравом уме? А что такое реальность? Для твоего мозга реальность и воображаемый мир – абсолютно одно и то же. Ты же просыпался хоть раз в жизни от кошмара, который казался реальным? А с чего ты думал, что это фантазия? Может, ты слышал о людях, которые живут в мечтах и в воображении, не обращая внимания на действительность? Иногда они гораздо счастливее практичных реалистов. Просто их жизнь там, где реалисты не ходят. Но это тоже настоящая жизнь!

– У меня уже мозги от всего этого плавятся, – признался я моему… Наставнику?

А, кстати, кто он мне?

– Ничего у тебя не плавится и расплавиться не может, – улыбнулся Тоут, скрестив руки на груди и всё так же сидя на краю стола. – Думай! Всегда думай! «Плавишься» ты из-за эмоций, потому что переживаешь, справишься ли. А мозг никогда не устаёт от интеллектуальной работы, это самый совершенный биокомпьютер, но он тоже не автономен. Если каждый день делать одно и то же, этот компьютер начинает работать на автопилоте в полуспящем режиме.

Для развития ему нужны встряски. Мозги, как угольки в костре, их постоянно нужно шевелить…

– Чем?

– Кочергой!.. Ну, конечно, работой, Денис! Мозг нужно загружать, тренировать и развлекать! Учёбой! Да чем угодно: книгами, головоломками, кроссвордами, кино, полезной едой, спортом на свежем воздухе, мечтами… Витать в облаках – это тоже полезно. Мозг постоянно хочет быть занят. Не зря на твои запросы он откликается даже тогда, когда ты этого не осознаёшь. Например, если ты вдруг задумаешься о машине конкретной марки, то тут же начнёшь видеть повсюду именно такие машины. Не потому, что их стало больше, а потому, что твой мозг пытается дать тебе то, чего ты хочешь.

Он видит то, о чём ты думаешь. И стирает ненужное.

– Стирает? Это как?

– Если ты что-либо забываешь, это значит, что ты этими данными давно не пользовался, и твой биокомпьютер решил, что они уже лишние. Так что о важном вспоминай как можно чаще… – тут он сделал паузу и совершенно неожиданно для меня спросил. – Давай начнём?

Я даже не заметил, когда он встал со стола.

Но послушно прошёл за ним за стеллаж, где лежали два плетёных коврика из соломы – в полуметре друг от друга – и свечка на пластине из камня. Тоут по-турецки сел на один коврик и жестом пригласил меня устроиться на другом.

– Первое, чему ты должен научиться, это самостоятельно заходить в ментальный мир, – по тому, как изменился его голос, я понял, что сейчас лучше только слушать.

И слушаться. Но не удержался от вопроса:

– Мне точно туда надо?

– А сам ты как думаешь?

Я промолчал, и Тоут пояснил:

– В ментальном мире можно задать любую скорость течения времени. Всего одна минута в Оранжевом мире будет равна месяцу обучения в ментальном.

– Так давайте за день всё освоим!

– Ты когда-нибудь был на шоколадной фабрике?

– На конфетной…

– Чего всё сразу там не слопал? – Тоут протянул руку к свечке. – Сядь наконец. Пока тебе больше минуты нельзя там находиться, иначе потеряешь связь с реальностью. А это не то, что нам нужно.

Он зажёг свечку, просто прикоснувшись к её фитилю, и протянул ко мне руки ладонями вверх. Секунду поколебавшись, я вложил в них свои.

– Закрой глаза и представь место, где тебе было хорошо.

Дом. Совсем детское воспоминание: папа подкидывает меня вверх и тут же ловит под паникующее мамино: «Не урони!» Парк. И Лера рядом… Пляж в Испании. И мы со Стеллой смеёмся непонятно над чем, делая звёздочки на песке… Опушка берёзового леса на окраине Сыпина, куда мы с родителями выезжали на пикник, когда мне было лет десять…

Я сам не понял, в какой момент это произошло, но после накатившего густо-белого, как молоко, тумана, я вдруг оказался на той самой опушке.

С одной стороны – берёзы, с другой – поляна, заросшая травами и полевыми цветами. Солнце светит так ярко, что хочется зажмуриться. И мы с Тоутом, голова которого под лучами сияет, как начищенный тазик, сидим друг против друга, держась за руки.

Представив, как это выглядит со стороны, я хихикнул. Тоут чуть улыбнулся, но тут же покачал головой, дав понять, что веселиться не время.

– Красиво у вас на Терии! – и он не удержался.

– По-разному.

Зачем я это сказал?

– Я знаю. Сосредоточься! – наставник отпустил мои руки и без отрыва уставился куда-то мне за спину, продолжая говорить. – Ты должен понять и принять, что нет ничего невозможного. Все ограничения только в твоей голове. Научишься управлять ими, сможешь менять свой ментальный мир так, как сам этого захочешь. Реальный, кстати, тоже. Обернись.

Я оглянулся – и буквально в пяти шагах увидел выложенный камнем родничок, которого, готов поклясться, никогда на этой поляне не было.

– Теперь ты! Представь в деталях, что ты хочешь создать, и приложи к этому силу!

Я попытался найти в себе силу, напрягся, глядя прямо перед собой и, конечно, нарвался на насмешливое:

– Силу, Денис, силу! Тужиться не надо!

Полчаса мне понадобилось для первого удачного опыта. Ну, как удачного?.. На поляне образовалась кривая зелёная пирамидка из еловых веток. При этом ни одной ёлки в тех местах не растёт.

– Решил построить домик хоббиту? – рассмеялся Тоут.

– Не совсем, – я начал чувствовать себя полным бездарем. – Куда его теперь девать?

– Просто рассей.

Кому просто-то? А сам сейчас опять начнёт прикалываться: «тужься – не тужься»?

– Про силу не забудь!

Я не смотрел на него, но чувствовал, как он улыбается. И вдруг разозлился, направив эту злость на пирамидку, которая в ту же секунду прямо у меня на глазах превратилась в пыль.

– Видишь? Сила в тебе есть, – Тоут выдержал паузу. – Так что перестань сомневаться. А чтобы получилось то, что действительно хочется, нужно очень хорошо представить этот предмет, до мельчайших подробностей.

Я решил попытаться удержать в себе эту злость, раз так хоть что-то получается, и начал в голове будто декорации строить.

И когда он появился из ниоткуда – высокий шалаш из еловых веток, я чуть было не заорал: «Йох-хо!», но тут же услышал в голове: «Тсс! Не спугни»!

Сам я это себе сказал или Тоута услышал? До сих пор не знаю. Их под моим взглядом как будто собрали из воздуха – копну свежего сена у входа, столик из берёзовых стволов, два пенька-табурета…

Ну теперь-то можно орать: «Йох-хо»?

– Аскетично, – коротко сказал Тоут.

Я обернулся.

– Диван здесь был бы неуместен, – ляпнул я, не понимая, похвалил он меня или наоборот.