Алекс Кама – Миры и истории. Экзамен. Книга пятая (страница 3)

– Не знаю, – я снова пожал плечами. – Ну, то есть и экзаменов никаких не будет?

– Вообще-то ты их постоянно сдаёшь. Своими поступками, каждым личным выбором… Тебе мало? Порой ты ставишь нас в тупик, когда делаешь что-то такое, что невозможно оценить по принятой шкале. Когда, например, ты очеловечил проводника. Или заступился за инделианцев. Сам этого не чувствуешь? Что ты то и дело выходишь за рамки привычного порядка и того, что принято считать правильным. С одной стороны, это наравне с твоим даром делает тебя уникальным. Ты хороший… териец. Потому что, даже нарушая правила, поступаешь по-доброму. Но, с другой стороны, таким своим поведением ты закладываешь предпосылки к бардаку. Каждый может решить: с какой стати ему можно, а мне нельзя? Кто-то ещё начнёт делать, что его левая нога захочет. А вдруг этот кто-то не будет обладать твоими моральными принципами? А вдруг этих кого-то будет много? Или слишком много?

– Я отвечаю только за себя, – нервно буркнул я, понимая в душе правоту Эилиля.

– Не только. Ты отвечаешь за все свои решения. И их последствия. Будь то проводник, решивший, что он равен не только людям, но и Королям, или инделианцы, за которых ты так благородно вступился после выходки Мискайта. Забыл? Но, допустим, лично ты отвечаешь только за себя. Ладно. Однако те, кто создали это место, наблюдают за мирами, думают вообще обо всех, для них каждый выход за рамки – угроза миру и порядку. Именно поэтому ты хорош, но ты хорош с оговорками.

– Пожалуй, – согласился я.

Действительно, анархисты – это беда.

– Но, Эилиль, финальный экзамен, подтверждающий квалификацию, должен же быть?

– Конечно. Если тебе так нужно зафиксировать этот момент, то битва за спасение миров пойдёт?

– В смысле? Замочу я тёмных или нет?

– Мочи, конечно. Лей на них всю воду цветных миров. Ни в чём себе не отказывай.

– Издеваетесь?

– Немного. Разбавляю иронией твой жаргон.

– То есть и потом ничего не закончится? Будут и другие экзамены? – предположил я.

– Да ты начинаешь просекать, – улыбнулся наставник.

– Это и пугает, – пошутил я. – Эилиль, но так-то я здесь за советом.

– Уверен, что это хорошая идея? – уголки его губ дрогнули.

– А почему нет?

– Потому что иногда у меня чувство юмора намного сильнее чувства жалости.

– Ну нет! Вы меня любите! – сказал я, не успев толком подумать.

Но наставника это, казалось, даже позабавило.

– Тем более, если так оно и есть. Никогда не лезь с советами к тем, кого ты по-настоящему любишь.

– Из-за риска поругаться?

– Нет. Каждый должен лопухнуться самостоятельно.

– Лопухнуться? – удивился я. – А меня за «офигеть» чморите?

– А я никогда не говорил тебе: «Делай, как я», – медленно произнёс Эилиль. – Ладно. Когда у тебя такой взгляд, ты либо уже что-то придумал, либо тебе что-то нужно. Отпуск вне плана, свидание с девушкой, доступ в королевскую библиотеку, вернуть из дворца Митро… Но точно не совет. Так что?

– Вы офигеете! – выпалил я, а наставник поморщился. – Простите! Но после «лопухнуться»… – Эилиль ещё и нахмурился. – Ну, хорошо. В общем, если Вы мне не поможете, если не скажете, что делать, она никогда не будет со мной разговаривать, отречётся от меня и заявит, что я ей больше не друг и не внук!

– Хорошенькое начало, – усмехнулся наставник, и его лицо почему-то сразу разгладилось, просияло и подобрело. – Так чего желает прекрасная Стелла?

…Несколько месяцев назад дома, на Терии, кое-что изменилось: делать вид, что я там живу и учусь, стало намного проще. Я – а на самом деле мой двойник – окончил девятый класс и заявил родителям, что хочу учиться в одном из IT-колледжей Санкт-Петербурга.

Конечно, мама была против, но, как всегда, на помощь пришла Стелла, согласившись прикрывать очередное враньё и предупреждать, когда родители соберутся навестить меня в чужом городе, чтобы я успевал вовремя туда телепортироваться и увидеться с ними вместо Дэнни. А он, судя по всему, искренне обрадовался возможности начать жить своей жизнью и больше не изображать из себя меня.

– Я рада за него, – призналась, узнав обо всём, Лера. – Он так счастлив и, кажется, скучать по нам точно не планирует. Это даже обидно.

– Вы теперь должны мне! Оба! – заявила Стелла в тот последний раз, когда мы встречались втроём прямо перед отъездом Дэнни.

– Конечно, – тут же решил выслужиться мой двойник. – Только скажите, что мне для Вас сделать?

Но Стелла отмахнулась от него:

– Расплату для тебя, котёнок, я ещё не придумала.

А для меня, получается, придумала… Я попытался отшутиться:

– Только не говори, что я буду всю жизнь магичить на самомытьё твоей посуды!

– А, кстати, будешь, – весело подтвердила Стелла, – и на самостирку носков, и на самоглажку белья, и на самополировку мебели, и на самопылесосание с пола… В общем, на всё! А то я всегда, когда в доме беспорядок, беру в руки веник и думаю, что лучше: убраться или улететь? – тут она, прежде чем продолжить, вдруг закусила губки и накрутила на палец один из разноцветных дредов.

Она волнуется? Моя Стелла волнуется?..

Надо отдать ей должное – волновалась она не сильно и не долго, потому что решительно заявила:

– Но именно сейчас, Гарри Поттер без палочки, я хочу нечто другое.

Сердце у меня гулко ухнуло и полетело куда-то из груди в район пяток, потому что я догадался, что она скажет, ещё до того, как она произнесла это вслух:

– Я наконец хочу своими глазами увидеть цветные миры!

Глава 2

Ученик эльфа

– Из того, что я о ней слышал, удивляет лишь одно: как долго она ждала c этой просьбой! – сказал Эилиль, когда я в деталях рассказал ему, чего конкретно требует «прекрасная Стелла».

– А это не просьба, – пояснил я скорбным тоном формата «знаю, что это наглость, но что я могу поделать-то?» – Она строит всех, до кого может добраться.

– Ну и замечательно, – наставник улыбнулся. – Хорошую, умную, красивую, справедливую и отважную женщину нужно слушаться, – тут он улыбнулся ещё шире, до ямочек на щеках. – Дольше проживёшь. И, что ещё важнее, приятнее.

Я не понимал в этот момент, шутит он или говорит всерьёз. Но он развеял мои сомнения:

– Ни о чём не переживай. Это я улажу. Но есть кое-что ещё…

– То есть ей разрешат?..

– Безусловно, разрешат. Но сейчас послушай меня внимательно, не перебивая.

Я жестом показал ему: «Рот на замке».

– Поскольку ты приятно удивил Кермиана… Вернее, очень неприятно, – Эилиль подавил смешок. – Он действительно заявил, что ему нечему тебя учить.

Я открыл было рот, чтобы возразить.

– Знаю-знаю! Я же сказал: «Послушай!» Ты по-прежнему будешь ходить к нему на занятия и оттачивать мастерство мага воды. Но с завтрашнего дня в твоём расписании появятся ещё и занятия по магии земли.

Я ожидал этого, но всё равно по всему телу побежали мурашки, от волнения, такие, когда и радостно, и одновременно страшно.

Получается, я действительно стану первым в истории магом четырёх стихий! А учитывая, что скорость усвоения материала у меня растёт так, что наставники в шоке, это может произойти буквально через пару недель!

Эилиль тем временем наблюдал за моей реакцией и, кажется, понимал, какие мысли пляшут у меня в голове.

– Смотри не лопни от самодовольства, – сказал он сдержанно.

– Не лопну, – пообещал я. – А-а-а…

– Я тебе сообщу.

– Но…

Я проговорил уже в пустоту. Наставник исчез. Поразительно, даже научившись проделывать такой же финт, я не могу перестать удивляться тому, как это возможно.

…На следующее утро я проснулся ещё до будильника, сполз с кровати и на цыпочках прошёл в ванную, стараясь не шуметь, чтобы раньше времени не разбудить сопящего на все апартаменты Ветрошу. Но обнаружил на диване ещё и Митро, который весь предыдущий день где-то бродил и, очевидно, прикатился только ночью, завалившись прямо под бок пернатому.

Позднее, когда я уже поедал на завтрак свой омлет, а Ветроша сосредоточенно клевал хлопья, которые Митро, изо всех сил округляя щёки, пытался выдуть из его чашки, на стекле окна появилось расписание. Как и сказал Эилиль, там, кроме практики боя, магии огня и поединка с орками в ментальном мире, значились занятия по магии земли.

– Кхрррррбра! – первым удивился Митро. – Сморкач выходит на новый уровень!