Алекс Инглиш – Эхо Квикторн и Великое Запределье (страница 29)

Эхо угрюмо взяла штурвал одной рукой, а другой опустила перископ. Она посмотрела в окуляр и подавила крик, увидев огромный бронированный дирижабль, несущийся за ними. Они никак не могли оторваться. Даже с разгоном от угольной печи корабль гвардейцев догонял их. Нужно было придумать что-то ещё.

Эхо осмотрела горизонт, но не нашла ничего, что могло бы помочь. Им никогда не сбежать от этого корабля. Она наклонилась вперёд и посмотрела вниз на терракотовый город, отчаянно ища место, чтобы спрятаться. Но там не было ничего подходящего, только множество домов. Кареты, запряжённые лошадьми, ползли по узким улочкам, как муравьи.

Гораций испуганно вскрикнул, и Эхо, обернувшись, увидела через задние иллюминаторы огромный серый силуэт, надвигающийся на них. Корабль почти их нагнал.

Из громкоговорителя донёсся металлический голос:

– Примите нас на борт именем королевы Вальберты Третьей, правительницы Порт Турбийона!

Корабль был по меньшей мере втрое больше «Колибри». Эхо снова посмотрела вниз, на сеть узких улочек под ними, и её осенило. Узкие улицы!

– Профессор! – крикнула она. – Большим кораблям же нужно больше времени, чтобы замедлиться?

Профессор Даггервинг высунул голову из моторного отсека.

– Ну да, дорогая моя девочка. Это пример элементарной физики…

Но Эхо не стала ждать продолжения. Она навалилась на латунный рычаг, и стрелка высотомера завертелась, когда маленький кораблик упал с неба и устремился вниз к улицам.

– Нас подбили? – взвизгнул Гораций, продолжая неистово работать лопатой.

– Нет. – Эхо покачала головой, не сводя глаз с улиц внизу. – План поменялся, – сказала она. – Мы спускаемся.

«Колибри» задрожал, пикируя к крышам. Чайные чашки зазвенели в шкафчиках, банки с маринованными огурцами и медный чайник покатились по полу.

– Возьми перископ, Гораций! – крикнула Эхо. – Они нас ещё преследуют?

– Подожди, – ответил принц, выбрался из моторного отсека и, покачиваясь, направился в кабину. Эхо схватила его за подтяжки и втащила в кресло второго пилота. Гораций застегнул ремень на поясе и опустил перископ. – Они прямо у нас на хвосте, – сказал он.

– Хорошо, – ответила Эхо.

– Хорошо? – взвизгнул Гораций.

Эхо сдвинула рычаг высоты ещё дальше, и «Колибри» спикировал вниз между высокими зданиями на улицы Анисетт, его гондола скользнула по уличным фонарям. Эхо мельком увидела потрясённые лица жителей, выглядывающих из окон, размытые верхушки деревьев, мелькающие мимо, и фигуры людей внизу. Те останавливались и указывали на корабль, когда их шляпы срывал нисходящий поток от маленького корабля.

Гораций прижался глазом к перископу.

– Они ещё преследуют! Они собираются… – Он замолчал и торжествующе завизжал, когда позади раздался оглушительный скрип резины. – Они застряли! – крикнул принц, ударив кулаком воздух.

– Дай посмотреть. – Эхо схватила перископ и, несмотря на охвативший её страх, не смогла удержаться от широкой ухмылки. Не сумев вовремя остановиться, воздушный шар дирижабля «Матасан» прочно застрял между верхними этажами двух таунхаусов, его гондола вяло болталась внизу. В его тени на улице собралась толпа.

Эхо быстро повела «Колибри» по боковой улочке, осторожно лавируя между пыльно-розовыми зданиями. Наконец, когда девочка убедилась, что за ними нет погони, она снова сбавила скорость, поднялась над крышами и тихо удалилась от города Анисетт.

Эхо держала маленькое судёнышко на устойчивом курсе, когда город остался позади. Гилберт вернул себе обычный золотистый оттенок и сел на приборной панели, вглядываясь в пейзаж внизу. Вскоре они уже летели над золотистыми полями с тёмными пятнами леса, которые дальше превращались в густой зелёный сосновый бор. Эхо изумлённо смотрела вдаль. Мир там был таким огромным!

– Нас кто-нибудь преследует? – спросила она Горация.

Гораций посмотрел в перископ и покачал головой.

– Далеко на востоке есть несколько кораблей, но они выглядят как обычные торговые суда. Никаких признаков «Матасана».

– Рад слышать, – сказал профессор Даггервинг, который всё ещё выглядел ошеломлённым. – Должен сказать, за все дни моих путешествий гвардия королевы ни разу в меня не стреляла. Возможно, теперь ты, Эхо, сможешь объяснить, почему тебе так срочно понадобилось покинуть Порт Турбийон?

Эхо вздохнула. Она больше не могла откладывать этот разговор.

– Это всё из-за неё, – сказала она, доставая мамину шпильку из кармана. Она рассказала профессору всё о шпильке, о том, как отследила её до Порта Турбийон и обнаружила, что та была украдена вместе с её двойником. Затем Эхо прикусила губу. Как там всегда говорила Марта? Когда ты делишься проблемой, она уменьшается вдвое. Но, как бы ей ни хотелось, девочка не могла рассказать профессору или Горацию о плане выследить Чёрных Небесных Волков. Пока нет. Они могли бы согласиться остановиться на Фиолетовых островах, чтобы посмотреть на бабочек, но никогда бы не согласились спасать её мать от пиратов. Нет, с этой частью плана придётся подождать.

– Видите ли, за неё полагается награда, – наконец сказала девочка. – И теперь за мной охотятся самые разные люди, не только гвардия королевы. – Она вспомнила черноволосого мужчину и награду в пятьдесят тысяч гиней за возврат драгоценностей. – Поэтому я не могла остаться в Порт Турбийоне.

– Что ж, – сказал профессор, вскинув кустистые брови, пока он рассматривал шпильку, – это, безусловно, поразительная вещь. Хотя я бы предпочёл, чтобы ты сказала мне о ней раньше.

– Мне очень жаль, – сказала Эхо.

– Неважно, уже ничего не поделать. Незачем плакать над подгоревшими бананами. Но чем скорее мы доберёмся до Фиолетовых островов и лаборатории доктора Битлстоун, тем лучше. Не мог бы ты помочь подлатать мою руку, Гораций?

Эхо устремила взгляд на горизонт, пока Гораций, следуя инструкциям профессора, сооружал импровизированную перевязь для его руки.

– Вы думаете, она сломана? – спросил он.

– Нет, просто вывихнута. Через пару дней я буду в полном порядке, – ответил профессор. – А пока из Эхо получается прекрасный пилот. – Гилберт согласно кивнул, а Эхо ухмыльнулась, садясь немного выше в кресле пилота.

– Куда теперь? – спросила она.

Профессор Даггервинг уставился на карты.

– Если мы направимся на юго-запад к заливу Си Ларк, то встанем на курс к Фиолетовым островам, – сказал он. – Почему бы тебе не поставить старушку на автопилот и не сделать перерыв, Эхо? Боюсь, моя рука не поднимется достаточно, чтобы заварить чай. – Эхо оглянулась на люк, где ранее они с Горацием держали ноги профессора, и спрыгнула с места пилота.

– Дайте мне попробовать, – сказала она.

– Вот уж не знаю, – ответил профессор. – Это очень опасно.

– Вы же сами сказали, что нет! – воскликнула Эхо. – В любом случае вы с Горацием можете подержать мои ботинки. – Она открыла люк, схватила чайник с водой и высунулась наружу.

Пока маленький корабль скользил вперёд, все расположились в гамаках, лениво болтая и попивая чай, а профессор сверялся со своей картой. Сегодня торта не было. Их поспешный уход привёл к тому, что единственной едой на борту была большая банка маринованных сладких кореньев, от которых Эхо и Гораций любезно отказались.

– Боже, который час? – спросил профессор через некоторое время, неловко нащупывая здоровой рукой карманные часы. – Мы должны быть уже почти у моря.

Эхо помчалась обратно в кабину пилота, где на приборной панели дремал Гилберт, и выглянула наружу, чтобы увидеть, как сосновые леса сменяются широким изогнутым каменистым пляжем. За ним до самого горизонта простирался океан, бледно-голубой и сверкающий. Каменное море! Эхо потрясённо смотрела на белые гребни волн, разбивающихся о берег внизу. Она никогда не видела такого огромного голубого простора. Девочка снова поразилась необъятности мира. И где-то там, в этом мире, была её мать. Эхо наклонилась вперёд над приборной панелью и, прищурившись, посмотрела вдаль.

– А где находятся острова?

– О, они ещё далеко отсюда, – сказал профессор со смешком. – Не могли бы вы двое здесь прибраться? Я собираюсь немного вздремнуть. Нам ещё нужно будет помыть посуду, когда мы бросим якорь.

Он удалился в свой гамак, а Эхо подскочила, чтобы положить чайные чашки друг в друга. Прошло какое-то время, прежде чем она посмотрела на Горация, у которого всё ещё было страдальческое выражение лица.

– О чём ты теперь беспокоишься? – спросила она.

– Я не знаю, – сказал тот несчастным голосом. – Что-то не так.

– Что не так? Мы сбежали от гвардейцев! Я вытащила нас из неприятностей, и мы движемся в правильном направлении.

– Вообще-то ты сама и втянула нас в неприятности!

Эхо нахмурилась.

– Ну, теперь всё в порядке, так что можешь не волноваться.

Гораций покачал головой.

– Что-то не так.

– Ох, Гораций. – Эхо в отчаянии бросила кухонное полотенце. – Не будь таким трусливым тюфяком. Мы летим на Фиолетовые острова! Подумай о бабочках.

Гораций фыркнул и молча убрал чайные принадлежности.

– Может, тебе стоило просто остаться в Локфорте. – Как только эти слова сорвались с её губ, Эхо тут о них пожалела.

Гораций покраснел. Он сунул чашки в шкаф и вернулся к изучению своих куколок, не сказав больше ни слова. «Я не это имела в виду», – подумала Эхо. Но почему принц не мог просто наслаждаться приключением? Она открыла рот, чтобы извиниться, но Гораций уже отвернулся, и вместо этого Эхо притворилась, что изучает морские карты профессора, пока неловкое молчание между ними становилось всё дольше.