Алекс Грин – Царь Давид (страница 66)
— Хорошо Ахитофел через год я жду твою внучку в дому Урии. А тебе Урия я выделю участок напротив моего дома. Построй себе там дом.
Урия вновь поблагодарил царя.
Наарай и Урия решили вечером прогуляться по городу. Наарай весело говорил:
— Теперь ты Урия окончательно стал царским военачальником. В особом почёте у царя, и я смотрю, Хурай стал, как и было обещано военачальником, и я не сомневаюсь, что будут и другие кого царь почтить особым статусом.
Урии было не так весело, он произнес:
— Мне не понравилась реакция Ахитофила, я неплохо разбираюсь в людях. Я видел, как он побледнел, когда царь предложил отдать эту девицу мне в жёны. Я не могу отказать царю иначе бы отказался от такого родственника и то, что год на приготовление Ахитофел попросил это тоже многое говорит.
Наарай помолчал и тихо добавил:
— Ты прав Ахитофел очень хитрый и коварный человек. Я ему не доверяю, жду времени, когда царь поймёт что лучше такого человека держать на расстоянии. Из одной из походов я привёз моавитянку, мы научились служить ее Господу и приняли как дочь. Так этот Ахитофел просил её себе в жёны явно намереваясь породниться с нами, но я отказал ему и отдал её своему сыну Ямину. Старший мой сын взял в жёны дочь Авнера по настоянию царя видимо таким образом он ослабляет позиции дома Саула. Ахитофел часто бывает в доме Элиава, и я не сомневаюсь, что Вирсавия предназначалась одному из его сыновей.
Урия тяжело покачал головой и, поджав губы, глухо произнес:
— Не нужна мне эта Вирсавия слишком много интриг вокруг неё. И Ахитофел этот с ним будет много проблем у меня. Если всё-таки брак этот состоится, увезу её в свой дом и ограничу общение с этим Ахитофелом чтобы не участвовать в его интригах.
Наарай очень надеялся, что у его друга всё получится и всё же в воздухе витало ощущение беды. Он чувствовал что игра, которую затеял Ахитофел, обернётся большой кровью.
Через несколько дней Урия получил от гонца приказ явиться к царю. Он решил зайти вначале к Наараю и увидел во дворе у него большую суету. Было видно что Наарай собирает караван для путешествия. Обнявшись, они прошли в прохладную горницу. Урия оглядывая большой дом Наарая, сказал:
— Хороший дом у тебя военачальник. И семья большая, что еще нужно для счастья. Жена у тебя добрая, но одна, неужели нет желания взять еще жену.
Наарай рассмеялся.
— Ты Урия сам без жены с двумя наложницами. Почему интересно ты так и не взял жену себе, царь не просто так обеспокоился тобой.
Урия ответил не сразу.
— Есть у меня две наложницы и этого достаточно для воина.
Наарай решил сменить тему разговора и сказал:
— Ахия был в доме царя и кое-что узнал. Умер царь Аммонитян Нахаш и царь собирает почтенных старейшин, чтобы выразиться соболезнования сыну Нахаша Хануну.
Урия был удивлён и спросил:
— А причём здесь мы. Пусть отправляется послов, это дело обычное.
Наарай пояснил:
— Путь дальний и опасный. К тому же Аммонитяне не всегда были нам друзья были. Отец Нахаша выколол глаз каждому мужчине и последними были жители Явеша. Саул убил этого Нахаша и его сын помнил об этом и потому укрывал родителей Давида. Сейчас, когда израильское царство стало таким большим и сильным они могут воспринимать нас как вероятного противника, поэтому послов необходимо охранять. Проводим их до Явеша а дальше приставлю к ним своего сына Ямина этого будет достаточно для их безопасности.
Давид разговаривал с Ахитофелом.
— Царь Аммонитян был очень добр ко мне, когда укрыл моих родителей. Сначала они были у моавитян но Нахаш предложил их укрыть у себя и ни разу не было у мене предлога усомниться в том что он может их выдать Саулу. Я понимаю что это было не бескорыстно и отец Нахаша которого тоже именовали почтенным именем Нахаш свирепствовал в Галааде и выколол глаз каждому мужчине и оставались только жители Явеша, а Саул спас жителей города и убил этого Нахаша и, несомненно, сын его помнил об этом. Но даже став царём у меня не было причины думать плохое об этом Нахаше, он не поддержал Моав и Эдом когда мы воевали с ними, а потому я хочу продолжить хороший соседские взаимоотношения с Аммонитянами.
Ахитофел выслушав царя, поклонился и сказал:
— Я понимаю вашу заботу о будущем нашего царства Израильского и взаимоотношениях с Аммонитянами. Я подберу уважаемых старейшин, а также подарки царские для Хануна. Не будет лишним дать охранное сопровождение для этих старейшин.
Давид согласился.
— Да дорога дальняя, я уже послал письма Урии и Наараю, пусть проводят наших послов до Явеша.
Двадцать девятая глава
Посольство в Аммон и его последствия
По бескрайним равнинам восточных земель за Иорданом шёл караван. Грохочут повозки, которые тянут быки, на ослах едут купцы и снуют туда-сюда погонщики на мулах. В городе Пальм Наарай и Урия остались, и дальше уже Ямин возглавил караван. Переправившись через Иордан, они вступили в восточное нагорье, но плутать по равнинам не пришлось. По хорошей дороге они добрались до Хешбона, и дальше уже их путь шёл по Царской дороге. В городе Элеале который когда-то принадлежал моавитянам а теперь здесь хозяйничали аммонитяне, их задержали и царские послы отправились дальше одни.
Часть городов на восточных равнинах ещё со времён Саула контролировали аммонитяне. Ямину был известно, что это город был построен рувимлянами но после падения Моава аммонитяне захватили этот город. Город встретил их неприветливо, на торговых базарах еврейские товары сильно занижались в цене, за право торговать постоянно требовали подарки.
Ямин прогуливаясь по городу пытался увидеть хоть что-то от евреев и не находил этого, но объяснение этому было простое, город долгое время был под властью моавитян. Прогулять вдоль городских стен он видел, что за ним постоянно наблюдают и не ошибся в своих подозрениях, когда купец Иуда выговорил ему:
— Ты ходишь по городу так будто готовишься его захватить. Ты наведёшь беду на нас всех.
Но Ямин ответил:
— Я должен знать город, на случай если нас ждут неприятности.
На всех базарных площадях уже ползли слухи, что после Моава следующими будут Аммонитяне и люди ходили посмотреть на грозных еврейских воинов и разговоры о возможном вторжении звучали всё громче. Аммонитяне на арамейском наречии расспрашивали погонщиков людей Ямина, и они с удовольствием рассказывали, как воевали с филистимлянами, покоряли моавитян и эдомитян и что Господь отдал все земли в руки своего избранника Давида и никому не укрыться от его грозной руки. Через несколько дней купцов и их погонщиков арестовали и заперли в темнице лишь Ямин и Иуда не попали в темницу. Иуда узнал об этом заранее и предупредил Ямина, чтобы тот укрылся. Сам Ямин поспешил в Равву сообщить обо всём царским послам.
Царь Ханун только вступил на престол и столкнулся с независимостью князей, которые вовсе не желали подчиняться молодому царю. Основная причина была в том, что мать Хануна была арамейка, а любимцем князей был его сын от аммонитянки, это вызывала враждебность среди князей и, потому он опасался выезжать куда-то помимо Раввы.
Основные города Аммонитян располагались в долине потока Иавок вокруг которого находились холмистые нагорья. Но в эти земли царь не приезжал, опасаясь интриг от своей матери и жены и поддерживающих его князей. Даже в своём доме он боялся тёмных углов, переходов, темноты своих покоев и постоянно видел опасность вокруг себя.
Он находил для себя отдых в охоте и пытался отрешиться от проблем, выезжал на охоту с большой свитой, поскольку опасался, что назад его просто не пустят в город. Но и на охоте постоянно опасался случайной стрелы или отравленного кинжала, постоянно посещал храмы своих богов и искал утешение здесь.
Услышав о расправе над еврейскими купцами, он пришёл в ярость. Князья смотрели на него с осуждением, перешёптывались, они стремились защитить не просто своего, но свои права и свою независимость от царя.
Молодой сын царя по имени Ахар решительно сказал:
— Мой царь, твой гнев не оправдан. Эти люди высматривали наши слабые места и потому они получили по заслугам.
Тут уже царские князья начали говорить.
— Давид шлёт своих шпионов, а мы должны это терпеть.
— Наши мечи проржавели из-за дружбы с Давидом, твой отец ни разу не ходил на Израиль в походы.
— Всех еврейских лазутчиков необходимо придать смерти.
Царь Ханун был в смятении, аммонитяне действительно давно уже не воевали с Израилем, мир с царем Давидом приносил гораздо больше пользы, но алчность князей не видела этого, они очень хотели ощутить времена Нахаша. Они забыли, как отец царя Нахаша был разгромлен Саулом.
А вечером пришли послы и, хотя царь всё ещё надеялся разрешить ситуацию, но лица их были суровы, они не поклонились ему и говорили жёстко, чувствуя за собой силу царства Израиля.
— Я говорю от имени царя Давида, вы разграбили караван купцов под защитой царя Давида и пленили слуг Давида. От имени царя Давида мы требуем всех слуг освободить, разграбленное имущество вернуть.
Царь не ожидал такой наглости от каких-то послов. Заметался взглядом, смотрел то на князей, то на своих сыновей и видел презрение в их глазах. И тогда призвав имя своего Бога, он отдался в его волю. Он махнул рукой, и стражники схватили посла, в глазах которого появился страх, он лично спустился с престола и подошёл к нему, схватив нож он схватил его за бороду и отрезал её а затем, передав нож стражнику указал рукой на пояс и роскошный халат был также острижен по самый ягодицы.