Алекс Грин – Дом царя Давида (страница 19)

– Я буду всегда рядом, иначе кто–нибудь из твоих людей захочет стать мне другом.

Вот так они болтали о том и о сем, пока не стало смеркаться. Тут Ахиноамь, спохватившись, упорхнула готовить ужин.

Давид закрыл глаза и стал думать о том, что он, должно быть, в самом деле, выглядел прескверно, валяясь на кровати …

И все–таки этот день определенно доставил ему не одни только огорчения.

Хул вернулся утром и, увидев пополнение среди людей Давида, решил обсудить планы дальнейшего пребывания такой большой группы.

Что же касалось планов на будущее все, пребывали в полной

растерянности. Но, по словам Хула, скрываться далее не представлялось возможным. Как только Саул вернутся с северного похода, он наверняка перевернет всю Иудею вверх дном, выискивая

беглецов. Кто–то предложил кочевать, не задерживаясь подолгу.

– С одной стороны, вас слишком мало, с другой – слишком много, – сказал Хул. – Слишком много, чтобы жить подобно разбойникам, что гнездятся в ущельях и порою грабят наши стада. И слишком мало, чтобы поднять Иудею против войск Саула…

– Кто хочет – всегда может сдаться на милость царя, – заметил Иошев.

– Не выйдет: мы все корень Иессея, – ответил Авишай, а Асаил добавил:

– Не забывай, что случилось в Нове. Он не пощадил даже первосвященника. Право слово, Иошев! Верить в благородство нашего царя уже поздно после резни в Гаваоне и избиения в Нове…

– Нет братья мои, – прозвучал хрипловатый голос Иоава. – Разве не видно, что эти грозные военные проверяют нас, выясняя, можно ли нам доверять? – и

повернулся к Иошеву: – Вот что, хватит уже нас проверять! Мы все здесь пришли к Давиду по разным причинам и не выживем, если не будем доверять друг другу, как себе самим! Мы, племянники Давида, сражаемся ради него, и потому что иначе нас просто зарежут как тех священников. Да, мы пробовали договориться с князем Иуды. Но он боится Саула и требует выдачи Давида. Так что мы теперь с вами… но что делать мы не знаем.

Иошев усмехался – он хотел узнать и все услышал. Потом покачал головой, мрачнея:

– Захватить какой–нибудь оазис на юге в пустыне и ждать там смерти Саула… иного пути я, честное слово, не вижу.

– А не попробовать ли вам пробиться в Гат, большой отряд всегда примут на службу, и Саул не посмеет вас тронуть? – вставил слово Гад.

– Нет, нет, – раздалось со всех сторон. – Ничего не получится, царь Ахиш – самый ярый враг Израиля.

– А я слышал, что он человек щедрый, – сказал Асаил. – Говорят, он одаривает своих слуг!

Давид сомневался в этом плане.

Когда Хул упомянул, что филистимляне грабят окрестности Кеилы, он принял решение.

– В Гат мы всегда успеем уйти, а пока предлагаю заняться спасением людей. Филистимляне грабят Кеилу и потому нам нужно идти и показать людям, что мы не разбойники.

Элиав старший брат Давида от удивления сказал:

– Нам страшно даже здесь, в Иудее. Как же мы пойдём в Кеи́лу против филистимского войска?

– Господь ведет нас и не допустит нашей гибели, – уверено произнес Давид.

Когда Элиав попытался возразить его перебил Гад.

– Господь пообещал отдать филистимлян в наши руки. Неужели мы будет возражать против воли Господа, в таком случае, чем мы лучше Саула.

После таких слов возражать больше никто не стал.

Путник приближался по дороге к хорошо укреплённому городу. В воздухе ещё чувствовался дым пожаров, следствие недавних набегов филистимлян. Но люди уже свободно перемещались по дороге к городу, и путник поспешил к воротам.

Ворота города были открыты, но усиленный отряд свидетельствовал, что горожане боятся повторения набега. Одинокий путник никого не заинтересовал, тем не менее, он подошёл по виду старшему из стражников и спросил, как найти Давида сына Иессея военачальника.

Стражник удивился вопросу и задал встречный:

– А кто его ищет?

Странник представился:

– Я Авиафар сын первосвященника Ахитофела.

Стражник ещё больше удивился и сказал идти до северных ворот, там рыночная площадь вокруг неё стоят дома старейшин города.

– Там поспрашивай, в одном из домов он живёт.

Авиафар поправив котомку, пошёл в город, пройдя по улицам, он держал направление на север и иногда спрашивал, как лучше пройти до северных ворот. Наконец он дошёл до больших домов и узнал, в каком именно доме расположился Давид.

Когда Давиду сообщили, кто хочет его видеть он был очень удивлён, тем не менее, он поспешил во двор и обнял Авиафара к удивлению многих.

Авиафа́р сообщил Давиду, что Сау́л убил священников Господа. Давид сказал Авиафа́ру:

– Я знал, что эдомитя́нин Доэ́г обязательно всё расскажет Сау́лу, потому что в тот день он был там. Это я в ответе за смерть всей семьи твоего отца. Оставайся со мной, не бойся. Кто хочет убить тебя, хочет убить и меня. Я буду тебя защищать.

Авиафар между тем говорил:

– Я всё это время находился в Хевроне, когда прибыли гонцы я услышал, что Саул приказал подготовить провиант и людей для похода в Кеилу. Саул придёт сюда за тобой Давид, и совершит то же что он сделал в Нове со всеми священниками.

Давид был удивлён и задумчиво протянул:

– Возможно, жители Кеилы встанут на мою сторону, а затем и Иудея.

Авиафар сказал:

– Я взял с собой эфод может вопросить Господа.

Давид утвердительно кивнул головой, и они направились в удобное помещение, где Авиафар подготовившись сосредоточено начал кидать Урим и Тумим.

Давид смотрел на Эфод и начал говорить:

– Господь, Бог Израиля, твой слуга услышал, что Сау́л собирается прийти сюда и из–за меня разрушить город. Отдадут ли меня жители Кеи́лы в руки Сау́ла? Придёт ли сюда Сау́л, как слышал твой слуга? Господь, Бог Израиля, прошу, ответь своему слуге.

Авиафар кинул жребий.

– Придёт, – был его ответ.

– Отдадут ли жители Кеи́лы меня и моих людей в руки Сау́ла?

Авиафар вновь кинул жребий.

– Отдадут, – вновь был ответ священника.

Давиду было тяжело в это поверить. Он разгромил филистимлян спас Кеилу, спас все их гумна. И теперь они его предадут.

– Я соберу своих людей, но думаю итак понятно, что нужно уходить, а ты располагайся, я попрошу, чтобы о тебе позаботились.

Вечером Давид со своими людьми был на ужине у главы старейшин города. Они все пили и много ели, а Давид все гадал, неужели и после этого его предадут Саулу.

Слегка одурманенный выпитым, Давид все–таки задремал и проснулся, как от толчка, когда к нему постучавшись, вошел Авишай:

– Ну, здесь и местечко! К тебе еле пробился!..

– Не злись, не стоит, – сказал Давид.

Давид сел на постели, стараясь вытрясти из головы остатки хмеля и сна.

– Ну что там еще?.. – спросил он устало.

Он подошел к Давиду вплотную:

– Разговор этот очень тяжелый. Только, пожалуйста, не

сердись. Скажи, какие у тебя отношения с Ахиноамь?