Алекс Голд – Дракон против Богов. Том 2 (страница 15)
Кошмар.
Я выгляжу как женщина, которую только что тщательно и со вкусом любили. Помятая блузка. Растрепанные волосы. Припухшие губы. След засоса на шее — господи, откуда? Когда он успел?
Торопливо поправляю волосы. Достаю из сумочки помаду — руки все еще дрожат. Пытаюсь привести себя хоть в какое-то подобие приличного вида.
Саша рядом — надевает рубашку, застегивает пуговицы. Движения спокойные, уверенные. Как будто ничего не произошло. Как будто мы просто ехали в лифте и он сломался.
Как ему это удается?
Двери открываются.
Трое мужчин в спецовках. Обеспокоенные лица. Один — пожилой, седой — начинает говорить раньше, чем мы успеваем выйти:
— Простите, ради бога! Мы как узнали — сразу, сразу бригаду вызвали. Но там проводка, доступы, пока нашли, пока…
— Все в порядке, — говорит Саша. Голос ровный, спокойный. — Мы целы.
— Три часа! Три часа вы там просидели! — Второй мастер, помоложе, качает головой. — Вода, может? Чай? У нас в бытовке есть, я принесу...
— Спасибо, не нужно.
Саша берет меня под локоть. Мягко, ненавязчиво. Ведет мимо мастеров, мимо их извинений и предложений.
Я иду на автомате. Ноги ватные. Голова пустая.
Что я скажу Андрею?
Выходим из подъезда. Ночной воздух — холодный, свежий — бьет в лицо. Я делаю глубокий вдох. Потом еще один.
Три часа.
Три часа я была в темноте с ним.
И теперь ничего не будет как раньше.
— Ася.
Его голос. Я поворачиваюсь.
Он стоит рядом — руки в карманах, взгляд нечитаемый. Фонарь освещает его лицо — резкие тени, острые скулы.
— Поехали со мной.
— Что?
— Поехали. Я хочу тебе кое-что показать.
Я смотрю на него. Не понимаю.
— Саша, я не могу. Андрей... он звонил одиннадцать раз, он волнуется, мне нужно...
— Андрей сейчас с моим отцом, — перебивает он. Спокойно. Уверенно. — Они обсуждают проект до утра. Он говорил, что он увезет его на деловую встречу, минимум до четырех. Он не вспомнит о тебе до рассвета.
Слова — как пощечина. Не вспомнит о тебе…
Это правда. Андрей, когда работает — отключается от всего. Я знаю это. Я принимала это. Это часть того, за что я его полюбила — целеустремленность, преданность делу.
Но сейчас эти слова звучат иначе. Горько. Обидно.
— Куда? — спрашиваю. Сама не знаю, зачем.
— На бои.
— На... что?
— На бои. Подпольные. — Он делает шаг ко мне. Еще один. Мы стоим близко — слишком близко. Я чувствую его тепло. Его запах. — Я хочу показать тебе одну из причин, почему я тогда уехал.
Сердце пропускает удар.
Три года я задавала себе этот вопрос. Почему? Что случилось? Что я сделала не так?
Он никогда не объяснял. Просто исчез.
И вот теперь он стоит передо мной — и предлагает ответы.
Его рука касается моего подбородка. Приподнимает лицо. Я смотрю ему в глаза — серые, глубокие, с этой проклятой искрой, которую я так хорошо помню.
Он улыбается.
Не широко — уголком губ. Как тогда, когда уговаривал меня на что-нибудь безумное. Сбежать с пар. Залезть на крышу. Поцеловаться в библиотеке…
— Поехали, — говорит тихо. — Пожалуйста.
Я должна сказать нет.
Я должна поехать домой, написать Андрею, лечь спать и завтра утром попытаться разобраться в том, что произошло.
Я должна быть взрослой, ответственной, правильной.
Но его пальцы на моем подбородке.
И его улыбка.
И три года вопросов без ответов.
— Хорошо, — говорю.
Одно слово.
Один шаг в пропасть.
Еще один.
15 глава
Его машина пахнет кожей и им.
Черный внедорожник. Тонированные стекла. Музыка — тихая, ненавязчивая, что-то инструментальное.
Я откидываюсь на мягкое сиденье. Включает сразу подогрев — он помнит, что я вечно мерзну.
Помнит.
Три года — и он помнит такие мелочи.
Город за окном — ночной, пустой. Фонари мелькают оранжевыми пятнами. Редкие машины.
Я опускаю козырек. Открываю зеркальце.
Подсветка — мягкая, желтоватая. Лицо в зеркале — чужое. Растрепанные волосы. Смазанная тушь под глазами. Губы — припухшие, яркие без помады.
И шея.
Господи, моя шея.
Темное пятно чуть ниже уха. Еще одно — на ключице. Третье — там, где начинается вырез блузки.
Я даже не почувствовала, когда он...