Алекс Джиллиан – Имитация. Насмешка Купидона (страница 61)
— Джером? — голос Эби доносится, словно сквозь толщу воды. Я едва слышу ее, судорожно анализируя случившееся. Ублюдка больше нет. Передозировка. Скандал. Сенсация. Видео. Моро…. Мне нужно срочно позвонить ему.
— Джером? — громче окликает меня Эби. — Это те самые Морганы?
— Не сейчас, — я тряхнул головой, подняв на девушку напряженный невидящий взгляд. — Мне нужно уйти ненадолго. Побудь с Джо, хорошо?
— Конечно, — Эби быстро кивает и подходит ближе, пытаясь взять за руку, но я отстраняюсь. Смотрю на брата, делающего вид, что ничего не понимает. Опустив голову, он рассматривает узоры на своих штанах. Джо всегда так делает, когда происходит что-то плохое. Отрицает, закрывается. Я должен был увести его из комнаты, как только услышал имя Морганов.
— Ты в порядке? — Эби все-таки дотрагивается до моего плеча жестом, выражающим сожаление. Она не понимает… Я не расстроен. Я хотел, чтобы Зак Морган подох. Это не печальная новость. Это повод выпить и выдохнуть с облегчением, если бы не одно «но»…
— Нет. Но буду, — отвечаю я и быстро выхожу из гостиной.
Я набираю номер Квентина Моро пятнадцать минут спустя, стоя под открытым зонтом, который держит надо мной молчаливый Брекстон. Я попросил остановить машину на набережной, и вот мы здесь, у подножия знаменитой арки. Если повернуть голову вправо, я увижу офисное здание Бионики. Забираю зонт у Брекстона и характерным жестом прошу оставить меня одного.
— Я вижу, ты уже посмотрел новости, — лаконично интересуется Моро, игнорируя церемонии с приветствиями.
— Ты причастен к тому, что произошло? — кутаясь в пальто и зябко ежась от пронизывающих порывов ветра, без предисловий спрашиваю я.
— Я выполняю взятые на себя обязательства, Джером. Только и всего. Ты сам говорил, что хочешь уничтожить всех причастных к гибели твоей семьи. Я обещал помощь и покровительство. Я держу свое слово.
— Напомни, зачем? — напряженно требую я. — Зачем ты помогаешь?
— Логан Морган заказал мою жену, если ты забыл.
— Я помню, но почему я, почему я тогда жив?
— Потому что я хочу, чтобы ты жил.
— Зачем?
— Мы все обсуждали, Джером, — терпеливо отвечает Моро. — Что за паника и град вопросов? У меня на тебя планы, парень. Логан все еще жив и здоров. Скандал с Заком и дочурками сильно подорвёт его нервное состояние, но этого недостаточно, чтобы он прочувствовал на своей шкуре то, что пережили мы.
— Мы? Ты понятия не имеешь, через что МНЕ пришлось пройти! — ожесточенно возражаю я.
— Своя боль всегда горит сильнее, а чужие страдания кажутся чем-то несущественным, далеким.
— Я не верю… Не верю, что ты не смог выяснить, зачем Дайана хотела вернуться в Америку. Она же должна была понимать, какой опасности себя подвергает.
— Ты прав… — шумно вздохнув, соглашается Квентин. — Я просто стараюсь не думать об этом, чтобы не испытывать чувство вины.
— Вины за что?
— Дайана хотела вернуться ко мне.
— Что за бред!
— Я говорю правду. Это было то самое время, когда моя болезнь вернулась. Случился инцидент, просочившийся в газеты, и она узнала. Дайна думала, что умираю, и так оно и было на самом деле. Ты можешь проверить архивы. И найдешь несколько статей того года о крупной аварии, в которой говорится, что серьёзно пострадал президент фармацевтической корпорации, и полученные травмы спровоцировали регресс рака крови. Мои миллионы начали делить, когда я еще лежал в коме. Но она ехала не за ними, Джером. Твоя мать хотела попрощаться с человеком, которого любила.
— Черт… Дерьмо — бормочу я, проводя ладонью по влажным волосам и испытывая острое желание закурить. Все-таки бросить дурное пристрастие не получится. Складываю зонт, убирая его подмышку, и достаю сигареты.
— Теперь ты понимаешь, почему я выбрал тебя?
— Частично. Она взяла что-то еще у Морганов? Кроме пяти миллионов гребанных долларов? Если да, то что?
— Кроме нее никто об этом не знает, не так ли? А она уже никому не расскажет. Я жду тебя в офисе Медеи через неделю, Джером. У нас осталось мало времени. Логан уже чувствует петлю на своей шее, затягивающуюся все сильнее. Ты получаешь такое же удовольствие от его агонии, как и я?
— Смерть для него слишком просто. Он должен понять, ощутить…
— И поэтому я начал с его семьи. Самых близких. Мы доведем его до безумия, до полного отчаянья, Джером. Он будет знать, кто его уничтожает, но не сможет ничего сделать. Что может быть хуже полного бессилия и неспособности защитить самое дорогое?
Похороны состоялись уже на следующий день. Церемония проходила в закрытом режиме. Никакой прессы и не относящихся к ближнему кругу зевак. Все было организовано в сжатые сроки и таким образом, чтобы избежать шумихи и огласки.
Попрощаться с Заком пришли немногие. Логан, его высохшая супруга Эрика с пустыми рыбьими глазами и верный бессменный Цербер — Роберт Крауз, бледная Аннабель в черном длинном пальто и темных очках на пол-лица, безумная старушка Меридит, пара приятелей Зака, с которыми он общался еще со школы, и еще несколько незнакомых мне людей. Дочери Логана не присутствовали, так как до сих пор оставались в клинике, причем на принудительном лечении. Наркотики, как и стоило догадаться, в их крови все же нашли. Ни одной скупой слезы, ни единого вздоха печали, лишь пустые официальные выражения соболезнований, опущенные в землю взгляды. Для собравшихся не произошло ничего необычайного. Зак жил и умер, как многие в их семьях и близком окружении. Мир власти и денег всегда накладывает отпечаток на тех, кого пускает в свою смердящую клоаку. Соблазны, неограниченность в средствах, вседозволенность и безнаказанность делают свое грязное дело. Наверное, поэтому скорбь, истинная скорбь недоступна этим людям. Они понимают, что заслуживают тот финал, что имеют. Или просто разучились чувствовать, сопереживать, раскаиваться. Никто из совета директоров Медеи не явился, что являлось своего рода красноречивой демонстрацией их отношения к случившемуся скандалу.
Это был крах Логана Моргана, стремительный и необратимый. Он хоронил сегодня не только своего сына, но и свои амбициозно вынашиваемые планы.
Я бы все отдал, чтобы избавиться от обязанности присутствовать на похоронах Зака, который в этой жизни не сделал ничего полезного и заслуживающего уважения. Паразит, неудачник, завистливый, избалованный сукин сын, уверенный в своей безнаказанности. Пустой и ограниченный. Жизнь для него являлась игрой, и он использовал все свои средства и возможности, чтобы его забавы не были скучными и однотипными. Он плевал на чужие чувства, на самого себя и своих близких. Его стремление уничтожать все, что находится в радиусе поражения, в конечном итоге замкнулось на нем. Я не чувствую удовлетворения. Он заслужил другую смерть, больше страданий. Больше боли.
Я ненавидел его сейчас сильнее, чем когда он был жив. Я сожалел только об одном — что не убил его собственными руками. Мне бы хотелось смотреть в его пустые глаза в момент, когда он понял, что все кончилось. Я могу только предполагать, что чувствовал Зак в свои последние минуты. Может быть, он был счастлив в своем наркотическом дурмане. Или же увидел чертей, лично явившихся по его душу, чтобы утащить в ад. Но уверен, что Зак и в аду неплохо устроится. И подготовит место для своего нелюбимого отца, который присоединится к нему в ближайшем будущем.
И как бы Логан не пытался выглядеть несокрушимым и сдержанным под прицелом взглядов, обращенных на него, он чувствовал дыхание смерти за своей спиной. Мертвенно бледное восковое лицо Моргана, испещренное новыми глубокими морщинами, казалось неприступным и суровым, взгляд был прикован к дорогому пафосному гробу, в котором лежало тело его единственного сына, наследника, плейбоя и наркомана. Статус обязывает даже в последний путь отправляться в дизайнерском ящике. Эрика Морган также представляла собой образец сдержанности. Она постоянно дергала мужа за локоть и повторяла одну и ту же фразу:
— Мне нужно выпить, Логан. Когда мы уйдем?
Она так и не поняла, что произошло. Или делала вид, что не понимает. Отрицание имеет огромную силу, если направить его на свой разум. Логан не обращал никакого внимания на свою сумасшедшую жену и не менее безумную мать. Как два отражения одного человека в искажённых зеркалах времени, они даже двигались синхронно. И видит Бог, мне никогда не понять, зачем сильные, успешные, обладающие властью мужчины сотворили подобное со своими женщинами.
Зачем?
Логан Морган поднял голову, словно услышав мой мысленный вопрос. Его ненавидящий взгляд встретился с моим, полыхнул алым и оранжевым и потух, покрывшись инеем. Свирепая ненависть и испепеляющая ярость смотрели на меня из глубины черных зрачков. В глазах мужчины светились знание и ненависть, но не малейшего отблеска боли или вспышки вины. Внутри тревожно кольнуло под воздействием немигающего, застывшего, мертвого взгляда. А потом лицо Логана Моргана внезапно исказила насмешливая, снисходительная улыбка, обнажая, как в зверином оскале, белые ровные зубы. Без сомнений, это была угроза и обещание войны. Старый волк не собирался уступать своих позиций.
Но я тоже. Поэтому у него нет никаких шансов.
Глава 14
Три дня спустя