Алекс Чер – В объятиях матадора (страница 68)

— Там упомянут кто-то, кого ты знаешь?

— Да. Кто-то, кого я знаю, и кто-то, кого я не знаю. С кого начать?

— Ну, давай, с того, кого знаешь.

— Кит, — ответила она. — Никита Андреевич Можайский.

Керн приподнял бровь. Пришла его очередь хмыкать.

— Хм… Отцу неродной Кит?

— Э-э-э… не знаю. Скорее всего, нет.

— Жаль, — усмехнулся Керн. — Отца бы это очень устроило. И даже обрадовало, что в Никите нет ни капли его крови. Но, увы…

— Продолжать? — посмотрела на него исподлобья Ника.

— Нет. Хочу догадаться сам. Его ДНК сравнивают с ДНК мужчины или женщины?

— Вторая ДНК женская, — она скользнула глазами вниз. — Скажем так: две Х-хромосомы, пол женский.

— М-м-м… — подвис Керн. — Но его же не могла родить не моя мать?.. Или может?.. Может, его родила какая-нибудь из любовниц отца? И уж не знаю, как отец уговорил мать забрать ребёнка, но, видимо, как-то уговорил.

Ника покачала головой. Не угадал.

— Блядь! Честное слово, я не знаю, что и думать. Кит и какая-то женщина? И что говорит об их родстве тест?

— Они родные.

— То есть? — приподнял бровь Керн.

— То есть тест положительный. На… — она опустила глаза вниз, — девяносто девять и девять процентов. Без нескольких десятитысячных сто.

— У него есть сестра? То есть у нас с ним есть сестра?! — вытаращился Керн.

— Холодно, — усмехнулась Ника.

— Сука! У него есть ребёнок, — выдохнул Керн. Он понял. — Это тест на отцовство.

— Горячо. Очень горячо, — кинула Ника.

— И это девочка, — улыбнулся Керн. — Хоть что-то у моего брата получилось. И сколько ей?

— Ей… почти пять. Будет совсем скоро. Уже на следующей неделе.

И Керн было благодушно расслабился, дети — это прекрасно, а девочек он любил особенно, но чуть не забыл, что этот тест прислал ему отец.

Догадка хлестнула огненной плетью.

— Как её зовут? — подскочил Керн.

— София, — ответила ничего не подозревающая Ника.

Керн выхватил лист у неё из рук. Просмотрел от начала до конца.

В глазах потемнело. Он покачнулся и, не найдя никакой другой опоры, снова рухнул на кровать.

— София — дочь Никиты? — пытался он осознать прочитанное.

Ника села рядом.

— Кто такая София?

Твою мать! И как бы Керн хотел оказаться неправ, но увы, интуиция его не обманула: всё это от начала до конца было связано.

Связано с Жанной.

И от начала до конца было ложью.

Откровенной ложью.

— Дочь моей жены, — ответил Керн. — Моей жены и моего отца.

— Твоей жены и отца?! Но… здесь же написано, что она дочь... — она недоговорила. Закрыла рот рукой.

Единственное, что во всей этой истории неожиданно обрадовало Керна, что он сейчас не один и рядом с ним Ника.

— Воды? — спросила она.

Арт понимал, что выглядит сейчас наверняка жалко. Бледный, растерянный, с испариной на лбу. Но спасибо, что валидол не предложила.

Ника встала. Открыла бутылку. Налила в стакан. Но, прежде чем подать, отпила сама.

Да что там отпила, вылакала добрую половину.

Керн посмотрел на жалкие остатки воды на дне стакана. Опрокинул. Хватило смочить рот.

— Не хотел бы я в старости такую сиделку, — протянул он пустой стакан.

— А ты надеешься до неё дожить? — хмыкнула Ника и долила воды.

— Хотелось бы, — улыбнулся Арт.

И поразился тому, что улыбается. Ещё больше тому, что его не пугает мысль дожить рядом с Никой до старости. И он думает об этом в такой момент.

— Ну, рассказывай, — снова села с ним рядом Ника.

И Арт точно знал, с чего начать.

С того дня, когда Жанна сообщила ему о беременности.

98

— Значит, она сказала, что переспала с твоим отцом и это его ребёнок? — кивнула Ника.

— Ей было скучно, и она спала с ним много раз, — ходил по комнате Керн, как маятник: туда-сюда.

— Так ты и узнал?

— И, конечно, поехал к отцу.

Керн на ходу подхватил пульт. Задолбало — никак не рассветёт. Хотел выбрать что-то другое, но в итоге выключил совсем, выбрав трансляцию с панорамных камер.

Теперь со всех сторон был вид на «Авалон».

— А он всё подтвердил?

— Всё. Ещё и с подробностями, которых я знать не хотел, но которые меня окончательно убедили, что всё так и было — Жанна изменяла мне с отцом. И беременна от отца. А ещё она сказала, что этот ребёнок ей не нужен, — Арт тяжело вздохнул. — Она собирается делать карьеру актрисы, а не нянчится с малышом. И отцу тоже не нужен, поэтому она будет делать аборт.

— Но не сделала? — хмуро, тревожно смотрела на него Ника.

— Моя мать её отговорила. Сейчас я, конечно, понимаю почему. Но тогда мне её решение было совершенно непонятно. Твой бывший муж трахал жену твоего сына, а ты хочешь растить ребёнка от этой порочной связи?

— Бывший муж? — уточнила Ника.

— Да, они к тому времени уже развелись. Мать уехала жить в дедовский дом в Испанию. Она и сейчас там живёт. С Софией, — покачал головой Керн.