Алекс Астер – Ночной палач (страница 43)

Ремлар снова нахмурился.

— Практики? Я думал, тебе нужны ответы. Ответы, как спасти тысячи людей. А дерево — маленькая жертва, не более того.

— Нет, — повторила Айсла.

Крылатый усмехнулся.

— Ты убила сотни растений, когда я расплел клубок твоих сил, уничтожила целый лес.

— Это была случайность!

— Разве это отменяет тот факт, что убийство леса на твоей совести?

Айсла зажмурилась. Нет, не отменяет.

Ремлар в очередной раз вздохнул.

— Сила природы текуча. Уничтожаешь одно дерево, создаешь другое. Сорвав цветок, сажаешь другой. Зола, в которую превращается одно растение, становится удобрением для другого. Это вечный круговорот, у него нет ни начала, ни конца, лишь постоянное вращение, оборот за оборотом.

— Какую-то чушь несешь.

— Дереву все равно, убьешь ты его или нет, — сощурился Ремлар. — Оно переродится во что-то лучшее, другое. Все, что уничтожено — особенно твоей рукой, особенно здесь, — восстановится, возродится.

Неужели это правда?

Ремлар повторил:

— Убей дерево. Освободи его от этой жизни, а потом создай нечто новое.

Создай нечто новое. Если Ремлар прав, то она не убивала дерево по-настоящему, она его… перерождала.

Айсла снова положила ладонь на могучий ствол. Тени вырвались из ее груди, просочились сквозь нее, становясь жидкой, вязкой субстанцией. Струи ширились, набирали мощь, до тех пор пока она не почувствовала металлический привкус во рту, а затем сквозь пальцы просочилась… сила. Она не только выливалась наружу, но и вливалась внутрь.

Что-то жизненно важное вытекло из дерева и устремилось внутрь девушки.

Восхитительно вкусное.

Как глоток воды после дня в пустыне, оно пробудило в Айсле нестерпимую жажду. Кора под ее пальцами разошлась, треснула и сморщилась. Ветви и листья оборачивались прахом, не достигнув земли. Вскоре от дерева остался только покореженный скелет.

Айсла задыхалась. Она была словно налитый до краев бокал. Сделав один мучительный шаг, дикая повалилась на колени.

И сила жизни вырвалась наружу.

Десятки тоненьких деревьев, ростков, выстреливали, пробивались из земли.

Перевернувшись на спину, Айсла дышала так, словно ей катастрофически не хватало воздуха. Через миг небо заслонили голова Ремлара и кончики крыльев за его спиной.

— Я оказался прав, дикая, — довольный собой, проговорил он.

И прежде чем провалиться в новое воспоминание, она успела услышать:

— Ты единственная на свете, кто способен превратить смерть… в жизнь.

Глава 26. Прошлое

Все взаправду. Айсла действительно собиралась быть заодно с… ним. Сумрачный появился в углу ее комнаты, словно вынырнув из мыслей. Тени сложились в фигуру правителя, одетого во все черное.

Грим не произнес ни слова. Просто смотрел на Айслу так, как будто каждая черта в ней его разочаровывала.

Айсла впилась взглядом в ответ.

— Сам напросился со мной работать, знаешь ли.

Сумрачный нахмурился еще сильнее.

— Я в курсе, — коротко отозвался он.

Затем с нескрываемым отвращением протянул руку. Сегодня Грим был в перчатках, будто ему невыносима даже мысль о прикосновении к коже дикой.

Он искренне ее ненавидел. Только она не понимала почему. Просто за то, что она дикая? Или она серьезно ранила его при первой встрече?

Впрочем, это не имело никакого значения. Ее тоже воспитали в ненависти к нему. Сумрачные — жестокие злодеи. Их народ — единственный, кто черпает силу из тьмы. Их способности таинственны, опасны и отвратительны. Они владели силой проклятий. Большинство считало, что именно Грим и наложил те самые.

Айсла напомнила себе, что работает с Гримом ради выживания на Столетнем турнире. Возможно, он — единственная причина, по которой она уцелеет.

— Погоди, — внезапно спохватилась девушка. — Если мои опекунши придут и увидят, что меня нет…

Обычно после тренировок ее не трогали, но до ночи оставалось время. Женщины вполне могли зайти ее проведать.

— Я оставлю в твоей комнате иллюзию.

Ой! Айсла должна была догадаться, что Грим все предусмотрел. Так зачем она ему? Бессмыслица…

— Отлично. Давай уже за дело, — произнесла Айсла и взяла сумрачного за руку.

Они исчезли еще до того, как девушка выговорила последнее слово.

Грим и Айсла оказались на краю утеса, сложенного из беспорядочно сваленных глянцевых черных камней. Океан разбивался волной на десятки метров вверх, так близко, что дикая чувствовала запах соленых брызг. Дождь мгновенно прилепил ей волосы к лицу, вымочил одежду до нитки. Айсла задрожала.

Стоя на уступе, она слышала безжалостные звуки удара железа о железо высоко наверху.

— Где мы? — спросила она, задыхаясь от ветра и холода.

Она, конечно, не строила догадок, куда бы мог Грим ее повести на поиски, но этого точно не ожидала.

— Прежде чем искать меч, я должен заглянуть в гости к его создателю, — спокойно ответил Грим, — кузнецу.

В устах сумрачного слово звучало как древний титул.

— Остаток пути до его кузни придется карабкаться.

Грим встал перед Айслой и направился к следующей груде темных камней, не утруждаясь объяснениями. Здесь его способности не работали? Или он не хотел, чтобы кузнец заметил его приближение?

Сумрачный уцепился одной рукой в перчатке за камень и внезапно обернулся, словно спохватившись:

— Постарайся не порезаться о камни.

А потом начал подниматься по стене. Айсла неохотно последовала за ним.

Мокрые от дождя камни безбожно скользили. Айсла ухватилась за один, ей пришлось напрячь всю руку, чтобы просто удержаться. Продвинувшись на полметра, она подняла глаза и увидела, что Грим преодолел почти половину стены.

Вот же демон. Сумрачный ее тут бросит, если она окажется недостаточно проворна.

Щурясь от заливавшего глаза дождя, Айсла с трудом ухватилась за следующий камень, затем — за еще один. Спасибо хотя бы на том, что подошва ботинок была из особой коры, которая помогала меньше скользить.

Дикая карабкалась все выше.

И выше.

Переставив ноги, Айсла выдохнула, и тут пальцы вдруг поехали. Сердце билось аж в горле все те секунды, что она искала другую опору. Айсла отчаянно вцепилась в выступ, не заботясь об углах.

Потекшая по руке кровь казалась теплой под ледяными струями дождя. Вот тебе и не порежься. Камни были острыми, как ножи. Айсла рискнула бросить быстрый взгляд вниз и сглотнула. Упади она с такой высоты, ее бы раньше выпотрошили камни, чем убило падение.

Подняв голову, Айсла оценила оставшееся расстояние. Она едва преодолела половину подъема. Никаких шансов, что она справится, не соскользнув снова.

Айсла закрыла глаза. Ее разум разрывался от страха и тысячи страшных картин, как все закончится, поэтому она постаралась сосредоточиться на дыхании. Да, она совершенно не знала местности, но она карабкалась всю жизнь. Терра учила, что любое восхождение можно разбить на мелкие этапы.

Дикая снова начала движение, думая только о тропинке впереди и дыхании. Она медленно поднималась по скале, старательно обходя самые острые каменные выступы. Они были длинными и узкими, тысячи гигантских кристаллов, сбитых вместе в стену. Ладонь горела от боли, красный ручеек продолжал струиться, хотя дождь смывал его снова и снова.