Алехин Артур – Ужас на пороге (страница 5)
Это было его хобби, по вечерам после работы или в выходные дни. Жить на заработанные в интернете деньги он не мог, их едва хватало на ужин в дешевой забегаловке или на оплату счета за электричество, но Дима намеревался в скором времени это изменить. Он станет известным – обязательно – уж не тупее он тех напыщенных «павлинов», на которых подписывались миллионы людей по всему миру. И тем более – не хуже их.
Он целеустремленный, дисциплинированный…
Да чего рассказывать, мир скоро сам все увидит. Талант пробьет себе дорогу.
Парень подошел к краю, взглянул вниз. Не так уж и высоко. Он ожидал более страшного зрелища, прожив всю свою жизнь на втором этаже. Но высота его не напугала. Наоборот, было в ней что-то маняще-притягательное, и он посмотрел на пролетающих мимо птиц. Понимали ли они свое превосходство перед остальными; любовались ли раскинувшимися пейзажами? Или воспринимали все как данность? Ну, типа, есть и есть…
С крыши открывался фантастический вид на весь поселок. Центр занимали пятиэтажки, точно великаны они возвышались над частным сектором и магазинами. Вдалеке, на краю видимости, раскинулся на несколько сотен метров мясоперерабатывающий завод, где и работал Дима с понедельника по пятницу вот уже третий год. А вот и школа, где он учился до десятого класса – отсюда она казалась такая маленькая, словно собрана из спичечных коробков.
Но хватит лирики, необходимо приступать к делу. Руки уже начинали замерзать, да и нос стал красным и потерял былую чувствительность.
– Пора, – вслух произнес Дима, немного погрел ладони в кармане и достал смартфон.
Сеть была превосходной. Парень еще раз поглядел вдаль в поисках вышки сотовой связи, мысленно козырнул ей за отличный сигнал и приступил к стриму.
– Привет, друзья, – начал он.
Дмитрий считал, что на камеру необходимо улыбаться. И чем шире улыбка, тем лучше. Не зря же голливудские актеры получали баснословные гонорары. Вот с кого нужно брать пример. Они всегда улыбались, попав в объектив. Ведь улыбка располагает людей, делает их беззащитными перед чарами умелого мастера.
Дмитрий придерживался этого мнения и всегда улыбался, когда включал запись. Или трансляцию.
Всегда!
Но не сейчас…
Нынешний выход к зрителю необычен, и улыбка тут была неуместна. Парень собрал свою немногочисленную аудиторию, дабы сообщить им о своем решении уйти из жизни. Исповедаться напоследок и прыгнуть с этой самой крыши, на которой он сейчас и стоял. Смерть в прямом эфире. Что может быть волнительней? Он не мог показать своим подписчикам, как родился, зато мог показать, как умрет.
На самом деле Дмитрий не планировал кончать жизнь самоубийством, просто ему нужен хайп. Что-то сильное, возможно, даже на грани. И вчера вечером ему в голову пришла замечательная идея, которую он и решил воплотить в жизнь. Парень надеялся, что таким способом наберет пару тысяч новых подписчиков, а если повезет, его стрим увидит кто-нибудь из знаменитостей. Вот тогда жизнь попрет в гору…
– Я хочу вам кое-что рассказать, – продолжил Дмитрий, выдавливая из себя слезу.
Не прошло и десяти минут, как в трансляции находилось около 500-сот человек. Сообщения появлялись и моментально вытеснялись следующими, непрерывный поток ликования, вопросов, реплик и бесноватости зрителей вызывал небывалую эйфорию. Дима прекрасно понимал, что никому нет дела до его выдавленных слез и попытки рассказать душещипательную историю. Никто из зрителей уже об этом не помнил и не говорил – однако он того и добивался от подписчиков и случайно зашедших в трансляцию людей. Он давно понял простую истину: важно не то, что ты говоришь и что делаешь, важен момент, и только. Момент же – это совокупность самых нелепых, критических и неординарных обстоятельств.
Бывали в его практике попытки создавать сложный, замысловатый контент с претензиями на креативность и оригинальность – не пошло. А однажды, сильно напившись, буквально до поросячьего визга, он вышел на публику через онлайн-трансляцию и моментально собрал пару десятков человек, которые оставались с ним даже тогда, когда Дмитрий вырубился на кресле. Проснувшись, он обнаружил подписчиков в эфире.
«О, проснулся!».
«Ну что, выспался? Продолжение будет?».
«Залуди пару рюмочек, поможет, серьёзно!», писали люди.
Первые несколько дней после этого он чувствовал себя подавленным. Как если бы его застали в голом виде, сняли на камеру и выложили в сеть. Ему было стыдно, совестно. Внутренний голос то и дело укорял, сгущая краски:
«Еще вчера ты был обычным парнем, у которого, как и у всех, были скелеты в шкафу. Но это были твои скелеты. А теперь ты для каждого желающего открыт со своими пороками, человеческими слабостями и не идеальным поведением».
«Но в таком виде меня видело лишь пару десятков человек», – возражал он сам себе, «они забудут обо мне уже сегодня. Я для них лишь очередной мимолетный чудик».
«Они-то может и забудут. Но стоит лишь одному из этих двадцати выложить видео в сеть, тебя увидят сотни и тысячи. Да и потом, откуда тебе знать, что видело тебя всего пара десятков? Может быть пара сотен? Откуда тебе, Дима, это знать, когда ты пол эфира валялся на кресле, облеванный и грязный?».
Несколько дней внутренний голос мучал Диму, не давая покоя, однако в какой-то момент он вдруг исчез. Быстро. По щелчку пальца.
«А что есть честь, стыд, совесть?», внезапно для самого себя задался вопросом Дима, «мне нужна известность, я ее получил. Какая разница каким путем? Да и мир у меня не рухнул. Да, выпил, напился, черт с ним – набухался. И что? Дальше то что? Выглядел как свинья? Плевал, рыгал, матерился, нес ахинею пьяным голосом, забывая в процессе слова, ну и что? Главное – вот это», он поднялся, включил ноутбук, открыл канал и посмотрел на количество подписчиков. 458. За несколько дней, а, по сути, за один, за тот самый.
С этого момента он и начал свою карьеру стримера. И никакой внутренний голос, голос разума, голос культуры и этики его не посещал.
Однако не все оказалось так гладко, как виделось на первый взгляд. Он познал лишь первое правило, прошел первую ступень – отсутствие стыда, совести и самокритики. Тем не менее, Дмитрий не был первопроходцем, а потому конкуренция на тот момент была уже достаточно жесткая. Снять процесс своего испражнения или выблевывание только что съеденных диких улиток было недостаточно, это могло принести разве что 100—200 новых подписчиков. Аппетиты росли не только у него, но и у зрителей: ему нужны были новые подписчики, а им нужен контент.
«Что может быть интереснее смерти, увечий, издевательств?», думал Дмитрий и перебирал варианты. Он всерьез обдумывал разного рода трюки с людьми, однако останавливался перед лицом закона. Что-что, а нести уголовную ответственность он не желал ни при каких раскладах.
– А что, если, – обсуждал он за выпивкой с друзьями, – найти какого-нибудь нищего-бедолагу, и засунуть ему петарду в рот, чтобы взорвалась прям там?
– Нее, – отвечал один из друзей, – это же причинение тяжких… этих… телесных. Короче, срок.
– А если я уговорю его сделать это за деньги, добровольно?!
– Да нее, – все так же возражал друг, – потом не докажешь. Он скажет, ты запугал и заставил.
– Ну, а если, выйти на какую-нибудь центральную площадь и закричать что-нибудь, – не унимался он, – что-нибудь против чего-нибудь.
– Ба-а-н-а-ально, – критиковал товарищ, словно являлся экспертом в таких делах, – ничего хорошего не выйдет.
Друг был прав. В этом не оставалось сомнений. Провоцировать государственные или следственные органы не хотелось. Причинять себе вред тоже не возникало никакого желания.
«Но ведь можно инсценировать», посетила его мысль. «Это же очень просто!». И он принялся воплощать идею.
Стоя на крыше, Дима был по-настоящему счастлив. То и дело его глаза фиксировали надпись «зрители» на открытом им стриме. Число росло с каждой минутой. Количество перевалило за 7000 человек, о чем он мог только мечтать. Конечно, в тех условиях, в которых он находился, невозможно было отвечать на вопросы и комментировать реплики. Он едва успевал читать сообщения, которые улетали вниз через секунду после появления: «прыгай уже», «че за придурок?», «я такое уже ви….», «очередной невменяшка?», «че происходит?», «куда донатить?»…
Дима улыбался. Улыбался, наслаждался моментом и говорил обо всем, о чем ему хотелось поговорить, не соблюдая последовательности. Тем более, это было вторым уроком, который он успел уяснить: «надо говорить, не важно о чем, не важно как, не важно что – главное, чтобы рот не закрывался. Хоть бы даже перечислять все, что видишь, „крыша, небо, земля, голова, деревья, кошка“, главное говорить, не закрывая рта». И он говорил. А количество зрителей и подписчиков увеличивалось на глазах.
– Парень, стой! – раздался голос откуда-то справа, вырвав Диму из своего идеального момента, впервые возникшего в его жизни. Он не сразу понял, показалось ли ему, или некто помимо него находился на крыше.
Не показалось. Справа от него, около чердачной двери стоял человек… человек в форме. Полицейский. Он спокойно смотрел на потенциального самоубийцу, пытаясь всем своим видом показать дружелюбие и сочувствие.
– Стой, не прыгай. Иди сюда, – повторил человек в форме, протягивая руку.