Алефтина А.П – Темпорария. Под крылом Сауна (страница 12)

– Нет. Но это ничего не меняет.

Гильберт кивнул.

– Именно.

Символы на браслете вспыхнули. И мир начал отступать.

Замок графа Пилберга возник из тумана, словно его выдохнули сами холмы.

Он стоял выше дороги, отрезанный от мира узким серпантином, по которому медленно тянулась карета. Колёса скрипели так, будто жаловались. Лошади шли нехотя – их бока были покрыты холодным потом, а ноздри раздувались от запаха старой крови.

– Они чувствуют, – тихо сказал Гильберт, глядя на животных. – Здесь не любят живых.

Аврил сжала плащ у горла.

– Это место… – она замолчала, подбирая слова. – Оно словно смотрит.

Гильберт бросил на неё быстрый взгляд.

– Пилберг не терпит слабости. Даже в гостях.

Ворота распахнулись сами.

Железо скрипнуло, как кость под ножом.

Внутри замка воздух был холоднее, чем снаружи. Факелы горели неровно, отбрасывая тени, которые двигались не в такт пламени. Каменные стены были исписаны символами – одни Аврил узнала по библиотеке Ордена, другие резали взгляд своей неправильностью.

– Здесь держат заключённых, – сказал Гильберт, когда они проходили по коридору с тяжёлыми дверями. – Тех, кого нельзя убить.

Из-за одной двери донёсся шёпот. Из другой – глухой смех. Где-то глубже послышался влажный звук, будто кто-то медленно пил.

Аврил остановилась.

– Ты это слышал?

– Да, – ответил он. – Не смотри.

Но она посмотрела.

В проёме приоткрытой двери висела фигура, закованная в цепи. Глаза существа были пустыми, рот – растянут в беззвучном крике. По каменному полу тянулись тёмные следы.

– Дины? – шепнула она.

– Не только, – ответил Гильберт. – Здесь есть те, кого создали раньше.

В тронном зале их уже ждали.

Граф Пилберг сидел на высоком кресле, вырезанном из чёрного камня. Его кожа была бледной, почти прозрачной, губы – слишком тёмными, а глаза отражали свет факелов, как у хищника. Он улыбался, обнажая клыки.

– Хранители времени, – произнёс он мягко. – И гостья.

Аврил почувствовала, как браслет нагрелся.

– Вы похожи на вампира, – сказала она прежде, чем успела подумать.

Пилберг рассмеялся – тихо, приятно.

– Я – историк, – поправил он. – Я просто предпочитаю… долгую жизнь.

– Вы держите здесь живых людей, – вмешался Гильберт.

– Я берегу баланс, – ответил граф. – Они – плата.

Он поднялся.

Тени за его спиной зашевелились.

– Дины усиливаются, – продолжил Пилберг. – А ваши браслеты слабеют. Вы пришли за моим инструментом.

Он щёлкнул пальцами.

Слуга вынес устройство – металлический цилиндр, покрытый рунами.

– Изолятор, – сказал Пилберг. – Он гасит способности. Даже у динов.

– Цена? – спросил Гильберт.

Граф посмотрел на Аврил.

– Она.

Тишина упала тяжёлым покрывалом.

– Нет, – сказал Гильберт.

Пилберг улыбнулся шире.

– Тогда заберите его силой.

Аврил почувствовала, как страх поднимается волной – и как браслет отвечает ему теплом.

– Уходим, – резко сказал Гильберт, хватая её за руку.

Коридор внезапно содрогнулся.

Из глубины замка раздался низкий звук – не крик, не рёв, а будто тяжёлый вдох самого здания. Каменные стены дрогнули, факелы затрепетали, тени вытянулись и поползли по полу.

– Поздно, – тихо сказал Гильберт.

Он резко развернулся, схватил Аврил за плечи и толкнул в сторону бокового прохода.

– Стой здесь. Не выходи. Что бы ни услышала – не выходи, – сказал он быстро и жёстко.

– Гильберт, что ты—

Он не дал ей договорить.

Одним движением он откинул её за массивную дверь, и та захлопнулась с глухим, окончательным звуком. Металлический засов сам собой встал на место.

Аврил ударилась спиной о холодный камень и замерла в просторном холле. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно в соседних залах.

А потом раздался звук удара.

Сильного. Нечеловеческого.

Замок взревел.

Из-за дверей доносились глухие толчки, треск камня, звон цепей. Воздух задрожал, словно что-то огромное двигалось совсем рядом. Затем – короткий, хищный смех Пилберга.

– Ты всегда был слишком живым, хранитель…

Ответа Аврил не услышала – только ещё один удар, от которого с потолка посыпалась пыль.

Она прижалась к стене, сжимая браслет. Камень на нём пульсировал, но она не решалась использовать его. Каждая секунда тянулась, как вечность.

Запах крови проник под дверь раньше, чем шаги.

Когда дверь распахнулась, Аврил вздрогнула.