Alec Drake – Попаданец в секту смерти (страница 12)
Она бросила один палец Чэнь Линю.
— Ты сделал его уязвимым. Твоя доля.
Чэнь Линь поймал палец. Сжал в кулаке.
— Возвращаемся в сарай, — сказал он. — Ночь еще не кончилась.
Они пережили эту ночь.
Чэнь Линь не спал — следил за дверью, слушал, считал. Шестнадцать задремала, положив голову на колени. Хуан и Молчун сидели в углу, живые, но опустошенные.
К утру крики стихли. Колокола замолчали. Небо начало светлеть — не розовым, как в старом мире, а бледно-серым, похожим на пепел.
Чэнь Линь вышел из сарая.
Двор секты напоминал поле боя. Повсюду — тела. Новички. Охотники. Те, кто не справился. Те, кто оказался слишком слабым. Те, кто не слушал его советов.
Он насчитал семнадцать трупов.
Из пятидесяти новичков, приведенных четыре дня назад, в живых осталось... трое. Он, Шестнадцать, Хуан. Молчун исчез — может, убежал, может, убили, может, сам стал охотником.
Неважно.
— Трое, — сказал он вслух.
— Шесть процентов, — ответила Шестнадцать. Она стояла за его спиной, глядя на то же поле. — Ты говорил, что выживет один из десяти. Но выжили мы трое.
— Значит, мы лучше, чем он думал, — сказал Чэнь Линь. — Или хитрее.
Он посмотрел на палец в своей руке — трофей, добытый кровью и грязью.
«Охота кончилась. Но война — нет. Теперь у нас есть пальцы второго колокола. Теперь мы можем претендовать на еду. На воду. На... статус. Ненадолго.»
Где-то в глубине секты ударил колокол. Один раз. Низко. Тяжело.
Начало нового дня.
Чэнь Линь убрал палец за пазуху и пошел к казармам. Ему нужна была еда. Ему нужны были силы. Ему нужно было стать сильнее.
Потому что следующая ночь будет хуже.
Глава 6. Первый яд
Они выжили после Ночи Чудовищ, но плата была высока.
Из пятидесяти новичков в живых осталось трое. Чэнь Линь, Шестнадцать и Хуан. Молчун пропал — возможно, убит, возможно, сбежал, возможно, притворился мёртвым и теперь затаился. Чэнь Линь не тратил время на поиски. В секте «Девять Колоколов» пропавший означал мёртвый. Пока не доказано обратное.
Утро пятого дня встретило их тишиной.
Нехорошей тишиной.
Колокола молчали. Охранники исчезли. Даже Мясник не вышел к казармам раздавать баланду.
— Что происходит? — спросил Хуан. Он выглядел плохо — бледный, губы треснувшие, под глазами чёрные круги. Голод и страх сделали своё дело.
— Не знаю, — ответил Чэнь Линь. — Но это не к добру.
Он сидел на корточках у входа в сарай и смотрел на пустой двор. Вчера здесь лежали семнадцать трупов. Сегодня — ни одного. Кто-то убрал тела. Возможно, те же охотники. Возможно, те, кто выше по рангу.
«Игра, — подумал он. — В игре после массового ивента всегда следует затишье. День-два, когда можно свободно исследовать локации, собирать ресурсы, готовиться к следующему испытанию.»
— Нам нужно найти еду, — сказала Шестнадцать. — Я умираю с голоду.
— Еда — не главное, — ответил Чэнь Линь. — Главное — оружие.
Он поднялся.
— Сегодня мы идём на разведку.
Память из игры вела его.
За казармами первого колокола, у западной стены секты, была заброшенная зона. В игре она называлась «Лаборатория Павшего Алхимика». Там, по сюжету, можно было найти рецепты ядов, несколько ингредиентов и — если повезёт — слабый артефакт.
В игре Чэнь Линь проходил эту локацию на десятом уровне. Сейчас у него не было даже первого. Но локация была той же. И ингредиенты — теми же.
«Если моя память не врет...»
Он вёл Шестнадцать и Хуана вдоль западной стены, прячась в тенях разрушенных зданий. Секта казалась вымершей. Ни души. Только ветер гулял между башен из костей, разнося запах гнили и пепла.
— Ты уверен, что знаешь дорогу? — спросил Хуан.
— Нет, — честно ответил Чэнь Линь. — Но других вариантов у нас нет.
Они прошли мимо двух сторожевых вышек — пустых. Мимо колодца с чёрной водой — из него пахло серой. Мимо кучи обгоревших костей — когда-то здесь жгли тела.
И наконец увидели её.
Здание стояло отдельно, втиснутое между стеной секты и скалой. Когда-то оно было каменным — теперь камни почернели от копоти. Крыша провалилась. Окна заколочены досками с символами — запрещающими знаками, которые в игре означали «опасно. не входить».
Над дверью висела табличка. Иероглифы выцвели, но Чэнь Линь узнал их:
«Лаборатория Алхимика Восьмого Ранга. Вход запрещён под страхом смерти.»
— Нам сюда, — сказал он.
— Там написано «смерть», — заметила Шестнадцать.
— Здесь всё написано «смерть», — ответил Чэнь Линь. — Это не остановило нас раньше.
Он толкнул дверь. Та с противным скрипом открылась.
Внутри было темно. И воняло.
Не просто гнилью — чем-то химическим, едким, от чего начинало першить в горле. Чэнь Линь задержал дыхание, достал огниво — ещё один трофей с убитого охотника — и высек искру.
Маленький язычок пламени осветил беспорядок.
Столы перевёрнуты. Склянки разбиты. На полу — засохшие лужи, разноцветные, как радуга смерти. В углу — скелет. Человеческий. Он сидел, прислонившись к стене, в руке — зажат свиток.
Чэнь Линь подошёл ближе.
Скелет был одет в остатки чёрного балахона. На груди — значок. Восьмой колокол.
«Алхимик, — понял Чэнь Линь. — Настоящий. Не какой-то ученик. Старейшина восьмого ранга. И он умер здесь. Один. В своей лаборатории.»
— Что здесь произошло? — прошептал Хуан.
— Он ошибся, — ответил Чэнь Линь. — Создал что-то, что убило его. Или кто-то помог ему умереть.
Он осторожно взял свиток из костлявых пальцев.
Кожа — старая, пожелтевшая, но иероглифы читались.
«Дневник алхимика Восьмого колокола. Запись семьдесят третья.»
«Сегодня я близок к разгадке. Яд, который уничтожает не тело, а меридианы. Тот, кто выпьет его, потеряет способность культивировать навсегда. Святые Земли заплатят за этот рецепт любую цену. Но... я должен быть осторожен. Мои ученики слишком любопытны. Тот, Четвёртый, смотрит на меня как на добычу...»
Дальше текст обрывался.