Альбина Нурисламова – Другие хозяева (страница 36)

Мать сразу, в следующий же миг безошибочно поняла, что перед ней не оборотень из Нижнего мира, а ее сын. Встала с кровати, поковыляла к нему так быстро, как могла. Они обнялись, мать припала к нему, крепко обхватив здоровой рукой.

Увечье матери осталось при ней и в Нижнем мире, но даже с неподвижной, мертвой рукой, еле ходящая, почти немая, она была лучше, ближе, живее рафинированной копии, что заняла ее место.

– Ты знаешь, где мы, мама?

Она подняла голову и посмотрела на него. «Разговорного» блокнота не было, но Илья научился понимать, что она хочет сказать.

«Темное место, сыночек».

– Оно называется Нижний мир.

«Кукла виновата. Демон».

– Да, мама.

«Я умерла?»

Во взгляде ее заметался запоздалый ужас: если ее нет в живых, то и его тоже!

– Нет, мы живы, – быстро проговорил Илья. – Это сложно объяснить. Но наши души оказались тут, а в телах обитают другие хозяева. Выдворили нас и заняли наше место.

Илья хотел объяснить про Мишу и Лелю, сказать, что вместе они, может статься, сумеют выбраться, но тут обстановка вокруг них начала меняться.

Пол затрясся, стал проваливаться. Стены начали двигаться и наползать друг на друга, грозя раздавить Илью с матерью. Сам воздух вибрировал, как перед грозой, а где-то вдали начал нарастать гул.

– Что происходит? – крикнул Илья, прижимая мать к себе. – Такое раньше бывало?

Она не успела ответить, как их потащило куда-то, сопротивляться этому было невозможно. Илью заботило только одно: как бы им с мамой вновь не разлучиться, не потерять друг друга, поэтому держал ее изо всех сил.

Боялся он напрасно: все закончилось так же быстро, как началось. Под ногами снова был твердый, выложенный квадратными плитами пол; высоченный потолок терялся где-то в вышине, а стены огромного помещения, где они очутились, были неподвижны и находились на большом расстоянии друг от друга.

Место было смутно знакомым, Илье показалось, что он тут бывал, но по-настоящему задаться этим вопросом не успел, потому что услышал:

– Илюха! Господи! Это ты?!

Не разжимая рук, Илья обернулся на голос и завопил в ответ:

– Мишка!

В следующую секунду они стояли, обнимая друг друга – скитальцы, невольные гости чуждого Нижнего мира. Их было четверо, потому что Леля тоже оказалась здесь.

Илья был так счастлив увидеть Мишу – не подделку, не слепок, а живого, настоящего Мишу! Но при этом с болью спрашивал себя, как мог быть настолько слеп, глух и глуп, что поддался обману, не разглядел самозванца, столько времени находясь с ним бок о бок? Как позволил убить Томочку, подменить мать и Лелю? Девушка грустно улыбнулась Илье, и он понял, что она вспомнила об их неудачной, запоздалой попытке разобраться в происходящем.

Когда эмоции от встречи немного улеглись, Илья посмотрел по сторонам, пытаясь понять, где они находятся.

– Узнаешь? – спросил Миша.

– Похоже на холл отеля «Петровский», – неуверенно проговорил Илья, – правда, в то время, когда здесь еще была больница. Я на фотографиях видел. Только намного больше.

– Я увидел это место, когда пришел в отель. А выйти не смог. Леля сказала, я тут больше трех месяцев болтаюсь.

– Как ты… – Илья хотел сказать «выжил», но к горлу подступил ком.

Мишка, который в любую минуту был готов бросить все и бежать к нему на помощь, рискуя жизнью; который и оказался-то в Нижнем мире только из-за него, из-за желания помочь ему, провел в этом аду долгие месяцы! А в это время Илья, его лучший друг, все морщил лоб и приглядывался к лаффолку, все успокаивал себя тем, что Миша был в коме, а потому изменения его личности абсолютно нормальны и даже к лучшему!

– Брось, Илюха, – строго проговорил Миша, безошибочно угадав, о чем тот думает. – Тут полно плюсов: время течет, но при этом стоит на месте. Ни есть не хочется, ни пить, ни спать, с туалетом тоже никаких проблем. Нет ни холода, ни жары, а главное – масса свободного времени для саморазвития и познания мира! – Миша взмахнул руками. – Я тут каждый камень изучил, каждую трещину.

– Больше никого не видел?

Миша помрачнел.

– Поначалу, как только попал сюда, было дело. Все вылезли, – он дернул углом рта. – Меня, наверное, хотели поприветствовать. Даже дорогую подругу, которая мне шрам подарила, встретил.

– Как? Мы же ее… – начал Илья.

– Ту, что к тебе присосалась, прогнали. Но она, видишь ли, такая не одна. Да и кроме нее в здешних местах куча симпатичных тварюшек обитает. Какой только красоты ни встретишь! Короче, повылезали они изо всех щелей, а я от такой горячей встречи сознание потерял. Пришел в себя – один-одинешенек. С тех пор и робинзоню потихоньку. – Миша помолчал и сказал совсем другим тоном: – Пока не встретил Лелю, думал, навсегда здесь застрял.

«Может, так и есть: все мы тут навсегда», – подумал Илья.

Мишино красивое лицо исказилось, и он тихо сказал:

– Илюха, я знаю, что Томочка…что она…

– Не надо, – остановил друга Илья, и тот умолк, не задавая вопросов. – Давай об этом после, хорошо?

Если Миша начнет его жалеть и успокаивать, станет только хуже: Илья размякнет и утратит стойкость. Но это еще полбеды. Мама. Она так любила Томочку, так радовалась за них! Она ведь ни о чем не знает – пусть пока так и будет. Илья глянул на мать и понял, что та, к счастью, не расслышала или не поняла.

– Миш, ты знаешь, что случилось? – поспешно спросил Илья.

– Леля сказала, мой двойник сделал ей предложение жить вместе, и она его приняла.

Хотя Миша говорил легким тоном и даже улыбнулся, Илья понимал: ему больно. Леля хотела сказать что-то, но Илья заговорил первым:

– Леля и я подозревали: что-то не так. Но сходство было полным, а подозрения насчет отличий казались паранойей. Догадаться невозможно.

Илья поглядел на Мишу: «Не вини ее. Это целиком и полностью моя вина». Пару секунд они смотрели друг другу в глаза, потом Миша моргнул и осведомился светским тоном:

– Ты-то тут какими судьбами? И, кстати, что это за куклы?

История о лаффолках и куклах, рассказанная здесь, в Нижнем мире, выглядела не такой уж фантастической, невероятной.

– Значит, эти четверо заняли наши места, – подытожил Миша. – И ты думаешь, что мы, четверо, сумеем вернуться.

– Попробовать стоит, – сказала Леля.

– Лаффолки коварные и хитроумные, но чересчур самонадеянные, – Илья обвел всех взглядом. – Были бы поумнее, не дали бы нам тут встретиться.

– О чем это ты? – недоумевающе спросил Миша.

– Погоди, сначала скажи, как ты встретился с Лелей?

Илья говорил воодушевленно, даже азартно.

Миша пожал плечами:

– Я и сам не очень понял. В один прекрасный день или, может, ночь, мой многострадальный шрам начал болеть. – Он автоматически прикоснулся кончиками пальцев к шее. Миша был в куртке, так что шрама видно не было. – Я еще потом подумал, что шрам – что-то вроде чувствительной антенны, хоть какая-то от него польза. В общем… не знаю, как объяснить… бывает же, ты просто знаешь некоторые вещи, а откуда – непонятно. Я вот так и понял, что Леля – где-то совсем близко. Стал звать ее. Кричал, бегал, как дурак, жаль, посмеяться над этим цирком было некому. Потом смотрю, вон там, – он указал рукой влево, – в полу люк. Еще недавно его точно не было, а тут появился. Слышу – Леля кричит!

Мать Ильи прижала руки к лицу, ахая и покачивая головой.

– А я просто заснула, как обычно, и проснулась от голоса Миши, – сказала Леля. – Вокруг темно, подвал или что-то вроде того, и Миша меня зовет. Я закричала в ответ. Даже испугаться толком не успела.

– Вот! – торжествующе проговорил Илья. – Так я и думал, что они этот момент не учли.

– Слушай, ты у нас, конечно, светило журналистки и вообще, прости господи, гуманитарий, но, может, просветишь уже сирых и убогих…

– К чему я веду: ты оказался тут первым, а следом – моя мама, но про ее присутствие в Нижнем мире ты не знал, хотя она тут была долго. А Леля появилась – и ты почувствовал. Потому что Лелю ты любишь, а с моей мамой у вас этих чувств нет!

Илья смотрел на них, но никто по-прежнему ничего не понимал.

– Я к тете Ире, между прочим, отлично отношусь.

– Не о том речь! Человек, которого ты любишь, появился – и ты сразу понял, почувствовал, позвал. Вы встретились. – Илья перевел дыхание. – Если бы это один раз сработало, можно было бы списать на случайность. Но я смог найти тут маму! Знал, что она тут, и сознательно искал. – Мать сжала руку Ильи, и он улыбнулся ей. – А потом ты и меня…

– Ты-то с какого боку? До тебя мне дела нет, – хмыкнул Миша, но видно было, что теория Ильи его впечатлила. – Хоть пару месяцев от тебя отдохнул, так нет же, опять свалился на мою голову.

– Ну, если бы не ты нас позвал, я бы тебя сам нашел! – Илья широко улыбнулся. – Я, в отличие от некоторых, из своих чувств тайны делать не собираюсь. А если серьезно, любовь – сильнейшая энергия, но в Нижнем мире ей нет места. Поэтому энергия любви здесь как комета в ночном небе или как Северное сияние: если появятся, то сразу видно, не пропустишь.

– Ты прав, Илья! – сказала Леля. – Миша перед вашим появлением сказал мне, что уверен: ты тоже где-то тут.