Альбина Нурисламова – Девятый день (страница 33)

Рядом с нею – Елена: косматая, кошмарная, с раздвинутыми в бессмысленной улыбке губами. Жуткая нагота, истерзанное тело в кровавых потеках, со свисающими с костей ошметками кожи.

Марк – раздувшееся посиневшее лицо, залитые кровью белки глаз, обрывок легкомысленного цветастого шарфика на шее.

Теперь их разделяли всего пара метров. Пятеро живых – четверо мертвых. Они стояли друг против друга, и Адам поневоле озирался, ожидая, что к строю мертвецов присоединится неизвестно как выбравшаяся из могилы Анжела.

Покойная жена не появилась, зато случилось другое.

Нина помянула Господа, Адам ответил, что напрасно она ищет здесь Бога, а потом Тамара проскрипела:

– Оживут мертвецы Твои, восстанут мертвые тела! Воспряньте и торжествуйте, поверженные в прахе! И земля извергнет мертвецов!

Это из Священного писания, вспомнилось Адаму.

– Эдвард, София, идите сюда, – сказал Александр, и Нина протянула мальчишке руку, желая защитить.

Неожиданно Эдвард засмеялся. Он всегда был, по мнению Адама, с приветом, но смеяться в такую минуту? Для этого надо быть полным придурком. Нина, по видимости, подумала примерно о том же, потому что проговорила успокаивающим голосом:

– Эд, отойди от них, послушай…

– Нет, это ты послушай, – властно произнес мальчишка, прекратив смеяться. А после подошел к шеренге мертвых, встал перед ними, словно полководец, и это выглядело одновременно страшно и гротескно. – Глупцы, я один из них, и вы тоже скоро присоединитесь к нам.

Затем подросток – или кем он был в действительности? – повернулся к Софии, поманил ее. Та, не колеблясь, подошла, встала рядом с Марком, наконец-то воссоединившись с женихом в своем жутком посмертии.

Трое людей против шестерых чудовищ – вот какой оказалась расстановка сил.

– София, что ты делаешь? – пискнула Нина.

– Я же сказал, что видел ее в лесу, – проговорил Сэм. Его бледные губы извивались, как белые змеи. – Вы не поверили. Люди предпочитают игнорировать неудобную правду.

София не произносила ни слова. Но слова не требовались. На ее горле проступила рваная рана. Нина закричала, отвернулась, испугавшись, что голова Софии свалится с плеч, покатится по земле. Этого не случилось, но из пореза полилась кровь – сочилась, пропитывая одежду, стекая по рукам.

– Кто ее убил? Кто? – спросил Александр и поглядел на Адама, которого, помнится, все обвиняли, пока София не явилась живая и здоровая.

– Что смотришь? Я не убивал!

– Конечно, нет, – спокойно проговорил Эдвард. – Хотя и нельзя сказать, что ты непричастен к ее смерти! Тебе не впервой оказываться в такой ситуации. – Мальчик глумливо подмигнул Адаму. – Итак, как все было? Пора приоткрыть завесу тайны! София, не в силах сопротивляться своей похоти, позвала Адама в лес. Они развлеклись хорошенько, а после Адам преспокойно отправился спать, оставил любовницу одну. Не хотел, чтобы их видели вместе: наш славный капитан трусоват. София через некоторое время тоже поплелась обратно на поляну. Шла в темноте, ощупью, ночи-то непроглядные. Не повезло, оступилась, упала и напоролась горлом на сук. Будь кто-то рядом, ее, возможно, и спасли бы (хотя не факт), но никого не было. София истекла кровью. Конечно, голову ей никто не отрезал! Утром мы разыграли все как по нотам, устроили театральное представление для Сэма, юного кладоискателя, доморощенного Индианы Джонса. Он обнаружил «обезглавленное тело», а вдобавок увидел и предполагаемого убийцу (я дождался, чтобы все ушли искать Софию, а потом в нужный момент специально попался Сэму на глаза), его расшатанная психика ожидаемо надорвалась. Заодно мальчишка и остальных напугал.

Нина охнула.

– Откуда в тебе эта жестокость? Еще и по отношению к брату?

Эдвард покачал головой, удивляясь глупости Александра, который задал этот вопрос.

– Ты не с подростком-аутистом говоришь, – снисходительно проговорил он.

– Кто ты такой? Кто вы такие? – закричал Александр, схватившись за голову.

– Вчера вам было сказано. Не слышал? – отозвалась Тамара.

– Миф про ящик Пандоры появился не на пустом месте, – тоном заправского сказителя произнес Эдвард. – Люди зовут нас джиннами, бесами, демонами – каких только имен не дают! Говорят, стоит дать кому-то имя – и сумеешь его победить. Если знаешь имя своего страха, порока, слабости, ты приобретаешь над ним власть. Но беда людей в том, что подлинные наши имена вам неведомы, и потому полностью побороть нас вы не в силах. Однако я отвлекся. Итак, были времена, когда мы жили среди людей: расхаживали среди вас, подчиняли себе, управляли. Чаша весов склонилась в другую сторону, мы были побеждены, и победители заточили нас в сосуды. Погребли в глубоких водах, подземных шахтах, горных пещерах. Тысячелетия шли, века летели, как минуты. Но в мире всегда что-то меняется: земля вспучивается, реки мелеют, моря пересыхают. То, что находилось внизу, оказывается близко к поверхности – и однажды может быть найдено! Так один из вас и нашел шкатулку, а второй, чье сознание было особым, мальчик, умеющий слышать голоса, услыхал зов. Открыл шкатулку – и семена сразу оказались в каждом! А семена должны прорастать, верно? Человеческое существо – благодатная почва, поэтому через положенное время рост начался и продолжается прямо в эту минуту. У всех вас это происходит по-своему, в свое время, ибо все вы разные, не похожи один на другого. К каждому замку – свой ключик. Мы многими способами добиваемся главного – разложения ваших душ, и для достижения этой цели все средства хороши: можно пугать вас, дразнить, соблазнять, стравливать между собой, заставлять слышать и видеть то, чего нет, сеять панику и бредовые идеи, лишать рассудка, давать ложные ориентиры и внушать напрасные надежды.

София весело расхохоталась и добавила:

– Каждый из нас играет со своей куклой так, как ему хочется! Сэм думал, что нашел забавную шкатулку, но на самом деле это мы забавляемся с вами, вы наши игрушки! Человечки очень потешные: ваши сомнения, страхи, боль, подозрения – это так занимательно. Давно не было соприкосновения, приятно снова ощутить, каковы же вы.

«Мы были обречены изначально, – подумал Адам. – Как глупо все вышло! Два малолетних кретина сделали это возможным: один нашел источник зла, второй выпустил тьму наружу».

– Смерти нет – есть новое рождение, так вам говорят в церквях? – сказал Эдвард. – Это истина, причем всё буквально, сами видите: пассажиры «Дунайской девы» умерли – и воскресли для новой жизни.

– Эдвард, но ты ведь жив, – едва ли не умоляюще произнесла Нина.

Он пристально поглядел на нее.

– Мальчик умер первым, – догадался Адам. – На «Дунайской деве». Та бусина, которой он подавился, помните?

– Эд умер на наших глазах, а мы ничего не поняли, – прошептала Нина. – Все это время рядом с нами был… было…

Мальчик усмехнулся.

– Демоны, бесы лукавые, – простонал Адам.

– Они нарочно делают это! – вдруг выпалил Александр.

– О чем ты? – спросила Нина.

– Время ускоряется. Скоро снова закат, день продлится часа три, так? Завтрашний день будет короче. А девятый и вовсе… Понимаете? – Александр быстро глянул на Нину и Адама. – Они торопятся! Хотят, чтобы мы сдались, поэтому и вышли сейчас все вместе: шокируют нас, как когда-то Сэма, сводят с ума, как Марка. Играют с нами, давят на психику, чтобы отнять надежду на спасение. Это психологическая атака, что-то вроде того!

– О чем ты? – произнес Эдвард, и Адаму показалось, что он злится.

«Александр прав? – подумал он. – Его слова не по нраву бесу?»

– Нам нужно уходить. Срочно, – сказал Александр.

– Куда?

Трое людей стояли около воды. Демоны преграждали им путь к лесу. Александр хочет прорваться, пробиться? Как выяснилось, его план состоял в другом.

– Мы вернемся на катер, – проговорил Александр.

– Но куда нам… – начал Адам.

– Не важно. Потом разберемся. Главное – подальше от них!

Он схватил Нину за руку и волоком потащил за собой. Адаму ничего не оставалось, как сделать то же самое. Да и другого плана все равно не было.

Адам думал, твари станут мешать им, не дадут уйти, приготовился защищаться от возможного нападения. Но они не сделали попытки остановить беглецов.

«Дунайская дева» все это время стояла на якоре возле берега, чуть поодаль. Чтобы попасть на нее, потребовалось влезть в воду, которая больше не была обычной, нормальной.

Адам не мог без отвращения даже взглянуть на красноватое густое месиво, однако пришлось лезть в него. Кто-то будто перемолол, провернул через мясорубку куски мертвой плоти, обрубки деревьев, водоросли, траву, мусор. От воды исходил гадкий запах: несло затхлостью, разложением, гнилью.

Нина и Александр опередили Адама. Они шли, держась за руки, преодолевая сопротивление месива, и он последовал их примеру. Дно было вязким. И думать не хотелось, на что он наступал, в чем тонули его ботинки. Мерзкий запах забивался в нос и горло, брюки противно липли к телу, когда Адам заходил все глубже.

Александр добрался, был уже на борту, помогал залезть Нине. Еще немного – и Адам тоже оставит противную жижу позади. Неожиданно Адаму показалось, что вокруг его лодыжки что-то обвилось, чьи-то скользкие, цепкие пальцы схватили и потянули вниз.

Вне себя от ужаса и отвращения Адам заорал и повалился в воду.

Нина, которая еще не успела взобраться, немедленно вернулась, подала руку, помогая ему подняться.