Альберт Кириллов – Записки помощника прокурора (страница 3)
Так как в суде они могут отказаться от своих показаний, мотивируя тем, что их из него выбили, а они вообще белые и пушистые, и все такие из себя "Дартаньяны", а злые опера — так били, так били…
Сразу возник вопрос, что-делать? Следователь операм сказал, что без отпечатков по делу никаких результатов гарантировать не может. Поэтому "палка" (подписанная карточка о выявленном преступлении) операм может и не светить. Опера, понимая сложившуюся ситуацию, "делают ход конём". Берут с собой жуликов, выводят их на место преступления: "типа" — проверка показаний на месте, и просят жуликов показать, как они совершили данное преступление.
Ну один из парней 19 лет, неопытный, ранее несудимый, показывает, как все было, как вскрывали, как тащили и т. д. Другие тупо отказались. Так вот, наш злодей "залапал" все двери контейнера, показал и рассказал, как все было. Позднее, также "пометил" и мотоцикл, когда "опера" попросили показать его, как он и его подельники мотоцикл тащили.
Здесь следует несколько отклониться от повествования. За несколько дней до "героической" поимки злостных расхитителей капиталистической собственности наши опера умудрились поссориться с экспертом-криминалистом.
Некоторые опера выразили сомнение в нужности специальности эксперта-криминалиста. Вот они, это да — зубры сыска и поимки злодеев, а он "типа" мимо проходил, вообще "ноль без палочки"; только народное… э-э-э… капиталистическое добро (на тот момент) проедает. Ну эксперт конечно обиделся, ну, а кто бы не обиделся. Но он же спец, а не силовик. Кулаками такие вопросы решать не привык, а решил включить свой ум, не зря же учился на эксперта. Голова ему была дана, не чтобы в неё есть и фуражку на ней носить.
После проверки показаний злодея, вызвали опера криминалиста и попросили снять с контейнера и мотоцикла отпечатки пальцев, что он и сделал. С пояснениями, что экспертиза будет готова, через несколько дней. Спустя несколько дней от следователя опера узнали, что отпечатки пальцев найденные на месте преступления не соответствуют отпечаткам пальцев злодея. Сказать, что это был шок, не сказать ничего! Игорь сказал, что, если бы он сам лично не видел, как злодей неоднократно трогал контейнер и мотоцикл, ну может быть он бы в это и поверил. Но, как они не бились с экспертом и следователем, так ничего сделать и не смогли.
Справедливости ради могу сказать, что, т. к. один из злодеев оказался военнослужащим, то дело было передано в военную прокуратуру. Если хотя бы один из злодеев является военнослужащим, то такие дела расследует и отправляет в суд именно военная прокуратура.
Через пару, тройку месяцев Игорь узнал, что военнослужащий превратился в свидетеля, а двое других злодеев в последствии были осуждены. Но это уже другая история.
Расстрел в подвале
С середины 90-х в Екатеринбург в массовом порядке начали завозить, в основном из ОАЭ (Объединенные Арабские Эмираты), средства для личной самообороны: газовые баллончики, газовые пистолеты и револьверы. Авиакомпания "Уральские авиалинии", наверное, одной из первых в РФ, не считая Москву и Питер, осуществляли рейсы в ОАЭ, соответственно — вся газовая "хрень" лилась просто нескончаемым потоком. На каждом рейсе привозили сотни газовых баллончиков, десятки газовых пистолетов и револьверов. Также привозили много холодного оружия — ножи, мечи, сабли, копья, булавы и др. В ОАЭ в основном всё это «удовольствие» продавалось без каких-либо разрешений.
Если не ошибаюсь, в 1997 году за приобретение, хранение, ношение и т. д. газового оружия ввели уголовную ответственность; также перевозка и пересечение госграницы РФ с указанным оружием, стало считаться контрабандой (уголовное преступление). В течение года всю нашу транспортную прокуратуру лихорадило от количества изъятого оружия: в сейфе каждого следователя лежало от 20 до 30 единиц газового оружия, а уж холодного оружия — на любой вкус и цвет.
В какой-то хороший день, но не для всех, из аэропорта "Кольцово" доставили очередного любителя газового пистолета, из дружественной нам Республики Таджикистан. Ну как положено — допрос подозреваемого на предмет того, а на фига тебе пистолет в РФ и т. д. Нет ли у тебя мыслей о проведении террористического акта или желания застрелиться из него. Ну а вдруг?
Ну если кто не знает, в те времена, у нас и правительство, и правозащитники сильно баловались с диаспорами. В любом мало-мальски значимом городе были диаспоры представителей различных сопредельных государств. Честно говоря, достали они и нас, и других представителей правоохранительных органов очень сильно. Не в том, что "нерусские", а в том, что при любом конфликте начинали орать — фашисты, националисты, расисты и т. д.
То есть любую проблему, даже небольшую, превращали в политический вопрос. Поймали на краже, разбое и т. д. — нет он не виновен, а свидетели на него наговаривают, т. к. расисты и фашисты, да и вообще — редиски. И вообще, 1937 год вернулся, НКВД зверствует и пытается обвинить честных и пушистых "нерусских" в том, что они не делали. А так они просто лапочки и душки…
Поэтому "любили" мы эти диаспоры, ну прям так, что делали все, чтобы у них земля "под ногами горела". Но, ничего серьезного, так НКВД лайт — вовремя не ответит, продержать задержанного по максимуму. Короче, гадили как могли, но в рамках закона.
Только не надо обвинять меня в расизме и т. д. Время было такое, и с нашей стороны были перегибы и жестокость. Главное на тот момент, что бесило многих сотрудников, они решали многие вопросы в отношении своих соплеменников деньгами. Да, тупо платили большим начальникам и решали свои проблемы. Но, опять же, наверное, обвинять и вопросы задавать надо этим большим начальникам, да и нам, которые это терпели, да в общем-то и молчали. Но не суть.
В общем, в ходе допроса прибежали представители диаспоры, в количестве человек 15–20 и сразу попытались просочиться в кабинет к следователю. После чего вежливо были посланы — "Нах…й", и были выгнаны с помощью сотрудников милиции в "отстойник" (предбанник перед выходом из прокуратуры).
Был у нас следователь прокуратур Андрей, черт ещё тот. Как говорят — "шило у него в заднице". Хотя мне кажется у него там не шило, а лом был, и есть.
Пока наш следователь допрашивал подозреваемого, этот "буравчик" пробегал мимо этой толпы местных абреков по своим делам. На его и их беду, один из представителей гордых народов, обратился к нему:
— Скайжи пожалста, чито будить нашэму родствинику, дарагой, — спросил один из представителей этой "уважаемой" диаспоры.
— Ну как, вы не знаете?! Месяц назад ввели жесткое наказание за контрабанду газового оружия, — не моргнув глазом отвечает наш раздолбай, подняв палец к потолку.
— Нэт, а чито? — напрягшись спросил его один из старейшин галдящей толы.
— Ну как, именно за это ввели расстрел, после решения следователя о виновности подозреваемого, — ничуть не смущаясь ответил наш Петросян местного разлива, — прямо в подвале прокуратуры.
— Каки-то, за чи-то, он хороший малчик, таки нильизя, — сдерживая слезы закричала одна из присутствующих женщин.
Этот юморист в третьем, наверное, поколении, сука, ничуть не смущаясь:
— Ну а что вы хотите, закон есть закон. Если расстрел, то расстрел! Сейчас следователь выйдет, через час-полтора, примет решение и будет расстреливать в подвале. Всё по заветам Сталина и Ленина.
Сталина они до сих пор хорошо помнят. Поэтому вместо диких криков и завываний, быстренько примолкли и перестали галдеть.
У нас в конторе был своеобразный подвал, вход в него начинался у туалета, а лестница его была градусов 70, сам там пару раз чуть не грохнулся. В этом подвале у нас был архив и комната для вещдоков. Потом прокурор сделал там себе личную бильярдную, ну очень он любил в него играть вечерами.
Так этот юморист проводил всю толпу к спуску в подвал, сказав ментам, что для осмотра прокуратуры, и показал спуск в подвал, пояснив, что вчера таких же, как их родственник — двоих расстреляли, а завтра по статистике (рейсов больше должно прилететь) еще троих планируют расстрелять.
Часть из абреков что-то начала лопать на своем язык, другая резко помрачнела, но все вместе "вымелись" из прокуратуры в мгновение ока. Следователь, который допрашивал, говорил, что ни фига понять не мог, что происходит. Раньше такого не было, дикий шум, какие-то крики, топот кучи людей в коридоре, какие-то завывания. А тут вдруг раз и обрезало, пока он допрашивал гордого сына гор.
В общем, после допроса, посадив с задержанным сотрудника милиции, наш следователь пошел оформлять документы на задержание. Так как задержанный регистрации не имел, тем более гражданин другого государства — СИЗО. Только не надо думать, что прям так нам хотелось всех в тюрьму. На тот момент у нас не было других вариантов, закон этого требовал, хотя нам это не всегда и хотелось. Но в этом случае вариантов не было.
В ходе оформления документов в прокуратуру залетела команда из диаспоры, причем с количественным прибавлением, ещё человек 20 женщин. Все пространство в прокуратуре было заполнено, пройти куда-либо стало невозможным. А уж амбре детей гор стало такое, что глаза стало щипать. Вся толпа ломанулась к следователю, ведущему дело, с вопросом — "А когда можно труп забрать?" Своих по масульманским обычаям они хоронят, кто не знает, до заката в день смерти, ну если это возможно.