Альберт Кириллов – Тихое место (страница 10)
Как раз их оба отделения Коротаев специально тренировал для встречи и досмотра транспорта при въезде в деревню. И несколько досмотров проезжающего транспорта и людей они уже производили.
Согласно отработанной на занятиях схеме — при проезде моста, через десять метров прибывший транспорт или люди останавливались: по два бойца с каждого отделения, походили с двух сторон к транспорту — один страховал, а другой проверял документы; а остальные из отделений в это время находились в укрытиях с двух сторон, держа под прицелом транспорт и людей.
— Пап, давай я! — тут же активизировался Олег, желая встретить машины сам, видя, что отец быстро проверил разгрузку, поудобнее ухватил автомат, собираясь выдвигаться к мосту.
— Сиди давай, аника-воин. Совсем что ли, память отшибло? — Иван постучал тому по надетой каске костяшками пальцев. — Куда пулеметчик попрётся на досмотр? Ты нас прикрывать должен, балбес. Иди на своё место и ложись там с пулемётом.
Олег стушевался, так как в горячке действительно не подумал об этом, кивнул головой.
— Паш, пошли, — Иван первым скользнул по окопу, дальний выход из которого выводил прямо к кирпичному забору одного из домов, который стоял на въезде в Журавки. И от него до моста было почти рукой подать.
Пятёрка из его отделения осталась в окопах, а он вместе с остальными бойцами быстро распределялись по огневым точкам вдоль дороги, готовясь к возможному бою. Все были напряжены из-за ухудшайся ситуации, а адреналин щедро выплеснулся им в кровь.
Ждали не долго!
Вот автомобили как-то странно переваливаясь, издавая почему-то неприятные скрежущие металлические звуки, проехали мост, а вот они въезжают в деревню, а потом резко остановились. Водители увидели, что справа и слева от дороги появились из-за укрытий по двое военных с оружием в руках.
— Не стреляйте! Мы гражданские. У меня жена беременная! — из Пассата, ехавшего первым, осторожно вылез из-за руля молодой парень с поднятыми на уровень головы руками. — Меня Михаил зовут. Михаил, я местный, — он торопливо говорил, будто этим пытался успокоить солдат или себя.
Из микроавтобуса с места водителя вышел мужчина лет шестидесяти и испуганно поднял руки.
— Не стреляем! Кто такие? — Иван осторожно подходил к машинам с левой стороны, пока Вист также соблюдая осторожность подходил к вышедшим водителям, со своей стороны.
Паша был сзади и левее, чтобы Иван не перекрывал ему сектор обстрела; аналогично поступили Вист с его подчинённым — тот взяла на прицел пожилого мужчину.
Ивану абсолютно не нравилось, что увидеть салоны микроавтобуса и легковушки он не мог, так как все стекла были наглухо тонированы. Это не Россия — здесь водители с этим вопросом не шибко заморачивались, почти поголовно тонируя «наглухо» стекла в своих авто.
Неожиданно для всех присутствующих передняя пассажирская дверь «Транспортера» резко открылась и оттуда буквально выпрыгнула молодая заплаканная девушка.
— Вы русские солдаты?
— Марина, зачем?.. — понизив голос (почти прошипев) в её сторону сказал пожилой водитель, испуганно посматривая на вооруженных бойцов.
— Повязки! — раздался голос девушки, кивая на белые повязки на руках и ногах у русских солдат, которые не заметил приехавшие с ней мужчины, слишком сильно были напуганы.
— Что у вас? — раздался голос Коротаева из рации в кармане разгрузки Ивана.
— Пока разбираемся, но тут вроде беременная, так что вряд ли это диверсанты, — Иван всё равно оставался настороже, мало ли, так что не стремился близко подходить к кому-либо из вышедших из автомобилей.
— Понял, заканчивайте с ними, — поторопил его командир.
— Мы русские солдаты, — подтвердил Иван, — не беспокойтесь. Кто вы и откуда? И кто там сидит? — он ненавязчиво повел стволом автомата в сторону микроавтобуса.
— Там, там… — Марина подошла к распашной боковой двери микроавтобуса и резко открыла её.
— Твою Мать!.. — только и смог сказать Иван.
— Фьють… — присвистнул Вист, забыв о мерах безопасности, среагировав на возглас Инженера и обойдя микроавтобус спереди. — Не было нам печали…
— Командир, вам лучше сюда прибыть, — бросил в рацию Иван.
— Только этого нам не хватало! — вырывалось у Коротаева, когда через три минуты был рядом с автомобилями: — Вера Павловна, срочно сюда с Викторией, — приказал он, удерживая рацию в руке.
На дороге рядом с автомобилями, помимо двух мужчин и молодой девушки, стояли вылезшие из микроавтобуса испуганные дети и беременная женщина, которая выбралась с заднего сиденья древнего «Пассата».
После пересчета оказалось, что детей аж целых 22 индивида разного пола — от 5 до 14 лет; молодая девушка. И ещё одна женщина (тадам!) — беременная на шестом месяце по имени Лариса, пожилой мужчина, управлявший микроавтобусом и откликающийся на Петрович, и молодой парень, водитель Пассата Михаил — муж беременной.
К гостям подтянулись почти все бойцы из окопов и укрытий, которые всё понять не могли, как столько детей и взрослых влезли в машины, точно не предназначенные на такое количество людей.
— Я учительница младших классов в нашей поселковой школе № 37 в Новоникеевке. Меня Марина зовут, — быстро-быстро заговорила страшно испуганная молодая женщина, увидев подошедшего Коротаева, сразу поняв, что он тут главный. — Нас Петрович успел предупредить, что в нашем направлении идут нацики — каратели. Родители похватали кого можно, посадили в микроавтобус и отправили нас в Херсон, — она облегчённо зарыдала, когда поняла, что находится среди русских солдат. — По нам стреляли, где-то километров за десять отсюда.
Бойцы, большей частью сами имевшие детей, от чуть ли не младенческого до возраста сына Ивана, разобрали детей по рукам, а теперь пытались всучить детям какие-то сладости и вкусняшки, которые у них сохранились, доставая из разгрузок запасённое на «чёрный день».
Задние колеса у обеих машин были пробиты, а на кузовах в районе багажников были видны многочисленный пулевые пробоины, даже не понятно, как при этом никого не ранили. На дисках задних колес автомобилей остались одни ошметки от резины.
Осматривающие простреленные машины бойцы никак понять не могли, как никого из сидевших в них детей и взрослых даже не ранило…
Тут прибежали Виктория и Вера Павловна, которые быстро забрали детей с беременной и гражданскими, увели их в сопровождении выделенных бойцов в медпункт.
Капитан подразделения «Азов», доброволец из Польши Анджей Ковальский с позывным «Орлан», а на самом деле действующий майор польской армии из специального подразделения Grom (аналог спецназа ГРУ ГШ ВС РФ), в настоящий момент передвигался на одном из американских MRAP MaxxPro Plus. Двигаясь в колонне из таких же четырех бронетранспортерах на полноприводном грузовом шасси, поставленных ВСУ Украины совсем недавно — в августе.
В них ехали представители из той же структуры, что и Ковалски — все поляки по национальности. Также в колонне были два старых, но еще очень даже ничего грузовика ЗИЛ — 131, перевозящих личный состав подразделения «Азов», состоящих из граждан Украины.
Впереди и позади колонны двигались автомобили Хаммер с пулемётными турелями на крыше. Замыкали колонну две БМП — 2, выступающие в качестве средней огневой поддержки.
Помимо этого, шесть Хаммеров кружили вокруг колонны в радиусе одного-двух километрах, будто сторожевые собаки вокруг отары: прощупывая оборону русских, используя объездные дороги или передвигаясь прямо по полям. В случае сопротивления, откатывались к колонне либо вызывали подмогу.
— Jak się sprawy mają (прим. — Что там у нас?) — обратился Ковальски к своему заместителю Якобу Возняку, младшему лейтенанту «Азов», но при этом подпоручику польской армии того же подразделения, что и его командир, сидевший напротив того в противовзрывном сиденье.
— Rosjanie uciekają, nasze grupy manewrowe "strącają" ich z osiedli, albo sami się wycofują (прим. — Русские бегут, наши маневровые группы либо «сбивают» их из населённых пунктов, либо они сами отходят), — довольно доложил тот, держа постоянную связь с различными маневровыми группами, которые несколькими бросками умудрились продавить, проскочить между боевыми соединениями русских. И теперь глубоко просочились вглубь обороны русских между занятыми ими населенными и опорными пунктами.
Большинство таких групп достаточно успешно действовали — часть опорных пунктов русской армии были уничтожены с наскока, а часть просто окружены и были уже в тылу у наступающих. К ним подходили регулярные части ВСУ и добивали оставшихся защитников.
Однако, на некоторых рубежах обороны подразделения русских встали насмерть либо медленно отходили, при этом достаточно жестоко огрызаясь, часто смертельно для атакующих.
Но брошенных сил было слишком много, а вот российских войск было меньше, чем хотелось бы войсковому руководству армии России и Администрации Президента. И достаточно успешное наступление, по мнению командования ВСУ Украины, сейчас шло почти по всему фронту: от Харьковской области до Херсонской,
Судя по всему, наступающие части ВСУ скоро должны были достичь пригородов Херсона без особого труда. Во всяком случае, благодаря информации и видео, которые получали с коптеров, несколько недель облетавших окрестности перед наступлением.