Алан Нукланд – Эпоха Полтины. Декста Квинта (СИ) (страница 30)

— Дальше у нас есть проблема, — незамедлительно ответил Кейн, чувствуя, что слабость мало-помалу отступает, — которую я по воле случая призван разрешить. И, знаете, я тут немного поразмыслил и пришел к выводу, что не понимаю сути проблемы. — Видя недоумение на их лицах, он пояснил: — Понимаете, главной причиной вашего выселения из Винтры гильдия назвала строительство железной дороги. Но что-то мне подсказывает, что не всё так просто. Ведь рельсы, как ни крути, для города вещь полезная. К тому же, судя по карте, это было бы даже более, чем выгодно. С чего бы вам отказываться от них? Всё это навело меня на мысль, что дело далеко не в железной дороге. Я прав?

Маир некоторое время задумчиво разглядывал карту. Найдя на ней маленькую точку с названием Винтра, он очень долго не мог отвести от неё взгляд.

— Да, правы, — наконец признал он. — Правда в том, что наш город стоит на очень богатом месторождении, о котором мы все, не считая Эгиду, узнали сравнительно недавно.

Кейн откинулся на спинку и облегченно вздохнул. Всё встало на свои места. Значит, он был прав в своих подозрениях и Мальфит действительно послал их сюда для отвода глаз.

— И сколь многим об этом известно?

— Мне, Джо и некоторым членам городского совета. Ну и теперь вам.

Кейн кивнул. Неудивительно, что всё держится в тайне — если будет официально подтверждено, что эти места действительно богаты на ресурсы, то и платить жителям за выселение придётся не мало. А о сохранении долины, как, собственно, и города, не может быть и речи — всё будет снесено, часть перестроена для жилья рабочих, озеро загрязнят, деревья вырубят. Что поделать, издержки тяжелого производства — чтобы люди жили в достатке в одном месте, другое должно обратится в пыль.

Рай может быть только один.

— Я так понимаю, Эгиде неизвестно, что вы в курсе истинного положения вещей?

— Верно, — Кромберг натянуто улыбнулся. — Но это ненадолго.

Кейн заинтересованно подался вперёд:

— А можно ли узнать подробности?

— Почему бы и нет, это уже не является секретом. — Хельмут обошел стол и устало сел в своё кресло, сцепив вместе руки и смотря на него поверх них. — Мы связались с Терра Секундой и обратились за помощью к партии по Защите малых городов. Наши права, знаете ли, ещё кто-то уважает и защищает. И сегодня утром к нам прибыли журналисты, которые напишут о нашем городе, о нашей проблеме, и в скором времени представят написанное общественности. Естественно, будет сообщено также и о богатстве, сокрытом в недрах нашей долины.

— А, вот оно что. — Кейн вспомнил ту парочку, с которой столкнулся на входе. — Это действительно может сработать, и вы получите защиту от дальнейших посягательств гильдии.

— Именно. — Джо с улыбкой отхлебнул уже остывшего чая.

— Ну, тогда мне больше нет смысла задерживаться в вашем городе. — Кейн поднялся и поправил форму. — Вопрос только в том, когда вы разрешите мне его покинуть?

— Хоть сегодня, — ответил маир. — Но на самом деле я бы хотел попросить вас задержаться, командор. Завтра специально для журналистов мы проведем День Тнилка и мне бы хотелось, чтобы на нём присутствовал представитель Аэгис Материум.

— Правда? Сто лет не видел закон в действии. И кто будет стрелять?

— Вы знаете стрелка, это — Джо откашлялся и протёр заслезившиеся глаза, — это Сэллиона Макфрай, в её доме вы провели ночь.

— Да, мы познакомились. — В голове Кейна мелькнул образ висящего на стене мушкета. — Очень милая женщина.

— Вы правы. Она будет отстаивать своё право на земли мужа, ныне покойного. И я, как маир, хотел бы видеть вас на торжестве, которое пройдет завтра в полдень. Я могу рассчитывать на вас?

Кейн, всё ещё терзаемый головной болью, перевёл хмурый взгляд на окно, о которое разбивались холодные капли дождя. Где-то вдали прогремел гром. Сегодня он до лагеря не доберётся, если конечно нет желания вымокнуть до нитки. И это желание у него отсутствовало.

— Что ж, — он улыбнулся своим собеседникам, — почту за честь принять приглашение маира Винтры и прикоснуться к мушкету Дувтси Тнилка.

Настенные часы в кабинете Хельмута Кромберга показывали четыре часа пятнадцать минут.

До празднования Дня Тнилка оставалось чуть менее двадцати часов.

10.

Дэйк прокрался по тёмному переулку и осторожно выглянул из-за угла дома, внимательно осматривая городскую площадь. В столь поздний час она была пустынна, а льющий с самого утра дождь давал гарантию того, что все будут сидеть по домам и не высунутся на улицу без особой на то нужды. Словно подтверждая его мысли загремел гром и яркая молния прочертила небосвод. Запрокинув голову, он стал разглядывать чёрную громаду Дома Собраний, тщась обнаружить свет хотя бы в одном из многочисленных окон. Но нет, ничто не говорило о том, что в здании кто-нибудь есть. И, насколько знал Дэйк, там редко кто оставался на ночь, так что всё должно пройти гладко.

Постояв ещё немного для надежности, он поглубже натянул капюшон и короткими перебежками приблизился к дому. Объёмная сумка из непромокаемой кожи то и дело билась о бедро, и он осторожно придерживал её за ремень.

Внезапно справа раздалось злобное шипение. Дэйк от неожиданности чертыхнулся и, подскользнувшись, чуть было не упал в грязь. Бормоча про себя ругательства, он шикнул в темноту, из которой выскочила и пробежала около его ног испуганная кошка, скрывшись под крыльцом здания. Прежде чем идти дальше, он нервно сплюнул три раза через плечо — поди разбери, чёрная она там была или нет, но лучше перестраховаться.

Быстро взбежав по ступеням, он пригнулся и замер у главного входа. Обернувшись, ещё раз окинул взглядом площадь — никого. Дэйк уже в который раз опустил руку на сумку и почувствовал сквозь намокшую ткань очертания своего груза.

Последний шанс остановиться и уйти незамеченным.

Но бездна, награда во сто крат перевешивала риск, чтобы отказываться. И она будет ещё больше, если всё получится как надо — он был готов на всё, лишь бы выбраться с Винтады. С тех пор, как его изгнали, его жизнь превратилась в сплошное выживание — на уцелевших землях царит дикость, нет государств, одни поселения да горстка городов, проживание в которых отныне необходимость, ведь в одиночку не выстоять и не защититься против беснующихся отбросов, многочисленных банд, фанатиков, грабителей и прочей швали. Дэйк с усмешкой убрал руку от сумки — в конце концов всё всегда сводится к деньгам. Абсолютно всё в жизни имеет свою цену, даже хваленая человеческая жизнь, что бы там не говорили про её бесценность. Просто за одних не дашь и ломаного гроша, а вот за других придётся выложить солидную сумму. И всегда найдется тот, кто возьмётся за работу, оплаченную хрустящей банкнотой, какой бы она не была. В этот раз нашли его.

Отбросив последние сомнения, он взялся за холодное железо дверной ручки и медленно потянул на себя, мысленно приготовившись к тому, что дверь заперта. К его удивлению та легко поддалась. Отлично! По крайней мере сейчас ему не придётся пользоваться отмычками, которыми он, честно говоря, орудовал не очень хорошо.

Оглянувшись в последний раз и убедившись, что его никто не видит, Армастро проскользнул внутрь и тихо затворил за собой дверь. Некоторое время он привыкал к царившей вокруг тьме, изредка разгоняемой вспышками молний. Зал собраний, в котором он оказался, был невероятно огромен и больше напоминал имперские залы храмов Блюстителей — два ряда длинных скамей, тянущихся до самого алтаря, роль которого здесь исполняла трибуна оратора, по обеим сторонам которого стояло по пять высоких кресел — для старейшин города — да и высокие витражные окна добавляли сходства.

Стараясь лишний раз не шуметь, Дэйк снял свои грязные сапоги — оставлять за собой ошмётки грязи он не намеревался. Настороженно прислушиваясь к малейшим посторонним звукам, прокрался вдоль стены и остановился. Обувку решил спрятать под скамьей, после чего отправился дальше. Добравшись до трибуны, внимательно осмотрелся. Из зала было три выхода: тот, через который он вошел, и ещё две двери, расположенные слева и справа от трибуны. Соглашаясь на это дело, Армастро умолчал одну важную деталь — он не знал, где именно находится оружейный склад. По правде говоря, его никогда не допускали во внутренние залы Дома — как и большинство молодняка. Остаётся надеяться, что ему не придется блуждать тут всю ночь и его поиски быстро завершатся. Не теряя даром времени он решил идти вправо. Как говорится, налево пойдешь — неприятности огребёшь, направо пойдешь — ещё больше огребёшь.

Здесь дверь также была не заперта. За ней оказался довольно просторный коридор, который он постарался пройти как можно быстрее. Конечно у него было желание заглянуть во встретившиеся ему по пути комнаты и хорошенько поживиться "тамошним" добром, но сердце у него так и замирало каждый раз, когда до него долетали какие-нибудь отдалённые и невнятные звуки этого старого места. Всё-таки верно говорят, что старые здания живут своей жизнью. И ночью, подобной этой, можно услышать их дыхание. Дэйк потряс головой, отгоняя непрошеные мысли. В общем о грабеже пришлось забыть. Сначала дело, а вот потом, если у него останется время…

Немного поплутав, коридор вывел его к лестничной площадке. Так, вверх ему точно не надо (кто будет держать склад с порохом наверху?), а вот вниз стоит прогуляться. Останавливаясь перед каждым поворотом лестницы, он всякий раз напряженно вслушивался, прежде чем осторожно выглянуть из-за угла и пойти дальше. Наконец лестница закончилась очередным тёмным коридором. Сделав вперёд два осторожных шага, Дэйк опустился на корточки и втянул в себя воздух. Отлично, сыростью не пахнет, даже не смотря на то, что на улице бушует гроза. Да и пол здесь сухой.