Алан Григорьев – Пути Дивнозёрья (страница 39)

– С ними всё будет хорошо, вот увидишь, – как можно беспечнее бросила Тайка через плечо и нырнула в лес, точно в омут.

В следующий миг Тайка услышала голос Яромира и едва не кувыркнулась в воздухе от радости: живой! Правда, слова, которые говорил дивий воин, она не решилась бы повторить в приличном обществе.

– Ух и загибает! – восхитился повеселевший коловерша. – Я таких ругательств в жизни не слышал. Жаль, блокнотика нет, чтобы записать.

– О, кажется, и Весьмир присоединился.

У Тайки наверняка покраснели бы уши, если бы волки умели краснеть.

– Никак не пойму, откуда доносятся проклятия?

– Похоже, из вон того бурелома.

Когда Тайка с Пушком продрались сквозь заросли, их глазам предстала неожиданная картина. В ветвях запуталась большая рыболовная сеть, в которую, словно рыбёшки, набились Яромир, Весьмир, Огнеслава и Радмила. Уф, все четверо в сборе! Точнее – пятеро: ведь ячейки этой сети украшали такие знакомые красные и синие самоцветы, похожие на капли волшебной росы. Пойманные копошились, пытаясь выбраться, и ловушка опасно раскачивалась. А до земли оставалось добрых метров восемь, а может, и все десять.

– Кто ещё раз ножом в меня ткнёт – урою, – недобрым голосом пообещал Кладенец.

– Тогда немедленно распутывайся и выпускай нас! – огрызнулась Радмила.

– Не могу.

– Почему?

– Потому что запутался. Сам в себе.

– Значит, так и будем висеть, пока до нас не доберутся волки?

– Волки не лазают по деревьям, – мрачно возразил сестре Яромир. – Мы сами умрём без еды и воды.

А Весьмир вдруг принялся хохотать во весь голос.

– Я сказал что-то смешное?! – вспылил дивий воин.

– Нет, просто… Посмотрите, волки-то уже пришли. Да непростые.

– Тайка!

Яромир рванулся из сети, и сучья, за которые та зацепилась, опасно затрещали.

– Не дёргайся, дурень! Всех нас погубишь, – прошипела Огнеслава.

– А ты убери свою ногу с моей руки!

– Только если ты сдвинешь рукоять своего кинжала так, чтобы она не упиралась мне под ребро. Если это, конечно, кинжал.

– Разумеется, это кинжал! И я не могу пошевелиться.

– Вот и я не могу. Терпи.

– Перестаньте ругаться, или я придушу вас обоих! – фыркнула Радмила.

– Да ты уже почти. Мне из-за тебя дышать нечем. – Огнеслава закашлялась.

– Не из-за меня, а из-за проклятой вони. Что это, кстати? Ты не моешься, что ли?

– Нет, это мои склянки с зельями. Они разбились, потому что ты придавила мою сумку. Нюхай теперь.

– И хоть бы кто меня поблагодарил… – пробурчал Кладенец.

– Спасибо, что спас моих друзей. – Тайка улыбнулась. – Радмила права: не надо ругаться. Сейчас мы с Пушком всех освободим.

– На это много времени уйдёт, а часики тикают… – вздохнул коловерша.

Теперь, когда он это сказал, Тайка тоже услышала тихое «тик-так, тик-так». Она огляделась и заметила на соседнем дереве уже знакомые ходики с кукушкой и шишками-гирями. Стрелки показывали без десяти двенадцать.

– Значит, не будем терять время. Пушок, за дело!

Весьмир с сомнением цокнул языком:

– Думаю, тут лучше действовать не лапами.

– Ой, и правда!

Ударившись оземь, Тайка превратилась из волчицы в человека.

– Вообще-то я имел в виду заклинание, – усмехнулся Весьмир. – У тебя не найдётся подходящих чар?

– А почему сам не поколдуешь? Ты же чародей получше меня. Вы все.

– Во-первых, ты себя недооцениваешь. А во‐вторых, это же не обычная сеть. В плену у Кладенца творить чары не выйдет, как ни старайся. Так что на тебя одна надежда.

Тайка задумалась. А ведь было что-то такое в бабушкиной тетрадке. Только не про сети, а про клубки шерсти. Наверное, ба использовала это заклинание, чтобы помогать Маре Моревне в Нитяном лесу. Сама Тайка справлялась и руками. Вот только работу для Мары Моревны нужно было успеть сделать за ночь, а не за считаные минуты… Точные слова она бы ни за что не вспомнила, но ведь можно было сочинить собственное заклинание.

– Когда покажется тебе, что ничего не выйдет, пускай развяжутся узлы и расплетутся нити – отступят мрак, тоска и жуть, в лесу найдётся верный путь, – придумывала Тайка на ходу. Вроде получилось неплохо.

«Кр-рак!» – один из сучьев всё-таки обломился, и сеть опасно накренилась. Кладенец заверещал, как испуганный заяц:

– Ты что творишь, ведьма?!

– Да не ори ты! – приструнил его Весьмир. – Разве не видишь, прореха появилась.

И чародей, недолго думая, первым полез в образовавшееся отверстие. Это оказалось не так-то легко: чтобы добраться до ствола могучей сосны и спуститься, нужно было пройти по ветке, балансируя на ней, как канатоходец в цирке. А та ещё и покачивалась от ветра.

Все затаили дыхание, даже Огнеслава перестала возиться. Шаг. Другой. Третий. Оп – Весьмир прилип к стволу, обнимая его обеими руками. Постоял так немного, чтобы отдышаться, а потом начал медленно спускаться. Последнюю часть пути он прошёл играючи – Тайка даже поразилась его ловкости. Впрочем, если ты полжизни на горыныче пролетал, то, наверное, можешь слезть откуда угодно.

Едва оказавшись на земле, Весьмир задрал голову:

– Радмила, ты следующая. Давай!

Воительница тоже оказалась не промах. Тайка залюбовалась её спокойными, размеренными движениями. А Пушок прошептал ей на ухо:

– Эх, как же я раньше не догадался: надо было ставки делать, кто быстрее, и время засекать.

– Зачем?

– Ну, просто так. Ты стала слишком серьёзной, Тая. Я понимаю: дело у нас действительно важное, но почему бы в процессе немного не развеяться? Это расслабляет, знаешь ли. И опасности начинают казаться не такими страшными. Ну? На кого ставишь? На Огнеславу или на Яромира?

– Допустим, на Яромира.

– Эй, я так не играю! Я тоже хотел на него поставить.

– Не верите в меня, значит? – уже добравшаяся до ствола Огнеслава запустила в них шишкой.

– Лучше не отвлекайся! – зашипел на неё Пушок. – Не видишь, что ли? Ветка еле держится. Ох, божечки-кошечки, Яромиру надо побыстрее убираться оттуда!

– На меня опять всем плевать! – плаксиво заявил Кладенец. – Между прочим, это я из последних сил всё удерживаю. А вы меня даже в своём споре не учли. Ни ставочки не поставили.

– Ой, извини… – Тайке стало очень стыдно, ведь она и впрямь постоянно забывала о разумном клинке. Не привыкла ещё, что с ним можно взаправду разговаривать.

– Уйду я от тебя, ведьма, – буркнул Кладенец. – Найду себе новую хозяйку или хозяина. С этого момента считай, что у тебя испытательный срок. Если ещё хоть раз обидишь меня здесь, на Дороге Снов, – всё, прости-прощай.

Он так рассердился, что превратился в меч и рухнул. Яромир, едва успевший выбраться из сетей, ухватился за надломленную ветку и повис, болтая ногами в воздухе.

– Скорее подтягивайся, брат! – крикнула Радмила.

Но дивий воин возразил:

– Она еле держится. Любой рывок – и сломается.