Алан Григорьев – Новые чудеса Дивнозёрья (страница 29)

— Выгнали меня из дома. Можно я у тебя поживу какое-то время, пока не найду, куда дальше податься? Я тебе готовить буду, хочешь?

— Ну, конечно, живи, сколько понадобится, — Тайка захлопала глазами от удивления. — Вы с Сенькой опять поссорились, что ли? Эх, жаль, что Никифор в Ольховку уехал на свадьбу своего внучатого племянника. Уж он бы с Арсением потолковал и вмиг вразумил балбеса.

— Ха! — Марьяна скривила губы и с размаху плюхнулась в накрытое пледом кресло. — Попробовал бы Сенька-прохвост от меня избавиться! Это всё новые хозяева дома, чтоб им пусто было! Понаехали, понимаешь! У-у-у, ироды!

Тайка припомнила, что заброшенный дом, где вытьянка жила вместе с бестолковым домовым Арсением, как раз недавно был продан. Значит, новые владельцы наконец-то приехали в Дивнозёрье на майские праздники и тут же начали наводить свои порядки.

— Погоди, но как же они тебя увидели? Ты что, решила вылезти поздороваться?

— Да нет же! — Марьяна, фыркнув, сложила руки на груди. — Никому я не показывалась — я ж не совсем глупая, — только они всё равно меня увидели, понимаешь? И тут же изгнали при помощи чар. Ещё оберегов везде понавешали, представляешь? Чтобы не вздумала вернуться.

Тайка ахнула:

— Погоди, так они что, колдовать умеют?

Сердце забилось чаще: а ну как кто-то из новых хозяев заброшенного дома злой ведьмой окажется? Или даже ведьмаком? Час от часу не легче!

— Там целая семейка: отец, мать и сын примерно твоего возраста. Про мужиков ничего не знаю, а вот женщина эта точно колдует. И, кстати, неплохо знает своё дело. Ух, и сильна!

— Ох, стало быть, в Дивнозёрье появилась вторая ведьма? — от этой тревожной новости у Тайки пересохло в горле.

Она хлебнула водички прямо из чайника и попыталась мысленно себя успокоить: может быть, всё в порядке, и новая соседка — добрая ведьма? Если подумать, то Тайка тоже изгнала бы незнакомую вытьянку из своего дома: как ни крути, а та всё-таки неупокоенный дух. Они же не знают, что Марьяна хорошая… нужно им рассказать, объяснить.

Ей очень захотелось познакомиться с новой ведьмой. Кто знает, а вдруг они поладят? Может быть, даже смогут чему-то научиться друг у друга? И Тайке больше не будет так одиноко среди людей. После ухода бабушки ей очень не хватало старшей наставницы…

— Я с ней обязательно поговорю, — улыбнувшись, она похлопала Марьяну по плечу. — Ты не переживай. Глядишь, ещё всё наладится.

— Не наладится, — вытьянка со вздохом покачала лохматой головой. — Это же Дивнозёрье. У нас тут не может быть двух ведьм одновременно.

— Это мы ещё посмотрим! — Тайка поставила греться чайник и достала муку, чтобы замесить оладьи. — Но только после завтрака, ладно?

Когда Тайка засобиралась в гости, коловерша Пушок, конечно же, увязался за ней. Всю дорогу до заброшенного дома он хлопал совиными крыльями и, не переставая, причитал:

— Тая, а ты уверена? Может, не надо так сразу, без подготовки в дверь ломиться? Давай сначала присмотримся к новым соседям? Хочешь, я на разведку слетаю?

— Не надо, — Тайка бодро шагала по дороге, ещё не до конца просохшей после первого майского ливня. — Эта ведьма Марьяну увидела, значит, и тебя заметит. И как я потом объяснять буду, что ты просто посмотреть прилетал? Нет уж, давай сразу придём открыто, покажем, что у нас нет никакого камня за пазухой.

— Ой, ну делай, как знаешь, — коловерша надулся, распушив перья. — Но если потом окажется, что я был прав и эти соседи мутные какие-то, — с тебя морковка!

— Да ты и так и так жратвы выпросишь, — усмехнулась Тайка. — А то я тебя не знаю, проглот!

— Я, между прочим, на диете, — обиделся Пушок, облизав усы.

— Ты? А кто вчера яблочный пирог лопал, аж за ушами трещало?

— Ну, так то вчера! — фыркнул он и тут же плаксиво пожаловался: — Мы потом в ночи с дикими коловершами наперегонки летали, и Дымок меня обогнал, гад. Вот я и решил немного похудеть. Уже три часа держусь, представляешь?

— Ты мой герой, — Тайка едва заметно улыбнулась.

Она не очень верила, что Пушка хватит надолго, но говорить этого, конечно, не стала, потому что это было невежливо.

Забор вокруг заброшенного дома был уже частично подновлён и покрашен в голубой цвет, в воздухе оглушительно пахло масляной краской. Надо же, как быстро новые хозяева взялись за дело! Значит, и впрямь решили остаться тут надолго.

Осторожно, чтобы не вляпаться, Тайка толкнула калитку, и петли даже не скрипнули — их, наверное, уже тоже успели смазать. Она шагнула на дорожку и — оп! — чуть не налетела на рыжего веснушчатого парня с ведром и кисточкой. К счастью, тот успел вовремя отшатнуться, Тайка тоже шарахнулась в сторону и, смутившись, пробормотала:

— Ой, прости, я случайно.

— Всё окей, — рыжий улыбнулся, потирая свой веснушчатый нос-картошку. — Краску не расплескали — и ладно. Я Валера. А ты?

— Тайка, — она улыбнулась. — Соседка ваша. Решила вот зайти, познакомиться. А твоя мама дома?

— Мама? — Валера часто заморгал светлыми глазами. — А она-то тебе зачем? Я думал, ты ко мне…

В его голосе послышалось явное разочарование.

— Да я, вроде как, ко всем вам. У нас в Дивнозёрье все друг друга знают. Дружно живём, в общем. Я тут это… пирожков принесла. Но тебе, наверное, дальше надо забор красить, да?

Тайка обогнула рыжего и бодро зашагала по тропинке прямо к крыльцу. Ей было очень неловко — может быть, потому, что вслед ей донёсся тихий восхищённый вздох.

— А мне ты не говорила, что у тебя с собой пирожки, — обиженно прошипел Пушок.

— Какая тебе разница? Ты же всё равно на диете, — Тайка показала ему язык. — Уже забыл?

Коловерша раздражённо ухнул, сорвался с её плеча и перепорхнул на забор. Судя по его неподдельному возмущению, он действительно забыл.

Дверь Тайке открыла миловидная полноватая женщина с ямочкой на подбородке. Её светлые волосы были забраны в высокий хвост, поверх футболки надет фартук, в руке она сжимала мокрую тряпку, а в воздухе пахло чем-то очень похожим на хлорку.

— Ой, у вас тут уборка вовсю! А я к вам с гостинцами, — Тайка протянула ей свёрток с пирожками. — Решила вот поприветствовать новых соседей.

— Тогда давайте сделаем перерыв на чай, — женщина улыбнулась, взяла пирожки и жестом пригласила Тайку войти.

Заброшенный дом и впрямь сильно изменился. По крайней мере, гостиная и кухня. Всё было вычищено, вылизано — ни пылинки, ни сориночки. Посреди комнаты красовался новёхонький стол, а место расшатанных старых кресел заняли деревянные складные стулья. Свежевымытых стёкол почти не было видно — такими чистыми и прозрачными они стали. А на окне в клетке чирикал голубой волнистый попугайчик.

— Обустраиваемся вот помаленьку, — женщина развела руками. — Простите за беспорядок. Дача нам от дальних родственников досталась, так что теперь всё лето будем жить здесь. А там, глядишь, может, и на зиму останемся. Меня Алевтина Александровна зовут, а вас?

— Таисия, — немного оробев, Тайка представилась полным именем, хоть и не очень его любила. Ладно хоть не фамилию ляпнула. Она как-то привыкла, что деревенские больше звались «тётя Маша» или там «баба Зина», а не по отчеству.

— Очень приятно, Таисия. Вы чай будете чёрный или зелёный?

— Да любой, — пожав плечами, Тайка опустилась на стул. Ей вдруг захотелось одёрнуть платье и пригладить растрёпанные волосы. С новыми хозяевами знакомый дом стал совсем другим — чужим, непривычным, — и она ощущала себя немного не в своей тарелке.

— Печку мы планируем ломать, — зачем-то сообщила Алевтина Александровна. — Здесь у нас будет камин. А со временем, может, нормальное отопление проведём.

Она говорила что-то ещё о новых жалюзи, ламинате и дизайнерских занавесках, но Тайке, признаться, всё это было не очень-то интересно. Дождавшись, пока в монологе соседки возникла пауза, она отхлебнула глоток чая (ага, всё-таки зелёный) и успела вставить:

— Я не просто так зашла. Мне тут сказали, что вы — ведьма!

Алевтина Александровна на мгновение замолчала, а потом рассмеялась в голос:

— Это кто же вам такое сказал, Таисия? Вот так всегда: не успели приехать, а нас уже за глаза обсуждают. Неужели я кому-то с порога досадить успела?

— Да не в этом смысле, — Тайка, покраснев, опустила взгляд в чашку. — Ведь это вы выгнали из дома вытьянку? Значит, вы колдуете. Как и я.

Алевтина Александровна перестала улыбаться и глянула на Тайку очень внимательно:

— Так ты видишь нечисть?

— Да, я местная ведьма-хранительница. А до этого моя бабушка хранительницей была. Я как узнала, что вы приехали, сразу захотела с вами встретиться.

— Понимаю, — соседка положила ногу на ногу и откинулась на спинку стула, но её руки и плечи явно оставались изрядно напряжёнными. — Всегда приятно побеседовать с… коллегой. А вы довольно юны для ведьмы…

Тайка поджала губы. Ей не нравилось, когда другие указывали на её возраст. Особенно — в пренебрежительном ключе.

— Я вообще вот для чего пришла: хотела вам сказать, что Марьяна — это вытьянку так зовут — очень грустит. Она совсем безобидная и никого не тронет, честно. Пустите её обратно, пожалуйста! Она в этом доме много лет жила!

— Простите, Таисия, но об этом не может быть и речи. Призрак есть призрак, пускай и безобидный. В моём доме ничего подобного не будет. Никогда! Хватит с нас и домового-пьяницы!

— Ой, вы уже видели Арсения? — Тайка завертела головой. — Где он, кстати?