Алан Григорьев – Фейри Чернолесья (страница 47)

Келлевен проследила за взглядом барда и поспешила пояснить:

— Это моё приданое.

— В раковине? — вытаращился Элмерик. — Там что, жемчужина?

— Нет. Там — стадо тонкорунных овец и стадо тучных красноухих коров. А ещё мои лучшие платья, отрезы фейской ткани и другие мелочи… Всё это я достану в день нашей свадьбы с Колином. Знаю, его отец не беден, но и я из хорошей семьи, так что пришла не с пустыми руками.

— Повезло тебе, растяпа, — Джеримэйн ткнул Колина локтем в бок. — Такое богатство на голову свалилось!

— Я хотел бы быть с Келлевен, даже если бы она была бедна, как мышь, — вспыхнул сын старосты.

Пришлось Элмерику его успокаивать.

— Не обижайся, Колин. Джерри просто шутит. А ещё завидует.

— А вот и ни капельки! И когда ты уже запомнишь моё имя, Рыжий? Я Джеримэйн. Может, за каждого «Джерри» бить тебе в ухо? Так ты запомнишь?

— Прости, привычка, — Элмерик развёл руки в примирительном жесте, а Келлевен вдруг строго посмотрела на своего суженого.

— Вижу, ваши людские нравы отличаются от наших. Надеюсь, ты не забыл о моём условии?

— Что за условие? — оживился Джеримэйн. — Я был уверен, что есть подвох.

— Да никакого подвоха, — Колин нервно дёрнул плечом. — Келлевен сказала, что если я хоть раз подниму на неё руку, то она вернётся в свой мир и заберёт приданое. И я её больше никогда не увижу. Но у меня подобного и в мыслях не было. Я никогда не ударю ни мою любимую, ни наших детей, если боги наградят нас потомством.

— Что ж… этим ты выгодно отличаешься от моего папаши, — фыркнул Джерри. — А вы не хотите меня усыновить?

Он всё-таки завидовал. Да и Элмерик, признаться, тоже вздохнул украдкой. Здорово, когда два любящих сердца нашли друг друга, но поневоле задумаешься: а будет ли у тебя самого так когда-нибудь?

— Но, увы, её отец против нашей свадьбы, — Колин помрачнел. — Он непременно придёт и захочет вернуть блудную дочь. И Келлевен боится, что одной ей не справиться. Поэтому нам нужна ваша помощь. Я ведь, увы, не колдун…

Может, и к лучшему, подумал Элмерик. Сын старосты был хорошим парнем, но очень уж невезучим. У такого чародея постоянно что-нибудь взрывалось бы, а заклинания действовали бы не так, как положено.

— Зато тебе в любви повезло, — ему захотелось подбодрить Колина.

— Это точно, — просиял тот, взяв за руку свою возлюбленную.

— Последний вопрос! — Джеримэйн поднял палец. — А кто у нас папа? Надеюсь, не сам Хозяин Яблок? Потому что если это он, то я не участвую.

— Нет, что ты! — ахнула фейри. — Конечно, нет. Он всего лишь Хозяин Вод.

— Звучит так, как будто не «всего лишь», а «сам великий», — Джерри насторожился.

— В общем, не Хозяин Яблок, — Келлевен мотнула головой так, что заколки в её волосах звякнули. — Просто… как это у вас говорят? Обычный очень сильный колдун.

— Знаете, что-то мне домой захотелось, — Джеримэйн одним глотком допил чай, который предлагали Элмерику. — Не понимаю, с чего я должен вмешиваться.

Бард отобрал чашку и отвёл приятеля в уголок, собираясь серьёзно потолковать.

— Эй! А как же «хранить покой жителей королевства»? Мы же Соколы!

— А если житель королевства идиот? Его тоже надо защищать? Парню ничего не угрожает. Подумаешь, придёт злой папаша, загонит девчонку домой. Его отец знаешь сколько раз так на меня орал? И ничего, я живой пока что.

— Но староста Дунстан — это тебе не Хозяин Вод.

— У старосты Дунстана, между прочим, арбалет самодельный есть. И он угрожал пустить в меня стрелу, если я не перестану ходить к Мэриэнн.

— А выстрелил хоть раз?

— Нет. Но всё ещё впереди. И вообще, причём тут это?

— А притом, что отцы — хоть земные, хоть подводные — пекутся о благе своих дочерей, — втолковывал Элмерик. — Сражаться с Хозяином Вод — гиблое дело, я согласен. Но, может, его удастся убедить, что Колин — хорошая партия для Келлевен.

— Ты сам-то в это веришь? — Джерри посмотрел на него как на дурачка.

Он хотел добавить что-то ещё, но вдруг охнул:

— Болотные бесы! Что это?

Прямо по полу вокруг его сапог змеились две струйки воды. Ещё одна тянулась из-под кровати.

— Это папа, — Келлевен зажмурилась. — Начинается!

— Ч-что начинается? — Колин одним прыжком вскочил на кровать.

— Не отвлекай меня. Я закрою окна и двери так, чтобы ни капли больше не просочилось. Бард, сыграй, прошу! Мне понадобятся вдохновляющие чары.

Элмерик, не раздумывая, приложил флейту к губам. Уж чего-чего, а поддержать чужое заклятие он мог с лёгкостью.

Правда, в этот раз ему понадобилось всё его самообладание. Потому что за окном всё прибывала и прибывала вода. Вот она встала вровень с подоконником, задержалась немного и пошла выше. Вместо садовых яблонь и живых изгородей за окном колыхались мутные водоросли, проплывали рыбы. Некоторые из них заглядывали в комнату, тыкаясь носом в стекло. Элмерику казалось, что стены дома трещат под давлением воды, — значит, их залило уже по самую крышу?

Джерри, опомнившись, выхватил нож и принялся чертить фэды прямо в воздухе — запечатывающие, конечно.

— Что же будет с Чернолесьем? — в панике пролепетал Колин. — Откуда столько воды?

— Деревня в порядке, балбес, — выдохнул Джерри. — Неужели не видишь: это дом перенесли пёс знает куда.

— А Мэриэнн? А отец? — Колин хватал ртом воздух и сам напоминал бледную рыбину.

— Они спят, — ответила Келлевен.

В тот же миг сквозь створки окна просочилась ещё одна струйка. Фейри никак нельзя было отвлекаться.

У Элмерика дрожали коленки, но он не переставал играть, только думал: интересно, а мы уже в Мире-под-Волной или ещё нет? И если да, то считаемся ли умершими, ведь вроде мы пока ещё живы. Надолго ли?

Время шло, но ничего не менялось. Вода не убывала и не прибывала, только в комнате стало душновато. Рано или поздно закончится воздух…

— Что мне делать? — шептал Колин. — Что мне делать?

— Снимать штаны, — рыкнул Джеримэйн.

— Серьёзно? — сын старосты потянулся к пуговице.

— Нет, идиот! Просто не лезь под руку. И не ной. А то я тебе рот запечатаю!

И тут Элмерика осенило.

— Погодите. Пусть говорит, — музыка стихла и фейри охнула — ей стало тяжелее сдерживать напор. Но Элмерику нужно было закончить мысль. — Колин, ты хочешь жениться на Келлевен или нет?

— Хочу, конечно!

— Тогда борись за неё. Докажи, что ты её достоин. Поговори начистоту с Хозяином Вод, — вода начала каплями просачиваться сквозь щели в полу, и Элмерик снова поднёс флейту к губам.

— Но что мне сказать? — На Колина было жалко смотреть. И без того вечно бледный, он побелел, как полотно. Его руки и ноги тряслись, зубы стучали.

— Трус! — припечатал Джеримэйн. — Как девиц из отчего дома уводить, так он первый. А как с папенькой поговорить, так сразу в кусты?

— Ой, кто бы говорил! — фыркнул Колин. — А то я не видел, как ты сам в кустах отсиживаешься. Мэриэнн дура, что с тобой связалась! Я на Келлевен собираюсь жениться, связать с ней свою судьбу, а ты… бесчестный человек! Готов биться об заклад, что моя сестра не дождётся от тебя предложения руки и сердца.

— Ты так говоришь, будто твой папаша согласится взять в зятья безродного и нищего меня, — Джерри скрипнул зубами. Ругаться и одновременно чертить фэды было не так-то просто. Готовые знаки быстро растворялись, их то и дело приходилось подновлять.

— Всё равно встречаться с девушкой тайком — бесчестно!

— Кто бы говорил! — Джеримэйн повторил за Колином даже с похожими интонациями. — Не по твоей ли вине мы сейчас застряли здесь и скоро утопнем, как котята в ведре?

Сейчас точно подерутся, обречённо подумал Элмерик, увидев, что Джерри засучивает рукава. Колин тоже набычился, сжал кулаки. Впрочем, на сына старосты Элмерик не поставил бы ни гроша. По росту и ширине плеч эти двое были схожи, но Элмерик знал: Джеримэйн дерётся каждый раз, как в последний, ещё и вцепляется в глотку, как бойцовый пёс.

— Подождите, — пробормотала Келлевен, не открывая глаз.