Алан Григорьев – Чаша судьбы (страница 51)
— А тебе-то какое до этого дело? — Медб поджала губы.
— В общем-то, никакого. Просто меня брат попросил. А я ему вроде как задолжал немного.
— Ну что ж, — королева не без сожаления вздохнула. — Видать, такое уж нынче настало время — пора раздавать былые долги. Бес с тобой, я согласна!
— И проклятие своё сними.
Медб прищурилась, глянула хищно — почти по-лисьи — и рассмеялась:
— Ладно, ладно. Уговорил. С Бельтайном тебя, король Зимы. Постарайся не погибнуть в бою. Без тебя этот мир станет намного скучнее.
— И тебя с Бельтайном, королева Лета, — Браннан поклонился ей. — Надеюсь, твоё время будет жарким в этом году.
— О, ты даже не представляешь насколько!
Медб, смеясь, поцеловала его в губы, взмахнула плащом, словно крылом, и взмыла птицей в синюю ввысь, навстречу встающему солнцу.
Погожее утро обещало, что день будет ясным и жарким. В воздухе весело носились птицы, жужжали насекомые — и Элмерику казалось, что война где-то далеко, а не у самого порога. В такие дни больше хочется думать не о битвах, а о кострах Бельтайна — и, конечно, о любви. Он не спал вторую ночь подряд и чувствовал, что еле держится на ногах. Конечно, это заметили Ллиун с Джерри и хором уболтали его пойти отдохнуть хотя бы пару часов.
— Если что-то случится, мы тебя разбудим, — с улыбкой пообещала яблоневая дева.
А Джеримэйн добавил:
— Ты думаешь, я всю жизнь мечтал сражаться бок о бок с сонной тетерей?
Элмерик даже не пытался сопротивляться. Он еле доплёлся до своей комнаты и заснул, кажется, ещё до того, как голова коснулась подушки. А когда проснулся, солнце уже стояло высоко (но спать всё ещё хотелось ужасно). Рядом сидела Ллиун и настойчиво трясла его за плечо:
— Пора просыпаться. Белый Сокол вернулся!
— Ну ещё немножечко! — бард, зевнув, перевернулся на другой бок, натянув одеяло на уши, но тут до него дошло. Рывком он сел на кровати. — Мастер Каллахан? Здесь? Но как?
Он вскочил, заметался, едва не надел рубаху наизнанку, не с первого раза попал ногой в сапог. Лианнан ши помогла ему зашнуровать тунику.
— Пусть мой бард сам у него спросит. Все сначала ужас как переполошились. А потом очень обрадовались. Наверное, подвоха нет.
— Может, он сбежал от этой Калэх? — просиял Элмерик.
У него на душе сразу стало спокойнее — как же хорошо, что командир сам поведёт их в бой, с ним ничего не страшно!
— Вроде бы не сбежал, а королева Зимы сама его отпустила, — яблоневая дева наморщила нос, как будто собиралась чихнуть. — Ллиун не очень поняла, как так вышло.
— А, не важно. Главное, что он теперь с нами.
Бард развёл руки в стороны, позволяя лианнан ши затянуть на нём пояс, и выскочил из комнаты, забыв прикрыть за собой дверь. На радостях он не сбежал по лестнице, а съехал по перилам — прямо как в детстве.
Элмерик готов был к тому, что увидит мастера Каллахана похудевшим и измождённым — шутка ли, провести почти месяц в плену, — но тот выглядел даже посвежевшим. Его плечи укрывал тот самый плащ из соколиных перьев, который бард прежде видел у Шона. У ног командира лежал белоснежный пёс с красными ушами — на этот раз вполне видимый.
Бард хотел проскочить в гостиную незаметно — все, как назло, были уже в сборе, а он ну очень не любил опаздывать, — но дверь предательски скрипнула, и все взгляды обратились к нему.
— Ты как раз вовремя, — командир кивком указал ему на пустой стул. — Через три четверти часа — ровно в полдень — мы выступаем. Враг приближается.
Элмерик проскользнул к своему месту. Он вовремя заметил подножку, которую Джерри ухитрился подставить ему, и в отместку наступил приятелю на ногу.
— Это правда, что Калэх сама его отпустила? — шёпотом спросил он у Келликейт, и та радостно закивала:
— Ага. Каллахан говорит, что она нам вовсе не враг.
— А кто? — Элмерик округлил глаза.
— Не знаю. Там как-то всё очень запутанно. Потому что фоморам она тоже не враг, оказывается.
У барда было ещё много вопросов, но в этот момент мастер Патрик шикнул на них — пришлось отложить все разговоры на потом.
Рядом с мастером Каллаханом сидел Риэган — живой и здоровый, разве что ещё немного бледный. Значит, Медб сдержала своё слово.
— Ритуал пройдёт на Королевском холме, — продолжил командир, сплетая пальцы в замок под подбородком. — Там, где когда-то был коронован Артур Первый. Отсюда началась история Объединённых Королевств, сюда же всё и возвращается.
— Но как мы попадём туда? Под стенами небезопасно. Враг рядом, а местность не только хорошо просматривается, но и отлично простреливается. К тому же, я бы не стал сейчас опускать подъёмный мост. — Риэган взглянул на Каллахана. — Ты нас проведёшь?
— Проведу, но не дорогами эльфов, — командир улыбнулся, разглядев на лице короля тень разочарования. — Прямо из нашего особняка есть подземный ход. Им давно не пользовались, но я уверен, что он в порядке. Достаточно только пробить каменную кладку — и мы дойдём до холма без особого труда.
Элмерик аж подпрыгнул на месте: значит, ход, ведущий из Соколиного гнезда за стены Каэрлеона, — это не слухи! Здорово будет увидеть его собственными глазами!
— По нему же ты вернёшься назад в город и возглавишь оборону, — Каллахан хлопнул Риэгана по плечу. — Шон и Мартин помогут тебе. В городе также останутся Флориан, Джеримэйн и Элмерик.
Бард, как ни старался, не смог сдержать разочарованного возгласа. Командир одарил его строгим взглядом.
— Ты хочешь возразить?
Элмерик невольно поёжился.
— Я слышал, чтобы найти Бэлеара, нужно истинное зрение. Может, мне всё-таки стоит пойти с вами?
— Твоё место здесь, — отрезал Каллахан. — С нами будет Эллифлор. А Келликейт опять завяжет глаза и поведёт нас своими путями, когда Врата откроются. Орсон, ты головой отвечаешь за её жизнь. Дэррек, ты проводишь короля обратно в город и останешься помогать защитникам Каэрлеона. Патрик, Розмари, ваша задача — уничтожать всё то, что появится из Врат. С помощью Фиахны и его младших фэйри вы справитесь. А мы с Брэннаном возьмём на себя Бэлеара.
— А Калэх? Что с ней? — пробурчал Джерри, тоже расстроенный тем, что ему придётся остаться внутри крепостных стен.
— Ничего, — командир покачал головой.
— Она что, не придёт?
— Обязательно придёт. Но не станет вмешиваться.
— Простите, — из дальнего угла подала голос очень смущённая Маэна. — А что делать мне? Я не хочу сидеть сложа руки. Если король Браннан может помогать не как король, а как брат, позвольте и мне…
Она осеклась под внимательным взглядом мастера Каллахана. В его глазах был лёд.
— Кому из нас ты на самом деле хочешь помочь? Если Брэннану, то мой ответ — «нет». Мы не можем так рисковать.
— Нет, не ему. Отцу.
Она выдержала взгляд Каллахана (что само по себе было непросто). Элмерик заметил, что у Маэны дрожат руки.
— Тогда оставайся рядом с ним. Теперь, когда все знают, что им делать, — хватит разговоров. Пора. Мы выдвигаемся!
Эльф поднялся во весь свой могучий рост и достал из-за спинки кресла арфу в белом чехле. Они с Брэннаном обменялись взглядами, и король-воин вздохнул:
— Лучше бы она нам не пригодилась.
Мастер Каллахан, похоже, так не думал. Он заранее распустил завязки на чехле и явил на свет поистине чудесный инструмент: белый и блестящий, как свежий снег, украшенный орнаментом из сплетённых змей. Струны тихонько звякнули, и этот звук показался Элмерику похожим на человеческий стон. Определённо это была та самая арфа Финварры, которую так вожделел старый менестрель мастер Олли. Инструмент, обладающий невиданной силой, но вытягивающий жизнь из того, кто осмелился заиграть на ней.
Что ж, бой предстоял нешуточный.
Барду вдруг некстати вспомнилась королевская баньши, которая плакала на мосту в Чернолесье перед самой Остарой. Чью смерть она предвещала? Быть может, всё-таки Риэгана? Значит, им уже удалось обмануть курносую?
Но сердце всё-таки было не на месте: в гостиной собрались целых четыре короля. А если считать Маэну, то и все пятеро (бард так и не понял, считаются ли Медовые луга отдельным королевством). Впрочем, сейчас было не лучшее время для мрачных мыслей. Бард собирался подарить всё своё вдохновение защитникам столицы и вместе с ними стоять до конца. А чему быть, того не миновать.
Они поднялись на стены в час, когда солнце достигло вершины неба. На башнях гордо реяли алые королевские знамёна, похожие на языки пламени; их шёлковая ткань громко хлопала на ветру.
Элмерик устроился возле одного из зубцов крепостной стены и водрузил арфу на треногу. С этого места открывался отличный вид на Королевский холм и священный круг камней. Там, на вершине, царила безмятежная тишина — наверное, Каллахан со своей частью отряда был ещё в пути. Элмерик просунул лохматую голову между зубцами, чтобы получше осмотреться (поросшие мхом седые камни стен были почти горячими — жаркое полуденное солнце успело изрядно их разогреть).
— А ну спрячь башку! — стоявший рядом Джерри бесцеремонно оттащил его за шкирку.
— Но…
— Спрячь, кому говорят! Она хоть и глупая, но играть чародейскую музыку тут можешь только ты. А для того, чтобы высовываться, есть другие бойцы.