Алан Гарнер – Луна в канун Гомрата (страница 1)
Алан Гарнер
ЛУНА В КАНУН ГОМРАТА
Alan Garner
THE MOON OF GOMRATH
© Перевод, Бородицкая М. Я., 1996
© Иллюстрации, Куманьков А. Е., 1996
© Художественное оформление, АРМАДА, 1996
ПОСВЯЩАЕТСЯ ЭЛЛЕН, АДАМУ И КЭТРИН
«И быть может, книга сия позволит вам с приятностию скоротать время; но сочтете ли вы ее правдивой и примете ли на веру все, что в ней писано, — это уж как вам заблагорассудится».
Глава первая
СИНАДОНСКИЕ ЭЛЬФЫ
Холодно было в ту ночь на дороге, что огибала лесистый холм Олдерли — или, как называют его местные жители, Кряж. Высоко во мгле шумели деревья. Запоздалым путникам приходилось прятать лица в воротники от резкого ветра с Пеннинских гор. И хорошо, что они ничего не видели, ибо то, что происходило в этот час на склоне Кряжа, отнюдь не предназначалось для людских глаз.
Сноп голубого света вырвался из скалы, похожей на острый зуб. В скале распахнулись железные ворота и открылся освещенный проход. По стволам и кронам деревьев заплясали тени, и в глубь холма потянулась необычная процессия.
Ростом они были не выше четырех футов — с восьмилетнего ребенка, — но широкогрудые, узкие в талии, с длинными, стройными ногами и руками. Все — в коротких подпоясанных туниках без рукавов и босиком. У некоторых за спиной белели плащи из орлиных перьев. На плече у каждого висел тугой, круто изогнутый лук, а на поясе — колчан с белыми стрелами и широкий меч, заостренный как кинжал. Все они ехали верхом на маленьких белых лошадках, кто-то — гордо выпрямившись, но большинство — устало склонясь на луку седла. Несколько всадников бессильно припали к лошадиным холкам; поводья за них держали другие. Всего же их было около пятисот.
У ворот их встречал седовласый старец, высокий и тонкий, как молодая береза. Его белая сутана, длинные волосы и борода развевались на ветру, а в руке он держал белый посох.
Когда последний всадник скрылся внутри, старик повернулся и зашагал следом. Сомкнулись железные створки, закрылся вход — и остался лишь голый валун на холодном ветру.
Так под покровом ненастной ночи эльфы из Синадона вступили в Хранилище, последний оплот Высокой Магии, где принял их Каделлин Сребровласый, великий чародей и властитель древних тайн.
Глава вторая
КОЛОДЕЦ
— Ого, — воскликнул Гаутер Моссок, — вот так штука!
— Что за штука? — заинтересовался Колин.
— Да вот, в «Новостях».
Колин и Сьюзен склонились над газетой. Палец Гаутера упирался в заголовок посреди страницы.
ТАИНСТВЕННАЯ НАХОДКА
Во время земляных работ у гостиницы «Траффорд Армз» был обнаружен подземный колодец глубиной в тридцать футов. Находка послужила поводом для самых различных предположений.
Раскапывая засорившийся водосток, рабочие фирмы «Мэсси и сыновья» случайно сдвинули каменную плиту, под которой оказалась шахта неизвестного назначения. При помощи веревки с грузом удалось определить, что шахта на пятнадцать футов заполнена водой, общая же глубина ее составляет тридцать футов. Обнаруженный колодец никак не сообщается с водостоком, имеет площадь поперечного сечения окало шести квадратных футов по приблизительным подсчетам, так как крышку снять пока не удалось, и выложен изнутри каменными плитами.
Существует мнение, что именно из этого колодца поступала вода в колонку с насосом, находившуюся прежде у входа в гостиницу.
Не исключено и другое. Загадочный колодец мог служить вентиляционной шахтой и каким-то образом соединяться со старым рудником, некогда простиравшимся почти до самого Олдерли.
— А штука-то в том, — добавил Гаутер, когда ребята дочитали заметку, — что у нас всегда поговаривали, будто из гостиничных погребов есть подземный ход до самого рудника. А ну как это правда?
— А тебе не все равно? — проворчала Бесс Моссок. — Яма как яма, только мокрая. Тоже мне находка.
— Да где ж твое любопытство? — рассмеялся Гаутер.
— Какое там любопытство! — отмахнулась Бесс. — В моем-то возрасте да с моей толщиной соваться во всякие дырки? И без того забот хватает. Давайте-ка поторапливайтесь: у меня еще ничего не куплено, да и вы с делами не покончили.
— А можно нам сперва поглядеть на ту яму? — спросила Сьюзен.
— Вот и я говорю, — подхватил Гаутер. — Это ж прямо за углом, две минуты ходу.
— Ладно уж, без вас управлюсь, — сказала Бесс. — Ступайте полюбуйтесь, только не торчите там до вечера.
Они вышли из магазина уцененных товаров на главную улицу поселка. Среди припаркованных здесь машин зеленая повозка Моссоков и запряженный в нее белый конек Принц выглядели странно — словно лет на тридцать отстали от времени, точно так же, как и сами хозяева: Бесс в широком пальто и круглой шляпке, пришпиленной к волосам, Гаутер в бриджах и старомодном жилете. Так им было удобно и привычно. Раз в неделю они спускались за покупками в деревню Олдерли и привозили на продажу овощи, яйца и домашнюю птицу со своей фермы на южном склоне Кряжа. Когда Колин и Сьюзен только приехали к Моссокам, все в усадьбе Верхний Редманхей было им в диковинку. Но они быстро привыкли.
Ведя в поводу Принца, Гаутер и ребята подошли к гостинице «Траффорд Армз». Деревянный оштукатуренный дом был выстроен «под готику», в духе викторианских представлений о красоте.
Вдоль фасада, вплотную к зданию, была вырыта канава глубиной в три фута. Гаутер встал на горку свежей земли и заглянул вниз:
— Ага! Вон она, крышка.
Колин и Сьюзен подошли поближе.
Из стенки канавы у самого дна углом торчала толстая каменная плита. Краешек ее откололся, образуя отверстие шириной в ладонь. Только и всего! Сьюзен подобрала камешек и бросила его в дыру. «Плюх!» — послышалось секунду спустя.
— Пока ничего нового, — заметил Гаутер. — Там хоть что-нибудь видно?
Сьюзен уже спрыгнула в канаву и пыталась заглянуть в отверстие.
— Стены круглые… еще какая-то труба торчит… а больше ничего не видать!
— Должно быть, обычный колодец, — вздохнул Гаутер. — А жаль: мне всегда казалось, будто в старых россказнях что-то есть…
Они вернулись к повозке и, как только Бесс управилась с покупками, отправились развозить свой товар по знакомым адресам. Домой собрались уже в сумерках.
— Ну что? — спросил Гаутер. — Опять потащитесь одни через лес?
— Да, если можно, — быстро сказал Колин.
— По мне, так это пустая затея. Но раз уж вам неймется, так и быть, ступайте. Только нигде не задерживайтесь: через час уже стемнеет, а ночью-то с нашим лесом шутки плохи — того и гляди, провалитесь в старую шахту!
Колин и Сьюзен шагали по дороге, огибавшей подножие Кряжа. Так повторялось каждую пятницу: Гаутер и Бесс ехали домой в повозке, а они упорно возвращались пешком. И все свободное время проводили в лесу: бродили и искали, искали…
За оградами вдоль дороги уютно шелестели сады. Через четверть мили показались поля; деревня осталась позади. Справа навис над тропою северный, почти отвесный склон холма: понизу — темный буковый лес, у самого гребня — сосны и скалы.
Они свернули с тропы и стали карабкаться по склону, все глубже в лес. Сьюзен первая нарушила молчание.
— Ну а все-таки — в чем тут дело? Почему мы никак не найдем Каделлина?
— Опять двадцать пять! — скривился Колин. — Мы ведь так и не научились открывать железные ворота — тот, другой вход, что возле Холивелла. Как тут его найдешь?
— Да, но почему он нам больше не показывается? Раньше-то ладно, раньше он сам запретил нам приходить, потому что здесь было опасно. А теперь-то чего бояться? Морриганы и след простыл…
— В том-то и дело. Может, простыл, а может, и нет.
— Да ты что! Говорил же Гаутер: ее дом стоит пустой, вся деревня только об этом и судачит.
— А вдруг она жива? Домой ей все равно путь заказан. Я вот что думаю: это из-за нее Каделлин нас тогда прогнал, потому что она была где-то рядом. И теперь, наверно, то же самое. Или мы ему просто надоели, или он опять за нас испугался.
Они уже дошли до Холивелла — «святого источника». Здесь, в ложбине, у подножия крутого утеса, кто-то вырубил узкое каменное корытце, в которое струйкой стекала вода. Рядом была небольшая полукруглая выемка, а над ней — трещина в скале. Там, внутри — ребята знали! — прятались железные ворота: «другой вход» в Хранилище. И опять, как и в прошлый раз, на их зов никто не ответил.
Про то, как Сьюзен и Колин впервые попали в мир волшебства, такой же близкий нам и неведомый, как собственная тень, рассказывается в другой книге. Тогда они подружились с Каделлином Сребровласым и теперь чувствовали себя обиженными и покинутыми — без всякой причины и даже без предупреждения. Лучше бы им вовек не прикасаться к древним чарам! Невыносимо было любоваться красотой леса и знать, что тайны его для них отныне закрыты, что валун, скрывающий главные ворота, — теперь всего лишь валун, а Холивеллский утес — обычная скала. Неужели это навсегда?
— Ладно, пошли, — сказал Колин, — чего зря глазеть, все равно не откроют. А домой надо поспеть до темноты, не то Бесс опять расшумится.
Они вскарабкались на гребень холма. В подступающих сумерках ветки казались черными, трава под ногами подернулась мглой, в песчаных ямах и каменных провалах заброшенных шахт сгустился мрак. И где-то шумел ветер, хотя деревья не шевелились.
— А все-таки Каделлин предупредил бы нас, если б…
— Погоди! — перебил ее Колин. — Вон там, внизу, — как по-твоему, что это?