Алан Фостер – Наследие (страница 36)

«Вы сражаетесь из-за философии?»

Показав ресничками на конце правой руки, она утвердительно показала. «Среди тлелей то, как человек думает, гораздо важнее, чем то, где он родился. С раннего возраста мы формируемся и связаны друг с другом обществом. Например, Zlezelrenn и Hluriamm являются частью УФ-шахты. Целитель Флуаданн и старейшина Клерджамбу — нет. Базовое общество состоит из четырех индивидуумов. Подобные общества пропагандируют схожие философии. Таким образом, группы единомышленников расширяются и развиваются. Среди тлелей в настоящее время есть два великих соперничающих общества.

«Прежде всего это NaTl-Seekers, в отличие от которых общества Тлеремота являются лишь одним небольшим компонентом. NaTl-Seekers верят в уважение к установленному порядку, но в то же время в дальновидности. Поэтому мы счастливы быть частью Содружества. Мы соблюдаем наши традиции, перенимая то, что является нужным и полезным».

Флинкс кивнул. "И другие?" Рука махнула в сторону безмолвного поля боя. "Те?"

«Адепты против Хранителей ГрТл. Они верят, что, полностью вовлекаясь в Содружество, мы рискуем потерять свое наследие, что мы станем чем-то, что больше не соответствует истине тлелей.

"Я понимаю. Может быть, поэтому они, не колеблясь, напали на меня. Как человек, я представляю лицо Содружества, которое они считают агрессивным».

"Нисколько." Ее исправление было столь же быстрым, сколь и неожиданным. «Есть люди, которые поддерживают Хранителей ГрТл. Одни поселенцы в союзе с ними, другие с НаТл-Искателями. Ее взгляд был прикован к нему. «На вас напали не потому, что вы человек, а потому, что, раз уж вы путешествовали с нами, они предположили, что вы искатель NaTl».

— Я всего лишь гость, — возразил он. «Я не поддерживаю ни один из аргументов. Я не союзник ни одной из сторон».

Она указала на лежащее поблизости тело, мех которого был окрашен в красный цвет. — ГрТл-Хранители этого не знали. Она начала отворачиваться, но остановилась. «Мы не ненавидим GrTl-Хранителей. Мы просто находим их и их философию смертельно пассивными. Они заблудшие, а не злые. Но они ушли бы из Содружества, если бы могли. Уничтожьте весь достигнутый прогресс, откажитесь от всех чудес, принесенных вам Сильвуном, откажитесь от всех научных и технологических достижений, которые принесло нам членство в Содружестве. Хранители ГрТл не столько хотят вернуться назад, сколько хотят остановить время.

— Значит, ты сражаешься. Сидевший у него на плече Пип задумчиво посмотрел на тлеля. — И используйте любые чудеса, чудеса и достижения, до которых сможете дотянуться, чтобы убивать друг друга. Должен сказать, что когда я впервые прибыл сюда, Влашраа, я был склонен думать о тебе лучше.

Она уставилась на него. Выражение ее лица, каким бы оно ни было, для него ничего не значило, но ее эмоции бурлили.

«Мне жаль, если мы разочаруем тебя, Флинкс. Я изучал кое-что относительно других разумных видов, в том числе и вашего собственного. По крайней мере, мы боремся за идеи, а не за меховую грязь или бессмысленную собственность».

Он устало вздохнул. «Просто я надеялся, всегда надеялся найти что-то получше».

Она показала понимание. — Из тебя бы получился хороший НаТл-Искатель.

Внезапная мысль заставила его спросить: «Что представитель Содружества по гештальту думает о вашей междоусобной войне?»

Она отвернулась от него. Теперь она оглянулась. «Хотя оба высших общества соперничают за благосклонность Содружества, представитель отказывается принимать сторону NaTl-Seekers над GrTl-Keepers. Как сторонник более прогрессивного общества, я и мои друзья не можем этого понять».

Это называется политика, подумал Флинкс, поворачиваясь и направляясь в сторону походки Злезельренна. В то время как его взгляд на тлелей изменился, и не в лучшую сторону, его мнение по крайней мере об одном неназванном и еще не встреченном функционере Содружества значительно возросло. Местный бюрократ говорил как человек, который, если бы с ним связались, несомненно, мог бы помочь ему в его непрекращающихся поисках.

К сожалению, как это слишком часто случалось на протяжении всей его жизни, те, кто лучше всего мог ему помочь, были теми самыми людьми, которых он должен был избегать.

ГЛАВА 11

Халворсен сдержался. Еще один талант, который он развил с годами. Хотя страдание от нетерпения в ожидании оплаты от клиента было вполне понятно, он по опыту знал, что торопить таких людей бесполезно. Он усердно работал, чтобы завоевать репутацию не только как независимого подрядчика, на которого можно положиться в эффективном и ненавязчивом выполнении работы, но и как человека, который не стал бы утомительно выманивать покровителя за плату. Обычно в этом не было необходимости. Те, кто не платил, неизменно обнаруживали, что в отсутствие своевременной и согласованной компенсации за репутацией Халворсена рано или поздно последует сам Халворсен с предсказуемо ужасными последствиями для опоздавших.

Конечно, в тех редких случаях, когда клиент находился за пределами планеты, подразумеваемые угрозы имели соответственно меньший вес. Лишь однажды ему пришлось отправиться в другую систему, чтобы получить просроченный платеж. Беспредел, который он устроил в тот раз, оставался ясным предупреждением для всех, у кого могли возникнуть мысли о попытке вывести подрядчика из гештальта.

Не предвидя никаких проблем с его последним контрактом, он был удивлен, обнаружив, что, когда он вернулся домой в тот вечер, его ждало краткое закодированное сообщение от человека, представляющего так называемый Орден Нуля. Доставленный через пространство-минус к основному приемнику в Тлоссене, а оттуда через планетарную оболочку в его домашний подбокс, он прибыл вместо ожидаемого фискального депозита. Если не до кипения, то неожиданная замена, по крайней мере, довела его эмоции до кипения.

Легко, сказал он себе. Иногда критически важная информация, такая как единый ключ для разблокировки и облегчения денежного перевода, может поступать в таких коммюнике в зашифрованном виде. Но сколько бы раз он ни прогонял сообщение через свою персонализированную продвинутую систему декодирования, такого благоприятного откровения не последовало. Если средства были отправлены ему, средства для доступа к ним не были предоставлены во вновь полученном сообщении.

Разъяренный на своем месте, сверхъестественно сдерживая свой гнев, он уселся читать слова, которые были отправлены ему вместо денег.

Полуметровый, полностью размеренный аватар, появившийся над его потертым, потертым столом, был привлекательной женщиной средних лет. Ее отношение, однако, было таким же холодным, как прирученные фотоны, из которых она была соткана. Она не была враждебной, решил Халворсен, слушая ее. Просто далекий. По крайней мере, она не уклонялась.

«Информация, предоставленная вместе с изображением, включенным в ваше последнее сообщение, была тщательно изучена и проанализирована, — продекламировал сияющий аватар, — и были признаны недостаточными». Пальцы скрюченной правой руки Халворсена медленно сжались в кулак, настолько сильно, что костяшки пальцев начали белеть. Он уставился на парящее, говорящее изображение, внимательно слушая.

«Из улик ясно, что вам удалось серьезно повредить невзрачный транспортный скиммер где-то в дебрях мира, известного как Гештальт. Кроме того, ничего окончательного не установлено. Характер каких-либо пассажиров на борту подвергшегося нападению судна не может быть установлен даже при улучшении разбивки изображения на изображение предоставленной вами записи. Ваше утверждение о том, что лицо, представляющее взаимный интерес, находилось на борту этого конкретного транспортного средства и погибло вместе с ним, не может быть доказано. Ваше слово, хотя и имеет вес в определенных кругах, недостаточно, чтобы оправдать выплату обсуждаемой суммы кредита».

Халворсену очень хотелось обнять за шею женщину, которая так хладнокровно и бесстрастно отмахивалась от него. Его цепкие пальцы, конечно, прошли бы только через аватара и не оказали бы никакого влияния на настоящего говорящего, который стоял за записью в мире, далеком во времени и пространстве. В этом и заключалась проблема работы с клиентами на межзвездных расстояниях: аферисты и им подобные были невосприимчивы к такой простой вещи, как удар ногой по почкам. Он мог только сидеть, слушать и принимать его — поза, которую он находил хуже, чем приводящая в бешенство.

Аватар не был готов. «Вы, несомненно, будете возражать, — продолжала она, — что, учитывая ущерб, нанесенный вами рассматриваемому кораблю, и труднопроходимую, нецивилизованную местность, где он предположительно упал, никто не мог выжить в неизбежной катастрофе. Вы также заявляете, что по причинам, неизвестным вам, но подозреваемым нами, лицо, представляющее взаимный интерес, которое арендовало транспорт, перед отъездом из ближайшего города удалило его встроенный трекер. Это больше, чем что-либо другое, больше, чем предоставленная вами документация по аренде и визуальные эффекты, заставляет нас поверить, что интересующий всех нас человек действительно находился на борту скиммера, на который вы напали».

Услышав эту неохотную оценку, Халворсен немного успокоился. По крайней мере, они не полностью отвергали его заявление. Наклонившись вперед в своем кресле, он ждал, пока аватар завершится.