Алан Фостер – Магнит неприятностей (страница 45)

На мгновение он задумался, работает ли его Талант. Потому что в то время как ее слова и отношение, вплоть до позы, которую она изображала, говорили об одном, ее эмоции кричали совсем о другом. Представляя себя обаятельной и озабоченной, внутри она излучала уверенность и самоуверенность, граничащую с смелостью. До него начало доходить, что он стал свидетелем еще одного примера человеческой двуличности. Несмотря на то, что Субара нигде не было видно, нынешняя ситуация была той, из которой он теперь стремился вырваться. Желательно не раскрывая своих способностей.

Поэтому, вместо того, чтобы хладнокровно сообщить ей: «Твой рот говорит одно, а твои эмоции говорят другое», — ответил он так отстраненно, как только мог, но не грубо. «Каждый беспокоится о своей жизни. Я уверен, что вы сделаете что-то свое».

Она кивнула и придвинулась еще ближе. На его плече Пип пошевелился, но не проснулся. Ее рука поднялась, чтобы схватить его за верхнюю часть левой руки. Оно скользнуло вниз, мимо локтя и предплечья, и схватило бы его за пальцы, если бы он не использовал их, чтобы внезапно почесать щеку.

— Я обязательно что-нибудь приготовлю, — пробормотала она.

То, что он чувствовал в ней, одновременно привлекало и отталкивало его. Он почувствовал к ней одновременно жалость и отвращение к ее поведению. Если бы он упомянул об этом прямо, она, без сомнения, отрицала бы это, возможно, даже упомянула бы об этом Субару. Хотя по большому счету это не имело никакого значения, если бы она так поступила, Флинкс чувствовал своего рода родство с юношей. Достаточно, чтобы он не хотел видеть, как ему больно, если этого можно было избежать.

Так что вместо того, чтобы указать, что, по его мнению, она гонится за властью и контролем, а не только за удовольствием от его компании, он отошел от нее.

— Прости, Зезула. Я создан специально для себя.

Она улыбнулась и кивнула, как будто поняла, но если бы эмоции были горючими, она бы сейчас превратилась в бушующий шпиль пламени. Он знал, что никто не терпит отказа, как бы вежливо его ни подставили.

— Ее зовут Клэрити, — добавил он в надежде погасить яростное пламя внутри нее. Чтобы сменить тему, он поднял руку и указал. «Солнце почти село».

— Тшас, — пробормотала она. Ее тон был нейтральным, но ее тщательно скрываемые эмоции указывали на то, что она надеялась, что солнечная печь, о которой идет речь, упадет ему на голову. «Особый момент, которым хочется поделиться». Не излучая к нему ничего, кроме отвращения, она отмахнулась от его возражений и двинулась к нему с прицелом на восстановление их прежней близости.

Если бы она только знала, с отвращением подумал он, пытаясь выпутаться из ее цепких рук, как ясно он видел истину ее чувств, даже когда она стремилась угостить его прикосновениями и словами. Завтра наверняка, сказал он себе, он покинет это место. Он сделал для этих юношей, некоторые из которых были явно более достойны помощи, чем другие, больше, чем он когда-либо намеревался сделать. Как это часто бывало с теми, кого он встречал в других мирах.

Без сомнения, его решительное сопротивление ее ухаживаниям, или, если на то пошло, сопротивление любого представителя противоположного пола, было чем-то, к чему она не привыкла. «Неужели на меня так неприятно смотреть?» — спросила она его, пока они нежно боролись. — Этой женщины, о которой вы говорите, сейчас здесь нет. Я. Даже Объединенная церковь делает поправку на расстояние».

Он толкнул одну из ее рук вниз. Подошла другая, настойчиво тянущаяся к нему. — Мы не так далеко друг от друга, как ты думаешь.

"О нет?" Ее глаза, такие же поразительные, как и все остальное, сверкнули на него. — Держу пари, я могу заставить тебя забыть о ней. Даже если она на другом конце Визарии. Даже если она в другом мире, далеком и далеком». Влажные губы Зезулы маняще приоткрылись, ее руки были протянуты и открыты для него. Она хотела обладать им, а он ею.

Но как только он мог ощутить, не в равной степени.

ГЛАВА

15

Лал, Дир и Джо выстроились идеальным полумесяцем перед столом Шаеба. Они не особенно любили человека, на которого работали, но терпели его. Они были уверены, что это чувство было взаимным. В отличие от их одежды, которая была свободной и мешковатой, их лица были напряженными, а не от стресса. На самом деле, когда они стояли в ожидании хозяина подземного дома, казалось, что их лицевые мышцы почти не двигались. Подняв руку, Лал осторожно поправила линзу, закрывавшую один глаз.

Шаеб отвел взгляд от проекции, которую изучал. Хотя формально они были у него на службе, он знал, что для бизнеса лучше не заставлять этих троих ждать. Это его вполне устраивало. Он не любил тратить время на любезности.

«Мы собираемся на охоту». Редкая улыбка исказила его узкое лицо. — Думаю, это должно вам понравиться.

Дир ответил за троих. — Обычно так и было бы, но у нас есть работа.

Шаеб не переубедил. — Это часть твоей работы. Он повернулся к Джо. — Ты помнишь молодых людей, которые отравили тебя и твоих товарищей-часовых газом на складе?

Джо широко махнул рукой. Слишком широко, но единственным свидетелем необычного движения был Шаеб, который уже был с ним знаком.

  «Я никогда не забуду профессиональную

arrasss — профессиональное смущение.

Поставив локти на стол, Шаеб сцепил пальцы перед собой. «Хотели бы вы не только исправить это, но и иметь возможность сделать это в приятной форме?»

Оперативник по имени Джо посмотрел на своих коллег, затем снова на стол. «Говоря за себя, я бы наслаждался этой возможностью».

Лал заговорил впервые. «Наша деятельность ограничена заботой и необходимостью. Мы не должны вмешиваться таким образом, который ставит под угрозу нашу другую работу».

«Я знаю о ваших опасениях и ваших личных интересах». Шаеб слегка наклонился вперед. «Место, где должна состояться охотничья экспедиция, находится далеко за чертой города. Риск столкнуться с проблемными прохожими сведен к минимуму». Он был слегка удивлен. «В конце охоты у вас может быть даже возможность попробовать плоды своих трудов».

Лал звучал неуверенно. «Мы не любим фрукты».

Джо издал странный звук, который мог заставить неподготовленного человека подпрыгнуть. «Это выражение». Его взгляд был прикован к безмятежной фигуре Шаеба. «Мне будет позволено насладиться ароматом тех, кто смущает… кто унижает меня?»

Голос мастера подземного дома был любезным. «Хотя такое решение вряд ли соответствует моему личному вкусу, я не возражаю против того, чтобы вы потворствовали своему собственному. Если обстоятельства дойдут до этого момента, мои собственные цели, очевидно, будут достигнуты».

Трое оперативников обменялись взглядами, предоставив Диру возможность ответить. — Ты необычайно непредвзят, Пигал Шаеб.

На этот раз легкая улыбка. «Меня интересуют результаты. Меня самого уже три раза смущали эти юные caronis. Нельзя допустить возникновения четвертого затруднения. Они каким-то образом заманили профессионала из другого мира помочь им.

— А, — пробормотал Лал. «Это делает его интересным».

«Он молод, но явно компетентен». Шаиб на мгновение задумался. «Он известен другому моему контакту, но этот человек не хотел вкладывать всю полноту своих знаний в предстоящее предприятие. Это загадка, которую также необходимо разрешить». Он посмотрел вверх. «После успешного решения этого вопроса, разумеется, будут распределены соответствующие бонусы».

— Конечно, — задумчиво повторил Дир. — Шанс попробовать… — Шанс избавиться

от унижения, — прервал Джо своего коллегу. Он обменялся взглядами с теми, кого звали Лал и Дир. «Мы выстоим». Поднявшись, он коснулся рукой своей щеки. «Но чтобы действовать максимально эффективно в таких сложных обстоятельствах, нам нужно что-то с этим делать».

— А это, — добавил Лал, потирая левую руку правой.

Шаеб понимающе кивнул. «Возмездие часто наиболее грамотно совершается ночью. Вот когда дело будет сделано. Поэтому не стесняйтесь быть собой. Вас никто не увидит, кроме меня и еще нескольких моих сотрудников, которые уже знают о вашем уникальном положении.

— удивился Дир. — Ты тоже идешь?

Отодвинув стул от стола, Шаеб встал. «Три раза обиделся, — сказал я. Ускорение склада, освобождение скримов и неудачная попытка восстановления на городской улице. Трижды фиаско говорит мне об одном наверняка».

"Что это такое?" — с любопытством спросил Джо.

Шаеб уже обошел стол, направляясь к выходу. «Если ты хочешь, чтобы кого-то убили правильно, ты должен убить сам».

Удивительно, но когда человек спит, его иногда можно разбудить просто присутствием. Редко проводя больше половины дня в муниципальном центре, Теодакрис приходил с нетерпением ждать послеобеденного сна. Это было дешевое удовольствие, которым он с радостью предавался. Будучи молодым человеком, он никогда бы не подумал о том, чтобы тратить час или два дневного света на что-то столь несущественное, как дополнительный отдых.

Вот что бывает со старостью, сонно подумал он, медленно приходя в сознание. Он бы больше философствовал, если бы первое, что он увидел, открыв глаза, не был боевой конец оружия. Полуодетый и мгновенно проснувшийся, он быстро сел на кровати.

Единственным участником вторжения, которого он узнал, был Пигал Шаеб. Он не знал трех слегка сгорбленных фигур, стоявших позади хозяина подземного дома. Они были более грубо вооружены. Кроме того, несмотря на долгие годы работы в полицейском отделе, он не был знаком с конкретным типом пистолета, которым сейчас на него указывал хозяин подземного дома.